Страсбург, 26 января 2012 г.

В преддверии парламентских и президентских выборов со стороны российского руководства продолжали звучать ритуальные заявления о приверженности правам человека и законности. При этом давление на правозащитников сохранялось, а атмосфера для деятельности гражданских групп и активистов оставалась враждебной. На Северном Кавказе сохранялось торжество безнаказанности за прошлые нарушения и убийства активистов, фиксировались новые случаи нападений и убийств, общая ситуация с положением правозащитников, адвокатов и независимых журналистов в этом регионе вызывает крайнюю тревогу. 2012 год начался с убийства адвоката и местного жителя дагестанскими силовиками и произвольного задержания полицией сотрудника Сводной мобильной группы российских правозащитных организаций в Чечне.

В столице Дагестана вечером 20 января сотрудниками силовых структур были застрелены Умар Саидмагомедов и Расул Курбанов. Саидмагомедов был адвокатом, и значительную часть его клиентов составляли лица, арестованные в рамках контртеррористических мероприятий. Коллеги Саидмагомедова считают, что убийство было местью за его работу по таким делам.

По официальной версии, машина, в которой находились Саидмагомедов и Курбанов, была остановлена сотрудниками полиции для проверки документов. Якобы в этот момент Курбанов открыл огонь, после чего оба были убиты ответным огнем полицейских. Однако родственники и коллеги Саидмагомедова представили правозащитному центру «Мемориал», иную версию. Согласно этой версии,  предположительно составленной со слов свидетелей, в тот вечер Саидмагомедов был в гостях у Курбанова – своего дальнего родственника. Когда он уходил, Курбанов вышел его проводить до ворот. В этот момент к воротам подъехал УАЗик с двумя вооруженными силовиками, которые практически в упор расстреляли Саидмагомедова из автомата. Курбанов попытался укрыться за домом, но люди из УАЗика настигли его там и пристрелили, после чего изрешетили его машину, чтобы создать видимость перестрелки. Вышедшему на выстрелы пожилому родственнику Курбанова силовики приказали вернуться в дом. После этого к дому подъехала еще одна группа вооруженных силовиков, которые увезли с собой трупы и машину Курбанова. Хьюман Райтс Вотч не имел возможности проверить эту версию.  Однако очевидно, что заявления коллег и родственников Саидмагомедова заслуживают полного, незамедлительного и беспристрастного расследования компетентными органами.

Положение адвокатов в Дагестане можно охарактеризовать как крайне тяжелое. В 2010 г. Хьюман Райтс Вотч документировала пять эпизодов физического воздействия и давления на адвокатов со стороны сотрудников правоохранительных органов. После того как в ноябре одна из дагестанских коллегий адвокатов в знак протеста на месяц прекратила работу, власти пообещали разобраться в ситуации, однако эффективного расследования адвокатских жалоб в 2011 г. так и не последовало.

В то же время известного в Дагестане адвоката-правозащитника Сапият Магомедову отдали под суд по делу о насилии в отношении представителей власти и оскорблении сотрудников полиции при исполнении служебных обязанностей. В случае признания Магомедовой виновной, ей грозит до пяти лет лишения свободы и потеря лицензии. Из-за подписки о невыезде она уже не смогла поехать на престижную международную конференцию. Дело против Магомедовой выглядит как месть силовиков за ее правозащитную деятельность и, в частности, за попытки привлечь к ответственности полицейских, избивших летом 2010 г. Как сообщила Хьюман Райтс Вотч сама Магомедова, она считает дело полностью сфабрикованным, а следователь перед передачей его в суд неоднократно предлагал ей забрать ее собственное заявление об избиении сотрудниками полиции.

Дагестанским журналистам приходится работать в чрезвычайно опасных условиях. В конце 2011 г. в республике было совершено громкое убийство учредителя и издателя ведущего независимого еженедельника «Черновик» Хаджимурата Камалова. Это произошло около полуночи в ночь с 15 на 16 декабря в Махачкале.  Камалов задержался в редакции допоздна и вышел на улицу проводить посетителя. В этот момент неизвестный в маске открыл по Камалову огонь. По сведениям полиции, нападавший произвел 14 выстрелов, после чего скрылся с сообщниками на двух машинах.

