Обновление: 4 августа, Европейский суд по правам человека в рамках обеспечительных мер запретил высылать Худоберди Нурматова в Узбекистан до вынесения решения по его жалобе в этом суде.

Али Феруз в Басманном суде Москвы перед рассмотрением дела о его выдворении вечером 1 августа 2017 г.

© Елена Костюченко, 2017

(Москва) – Ищущему убежища в России журналисту узбекского происхождения в случае принудительного возвращения в Узбекистан угрожает риск недозволенного обращения и пыток, заявила сегодня Хьюман Райтс Вотч.

1 августа 2017 г. Басманный суд Москвы постановил выдворить из России Худоберди Нурматова, корреспондента широко известной своими журналистскими расследованиями «Новой газеты». Нурматов, который пишет под псевдонимом Али Феруз, освещает такие вопросы, как преступления на почве ненависти, положение трудовых мигрантов и дискриминация ЛГБТ.

«Россия обязана обеспечить Нурматову защиту, а не отправлять его в страну, где ему может быть причинен серьезный вред, - говорит Рейчел Денбер, замдиректора Хьюман Райтс Вотч по Европе и Центральной Азии. – Пытки в Узбекистане являются давно укоренившейся практикой и самым убедительным образом задокументированы. У нас практически нет сомнений в том, что в случае принудительного возвращения Худоберди угрожает смертельная опасность».

Как рассказала Хьюман Райтс Уотч одна из журналистов «Новой газеты», тесно работавшая с Нурматовым, он бежал из Узбекистана в 2008 г. – после задержания органами госбезопасности.

Басманный суд постановил, что Нурматов находится на территории России незаконно, и санкционировал его выдворение. Российские власти должны исполнить свои обязательства в области прав человека и не допустить принудительного возвращения Нурматова в Узбекистан, поскольку в этом случае возникают риски серьезного недозволенного обращения, считает Хьюман Райтс Вотч. В зале суда Нурматов был взят под стражу и отправлен в Центр временного содержания иностранных граждан МВД, расположенный в подмосковном Сахарово. Нурматов немедленно обжалует решение о его выдворении в Московском городском суде. Его адвокаты также обратятся в Европейский суда по правам человека со срочным запросом о временных мерах по приостановлению выдворения.

По словам коллеги Нурматова из «Новой газеты», в сентябре 2008 г. сотрудники Службы национальной безопасности Узбекистана задержали его и подвергли допросам и жестоким побоям с целью заставить пойти на сотрудничество и давать информацию на знакомых «исламистов». После того как его отпустили, Нурматов бежал в Кыргызстан, где собирался просить статус беженца, но боялся, что его, как это уже бывало с другими, могут оттуда похитить и вывезти в Узбекистан.

Из соображений безопасности в 2009 г. Нурматов перебрался в Казахстан, где обратился в местный офис Верховного комиссариата по беженцам ООН, но в 2011 г. уехал в Россию – после принудительного возвращения казахстанскими властями в Узбекистан по меньшей мере 28 мусульман, бежавших от религиозных преследований. В России у него живут мать, сестра, брат; все – с российским гражданством.

Одиночный пикет у Басманного суда 1 августа 2017 г.

© Корнелиус Рунч для Хьюман Райтс Вотч, 2017

В марте 2016 г. Федеральная миграционная служба отказала Нурматову в предоставлении статуса беженца, а в ноябре того же года ему было отказано и во временном убежище. Он дважды получал отказ и каждый раз вышестоящая инстанция отменяла решение и возвращала вопрос на новое рассмотрение. В настоящее время процесс рассмотрения ходатайства о временном убежище не завершен. Как заявила Хьюман Райтс Вотч ведущий российский эксперт по проблемам мигрантов и беженцев Светлана Ганнушкина, «судебное решение по выдворению Али из России было просто незаконным – по российскому законодательству он имеет право оставаться в России, пока его дело [о временном убежище] рассматривается».

В 2012 г. у Нурматова украли рюкзак со всеми документами, включая к тому времени уже истекший узбекский паспорт. Он написал заявление в полицию, но, как объясняют его коллеги в «Новой газете», побоялся обращаться в посольство Узбекистана за новым паспортом, считая свое появление на территории посольство слишком высоким риском.

В марте 2017 г. московская полиция на 12 часов задержала Нурматова: у него брали объяснения по поводу его журналистской работы и ходатайства о временном убежище.

В Узбекистане тысячи человек отправлены за решетку по политически мотивированным обвинениям. Преобладающую часть этих людей составляют соблюдающие мусульмане, которые, как и знакомые Нурматова, на которых от него требовали доносить в СНБ, принадлежат к исламским течениям, признаваемым властями «экстремистскими». Свободы лишают также правозащитников и оппозиционных активистов, журналистов и других критиков власти. Задержанные и заключенные нередко подвергаются пыткам, а сроки лишения свободы произвольно продлеваются.

Комитет ООН против пыток по итогам своего последнего рассмотрения ситуации в Узбекистане в 2013 г. признал, опираясь, в частности, и на практику Европейского суда по правам человека, что пытки в этой стране «являются ‘систематическими’, ‘безнаказанными’ и ‘поощряются’ сотрудниками правоохранительных органов и служб безопасности».

Шавкат Мирзиёев, сменивший Ислама Каримова на посту президента Узбекистана, обещает реформы, но такие глубоко укоренившиеся проблемы, как пытки и лишение свободы по политическим мотивам пока остались незатронутыми, отмечает Хьюман Райтс Вотч.

Как участник Конвенции против пыток и Европейской конвенции о правах человека, Россия обязана не допускать принудительного возвращения оказавшихся в ее власти лиц в условия, где таким лицам угрожает реальный риск преследований, пыток или других серьезных нарушений прав человека. Европейский суд по правам человека, в том числе по жалобам против России, неоднократно запрещал принудительное возвращение в Узбекистан в связи с риском пыток в этой стране.

«Трудно придумать, какой еще информаций может не хватать российским властям, чтобы понять насколько высокому риску будет подвергаться Нурматов в Узбекистане, - говорит Рейчел Денбер. – Им нужно просто руководствоваться духом и буквой, то есть освободить Нурматова и обеспечить ему защиту, а не выдворять его из страны».

Пытки в Узбекистане являются давно укоренившейся практикой, которая убедительно задокументирована, и у нас практически нет сомнений в том, что в случае принудительного возвращения Худоберди угрожает смертельная опасность».