Недавно российское незвисимое издание «Новая газета» опубликовало материал о том, как в июне 2017 года жестоко избили заключенного ярославской колонии №1 Евгения Макарова.

© Новая Газета

В июле в России разразился громкий скандал вокруг пыток в ярославской колонии, после которого стало очевидно: власти больше не могут игнорировать серьезность проблемы.

20-го числа «Новая газета» опубликовала шокирующую 10-минутную видеозапись из ИК-1. На видео сотрудники методично и жестоко избивают заключенного в наказание за строптивость. Тут стоит отдельно отметить, что зэк не только позволил себе не подчиняться требованиям персонала, но и писал несколько жалоб о недозволенном обращении в колонии.

Сотрудники подошли к делу основательно.  Растянутую на столе жертву «посменно» били дубинками, иногда обливая водой. Запись была сделана носимым на форме видеорегистратором чуть больше года назад и в итоге оказалась у адвоката Ирины Бирюковой из правозащитной организации «Общественный вердикт». После долгих и безуспешных попыток добиться от властей расследования Ирина передала видео прессе.

За первые двое суток шокирующие кадры посмотрели больше двух миллионов человек. На фоне поднявшегося скандала Следственный комитет поспешил, наконец, возбудить дело по факту превышения должностных полномочий с применением насилия, и на данный момент 11 сотрудников ожидают суда в СИЗО, а один под домашним арестом.

Самому заключенному, 25-летнему Евгению Макарову, была предоставлена госзащита. Замдиректора ФСИН принес публичные извинения пострадавшему и его семье, гарантировал привлечение к ответственности всех причастных к избиению сотрудников и сказал, что ему «стыдно за них». Для России, где властям свойственно дежурно отмахиваться от жалоб заключенных на недозволенное обращение, такие извинения и обещания – случай небывалый.

Через несколько недель «Общественный вердикт» передал «Новой» фрагменты показаний арестованных сотрудников. И стал очевиден ответ на ранее мучавший многих вопрос. В самом деле, зачем сотруднику записывать такое на свой регистратор? Просто забыл выключить? Неотягченный интеллектом садист? Собирался потом смотреть видео без посторонних или в компании таких же любителей?

Как оказалось, дело совсем в другом. Один из подозреваемых объясняет, что видеозапись велась с целью продемонстрировать начальству, что приказ провести со строптивым зэком «воспитательную работу» выполнен с должным старанием. Кстати, избивали Макарова в «классе воспитательной работы». Конечно, а где же еще они должны были проводить эту работу?

Дело Макарова страшное и из ряда вон выходящее – и потому, что при наличии видео властям отрицать факт пыток невозможно, и потому, что этому видео почти год не давали хода. Все это не осталось незамеченным Комитетом ООН против пыток, который должен был рассматривать очередной доклад о выполнении Россией соответствующей конвенции как раз в тот момент, когда разразился скандал.

Но при всем этом дело Макарова отнюдь не уникально. Чтобы проиллюстрировать масштабы пыток в России, интернет-изданием «Медуза» были собраны из открытых источников сообщения и заявления по больше чем полусотне случаев пыток за 2018 год. Там фигурируют полицейские, следователи, сотрудники ФСБ и ФСИН. Список мер воздействия разнообразен: бьют, душат, подводят ток, фиксируют в болезненных позах, не дают спать, держат без воды и так далее. Уголовные дела можно пересчитать по пальцам, и только одно-единственное дошло до суда.

На это же указывает и Комитет против пыток ООН, выразивший обеспокоенность «многочисленными заслуживающими доверия сообщениями» о пытках, которые «редко приводят к уголовному преследованию».

Ирина Бирюкова.

© Личный архив
Ирина Бирюкова не питает больших иллюзий насчет того, что теперь в одночасье все изменится, но, по крайней мере, скандал вокруг дела Макарова дал толчок в нужном направлении.

«Власть, наконец, признала наличие проблемы и ее серьезность, - сказала она в интервью Хьюман Райтс Вотч. – Заговорили о необходимости сохранения записей с видеорегистраторов,  о выходе на большую открытость, об обеспечении доступа для гражданского общества».

Не последней важности шагом со стороны властей было бы предоставление разоблачителям эффективных гарантий безопасности. В случае с Бирюковой это госзащита, и Комитет ООН, кстати, тоже настаивал на этом.

После публикации видео в адрес Ирины Бирюковой стали поступать угрозы, в серьезности которых сомневаться не приходится, и ей с дочерью-подростком пришлось уехать из России. Она подала заявление на госзащиту, но вопрос до сих пор не решен.

Ирина не собирается оставаться за рубежом. Она надеется вернуться в ближайшем будущем, тем более у дочери должны начаться занятия в школе. Но сначала нужно решить вопрос с безопасностью.