Хаджимурат Камалов создал «Черновик» в 2003 г. и, оставаясь его издателем, в 2005 – 2006 гг. работал и главным редактором. Со временем газета стала пользоваться широкой популярностью в республике и вышла на второе место по тиражу. Она известна своей независимой редакционной политикой, журналистскими расследованиями и акцентом на такие острые вопросы, как коррупция и нарушения прав человека сотрудниками силовыми структурами. В сентябре 2009 г. в Махачкале стали циркулировать «расстрельные списки», в которых фигурировали восемь местных журналистов, включая Камалова, четверо адвокатов и четверо правозащитников. Анонимные авторы листовок призывали «выслеживать, подвергать мучительным пыткам и казнить» их и других «пособников» боевиков и «мстить за сотрудников милиции». Тогда Хаджимурат заявил, что, с его точки зрения, за этими списками стоят силовики.

Журналисты «Черновика» нередко подвегрались давлению и преследованиям, включая уголовное дело против четырех сотрудников газеты и главного редактора Надиры Исаевой о возбуждении вражды в отношении сотрудников правоохранительных органов. В мае 2011 г. махачкалинский суд признал их невиновными. Впрочем, Надире Исаевой, лауреату Международной премии свободы прессы Комитета защиты журналистов за 2010 г., пришлось уйти из газеты после развернувшейся против нее в интернете злобной травли. По мнению Исаевой, эта клеветническая кампания в сети с большой вероятностью была инициированной местными силовиками.

По данным Комитета защиты журналистов, российский Северный Кавказ остается одним из самых опасных регионов для этой профессии. Несмотря на неоднократные обещания российского руководства обеспечить там нормальные условия для работы гражданских активистов и журналистов, в этом регионе не прекращаются убийства и нападения на тех, кто занимается независимыми расследованиями.

Особенно сложная обстановка сложилась для независимых активистов в Чечне. Ситуация значительно ухудшилась после так и не раскрытого убийства бескомпромиссной правозащитницы Натальи Эстемировой. Через несколько недель после ее гибели, предположительно – местными силовиками, были похищены в Грозном и убиты руководитель республиканского гуманитарного фонда «Спасем поколение» Зарема Садулаева и ее муж Алик Джабраилов. Виновные к ответственности до сих пор никто не привлечены.

В этих условиях чеченские активисты в значительной степени парализованы угрозами безопасности и не готовы браться за острые случаи нарушений прав человека сотрудниками силовых структур, такие как похищения, исчезновения, внесудебные казни и пытки. Для работы в этом направлении в ноябре 2009 г. под руководством межрегионального общественного объединения «Комитет против пыток» была создана Сводная мобильная группа российских правозащитных организаций в Чечне, в составе которой адвокаты и активисты из других регионов работают в республике вахтовым методом. На сегодняшний день СМГ уже получила широкую известность как лауреат премии ПАСЕ в области прав человека за 2011 г. Ее сотрудники регулярно сталкиваются с давлением со стороны республиканских властей.

Более того, в ночь с 20 на 21 января этого года один из ведущих сотрудников СМГ – юрист межрегионального общественного объединения «Комитет против пыток» Антон Рыжов был задержан полицейскими по прибытии на ж/д вокзал Нижнего Новгорода после пятинедельной командировки в Чечню. Под предлогом установления личности его привели в вокзальное отделение полиции и продержали там до четырех утра, не разрешая никаких звонков – даже адвокату и коллегам. У Рыжова было взято письменное объяснение о работе СМГ в Чечне, копию которого ему выдать отказались, изъяты ноутбук и «флешки». Сотрудники полиции утверждали, что к ним поступила «оперативная информация» о том, что у Рыжова могут быть с собой, имеющие отношение к «деятельности террористического характера». Он сам и его коллеги по СМГ расценивают действия полиции как грубую попытку запугивания и прямое вмешательство в правозащитную деятельность группы.

СМГ отмечает эскалацию давления на своих «подзащитных» и коллег на протяжении всего 2011 г. В июне чеченский адвокат-правозащитник Супян Басханов, руководивший грозненским офисом «Комитета против пыток» и тесно сотрудничавший с СМГ, помогал организовать в Грозном коллективный пикет по случаю Международного дня в поддержку жертв пыток. Полиция разогнала собравшихся, хотя акция была санкционирована, носила мирный характер, нарушения общественного порядка не было. Басханова и еще одного грозненского юриста «Комитета против пыток» – Магомеда Аламова – горотдел полиции и угрожали последствиями для них и их семей, если они будут и дальше так же настойчиво добиваться правосудия по фактам пыток и других преступлений со стороны правоохранительных органов. По факту незаконного разгона пикета и угроз в адрес своих сотрудников «Комитет против пыток» немедленно подал заявление, однако в возбуждении уголовного дела было отказано.

В июле один из высокопоставленных сотрудников полиции Веденского района Чечни  предупредил Басханова, что против него готовится обвинение в пособничестве вооруженному подполью и что он может быть лишен права заниматься адвокатской практикой. Обращение Басханова к властям ощутимых результатов не принесло. К концу 2011 г. большинство сотрудников грозненского офиса «Комитета против пыток» уволились из-за давления со стороны местных властей, которое осуществлялось в первую очередь через родственников. Местные силовики также «обрабатывали» нескольких пострадавших от нарушений прав человека, делам которых занимались «Комитет против пыток» и СМГ, угрожая этим людям серьезными последствиями для родных и близких, если они не оставят своих попыток добиться правосудия.

В Чечне к молчанию принуждаются не только жертвы нарушений прав человека, но и сами гражданские активисты, которые все реже отваживаются предавать огласке факты давления и угроз. Весной 2011 г. в республике одна активистка была похищена силовиками. По имеющейся информации женщину избили и жестко пригрозили ей, чтобы помалкивала. Еще одной активистке после прямых угроз со стороны высокопоставленного сотрудника правоохранительных органов пришлось уехать из республики и большую часть года скрываться. Ни одна из них не осмелилась потреи не рассказывала об этом журналистам, всерьез опасаясь нешуточных последствий.

В других регионах России также активисты в 2011 г. также сталкивались с серьезными проблемами. Особенно показателен случай с организаторами гражданского форума «на полях» июньского саммита ЕС-Россия в Нижнем Новгороде.

В течение некоторого времени до начала саммита представители правоохранительных органов Нижнего Новгорода по телефону или лично предупреждали с десяток правозащитников о недопустимости организации каких-либо протестных выступлений во время встречи.  Ольга Садовская – заместитель директора «Комитета против пыток» и член координационного комитета Гражданского форума, направляясь в прокуратуру, куда ее попросили явиться для «разговора» про форум, заметила «хвост» за своей машиной. Вернувшись к машине после встречи, где Садовская обнаружила, что у нее сняли номера. Она сообщила о предполагаемой краже ближайшему патрульному милиционеру, но тот проигнорировал ее заявление и уехал. В пределах получаса тот же сотрудник остановил Садовскую за езду без номеров и доставил ее в милицию для оформления административного протокола. К тому же все банковские карточки Садовской в трех банках оказались заблокированы «по техническим причинам». По ее обращениям к властям никакого эффективного расследования не последовало.

В июне в Москве двумя неизвестными был жестоко избит в подъезде своего дома Бахром Хамроев – правозащитник с многолетним стажем, который занимается проблемами Центральной Азии в российском правозащитном центре «Мемориал». Это стало уже вторым нападением на него всего за полгода. В декабре 2010 г. он был избит практически до потери сознания оперативником в штатском, когда попытался пройти в одну из московских квартир, по которой проводилась милицейская спецоперация.  Оба нападения остались безнаказанными.

Май был отмечен серией нападений на «защитников Химкинского леса». Насилие в отношении активистов-экологов началось с того момента, когда примерно 40 человек разбили лагерь в Химкинском лесу в районе строительства автодороги Москва – Санкт-Петербург. В силовых действиях против экологов были замечены преимущественно сотрудники ЧОП «Витязь», а также неустановленные лица в штатском, некоторые – в масках. Активисты обращались в полицию, которая прибывала на место с опозданием и в ряде случаев не принимала мер по установлению личности и местонахождения или задержанию нападавших, даже когда последние находились неподалеку. Полиция также отказывалась возбуждать дела по фактам нападений.

Активисты-экологи также сообщили Хьюман Райтс Вотч о двух случаях применения избыточной силы со стороны сотрудников полиции. 8 мая около 200 человек собрались в Химках на мирный митинг против строительства автомагистрали. Когда они продвигались в сторону лагеря экологов, активистов с применением грубой силы разогнал ОМОН. Демонстрантов избивали кулаками и ногами и тащили в полицейский автобус. В результате действий полиции демонстранты получили различные травмы, в том числе у одного человека была вывихнута рука, один получил перелом ребра. 11 мая полицией были задержаны двое активистов-экологов, которые настаивают, что в ОВД были избиты сотрудником полиции. Одного били ногами и ударили кулаком в лицо (в результате получены множественные ссадины и рассечена губа), а второму нанес несколько ударов ногой в живот. Активисты сообщили об избиении в дежурную часть, но никакого расследования не проводилось.

На фоне общего подавления гражданской активности и нападений тех, кто заявляет о нарушениях, некоторый оптимизм вселяет оправдание в июне 2011 г. руководителя ПЦ «Мемориал» Олега Орлова по уголовному делу о клевете на Рамзана Кадырова. Дело было связано с заявлением Орлова в 2009 г. о том, что глава Чечни несет ответственность за убийство Натальи Эстемировой. По российскому уголовному кодексу Орлову грозило до трех лет лишения свободы. Большинство наблюдателей не рассчитывали на справедливый суд, тем более с учетом того, что в 2010 г. Орлов проиграл Кадырову гражданский иск о защите чести и достоинства. Процесс по уголовному обвинению продолжался девять месяцев и вызвал большой резонанс. Любопытно, что незадолго до оправдательного приговора президент Медведев выступил с законодательной инициативой об отмене уголовной ответственности за клевету и перевод этого состава в разряд административных правонарушений. Соответствующий закон вышел в декабре 2011 г. и стал серьезным шагом вперед в обеспечении свободы критики в России. Вступление закона в силу также автоматически положило конец попыткам Кадырова апеллировать решение суда в пользу Орлова.

Гражданское общество России приветствовало и приговор по делу национал-радикалов Никиты Тихонова и Евгении Хасис, осужденных в мае 2011 г. за дерзкое убийство в январе 2009 г. в центре Москвы известного адвоката-правозащитника Станислава Маркелова и журналистки «Новой газеты» Анастасии Бабуровой. Это стало для современной России беспрецедентным случаем эффективного и оперативного расследования убийства гражданских активистов, который укладывается в контекст общего усиления борьбы правоохранительных органов с неонацистами.

В заключение нельзя не сказать несколько слов о последних событиях в России вокруг массовых мирных выступлений в крупных городах после парламентских выборов декабря прошлого года. Без сомнения, эти протесты свидетельствуют об отторжении обществом того авторитаризма, который стал синонимом путинской эпохи. Впервые за долгие годы столкнувшись со столь мощной волной мирных выступлений граждан, Кремль занял выжидательную позицию, в целом не препятствуя свободному выражению мнения и свободе собраний. При отдельных задержаниях активистов в провинции во время многотысячных демонстраций в Москве 10 и 24 декабря полиция вела себя максимально корректно. Перемены в России, свидетелями которых мы становимся сегодня, порождают по-настоящему большие надежды. Однако партнерам России по Совету Европы и всей организации в целом не помешает проявлять разумную осторожность и не спешить с выводом о значительном улучшении атмосферы для гражданского общества.

Говорить об этом как о свершившемся факте пока еще слишком рано. Если с середины декабря власти санкционировались демонстрации, а полиция, в целом, не вмешивалась, то на протяжении большей части прошлого года ситуация была иной. Полиция нередко разгоняла мирные акции гражданских активистов и политической оппозиции – с применением грубой силы и произвольными задержаниями участников. Важнейшим для определения дальнейшего вектора развития протестов и реакции властей будет период до президентских выборов 4 марта, а также первые несколько недель после голосования.

В этих условиях главным вопросом для ПАСЕ и органов Совета Европы будет то, как лучше и эффективнее поддержать российских активистов в их стремлении реализовать свои права на свободу слова, свободу собраний и на участие в жизни страны. Сейчас самое время решительно призвать Россию:

  1. Предпринять конкретные шаги по обеспечению нормальных условий для деятельности гражданских организаций и активистов, обеспечив им защиту от преследований и притеснений.
  2. Обеспечить тщательное и прозрачное расследование убийств Хаджимурада Камалова, Умара Саидмагомедова и Расула Курбанова.
  3. Прекратить давление на Сводную мобильную группу и незамедлительно вернуть изъятые изъятую у ее сотрудника технику.
  4. Тщательно отработать версию о возможной причастности властей к убийству Натальи Эстемировой и другим убийствам активистов и привлечь всех виновных к ответственности.
  5. Воздерживаться от прямого вмешательства в реализацию гражданами права на мирные собрания и на свободу выражения мнений.