Активист ПИВТ Нумонджон Шарипов в Стамбуле, Турция.

16 февраля 2018 г. должностные лица Таджикистана, как представляется с безгласного согласия турецких властей, принудительно и во внесудебном порядке вывезли Шарипова в Таджикистан, где он рискует быть подвергнут пыткам и другому недозволенному обращению.

© 2016 Семья Шариповых

(Бишкек) – Власти Таджикистана, как представляется не без очевидного согласия Турции, принудительно и во внесудебном порядке вывезли политического активиста Нумонджона Шарипова из Стамбула в Душанбе, Таджикистан, где ему грозит реальный риск пыток и другого недозволенного обращения, заявили Хьюман Райтс Вотч и Норвежский Хельсинкский комитет.

16 февраля 2018 г. таджикские должностные лица в Стамбуле забрали известного бизнесмена и активиста запрещенной Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) из миграционного изолятора, куда он 11-ю днями ранее был помещен властями Турции. Шарипова отвезли в аэропорт и посадили на рейс в Душанбе. На родине его обвиняют в терроризме за мирную реализацию им права на свободное выражение мнения.

«Внесудебное возвращение человека в условия, где он может быть подвергнут пыткам, произвольному задержанию, политически мотивированному уголовному преследованию и другим нарушениям прав и свобод, демонстрирует бесстыдное неуважение со стороны Турции и Таджикистана ко взятым на себя международным обязательствам, - говорит Стив Свердлов, исследователь Хьюман Райтс Вотч по Центральной Азии. – С большой долей вероятности в Таджикистане Шарипову грозят тюрьма и недозволенное обращение исключительно за то, что его политические взгляды отличаются от тех, которые продвигает власть».

55-летний Шарипов - выходец из Согдийской области, является бизнесменом и высокопоставленным членом ПИВТ. В сентябре 2015 г. партия была признана террористической и запрещена в Таджикистане, сотни ее членов были арестованы по смутным и расплывчатым обвинениям в экстремизме.

Поводом для этого послужил вооруженный мятеж, связь которого с мирной оппозиционной партией так и не была доказана. В июне 2016 г. 14 высокопоставленных членов ПИВТ на судебном процессе, сопровождавшегося процессуальными нарушениями, были приговорены к длительным срокам лишения свободы, в том числе двое – пожизненно. Хьюман Райтс Вотч и Норвежский Хельсинкский комитет располагают сообщениями о том, что несколько обвиняемых, в частности Махмадали Хаит и Рахматулло Раджаб подвергались пыткам.

Шарипов перебрался в Стамбул в августе 2015 г., открыл там кафе-чайхану, которое пользовалось популярностью среди центральноазиатской диаспоры. Его сын рассказал Хьюман Райтс Вотч, что, начиная со 2 февраля в кафе три дня подряд приходил консул Таджикистана в Стамбуле и уговаривал отца добровольно вернуться на родину.

«Сначала консул предлагал ему деньги, говорил, что правительство сделает его богатым, он будет иметь все что захочет, если согласится вернуться и публично отречься от ПИВТ, - рассказывал сын Шарипова. – Отец просто отвечал, что подумает».

На второй и третий день дипломат одновременно и уговаривал, и угрожал, предупреждая о «проблемах», если Шарипов не вернется по доброй воле: «Отец говорил: ‘Я не сделал ничего плохого. Зачем мне уезжать отсюда?’»

5 февраля турецкая полиция задержала Шарипова недалеко от его кафе и доставила в изолятор для подлежащих высылке иностранцев в Кумкапы. Там представители миграционных властей Турции сообщили ему, что Таджикистан запрашивает его выдачу по обвинениям в терроризме, но речи о немедленной депортации не идет.

Турецкие должностные лица в изоляторе рекомендовали Шарипову подумать над добровольным выездом в третью страну вместо того, чтобы проходить длительную процедуру обжалования экстрадиции, в течение которой он будет оставаться под стражей. В течение следующих 11 дней к Шарипову несколько раз приходили родственники и адвокат. Последний сообщил Хьюман Райтс Вотч, что их неоднократно заверяли в том, что Шарипову не грозит немедленная и неминуемая высылка в Таджикистан.

При этом им так и не подтвердили наличие официального запроса о выдаче и, соответственно, не информировали о возможности начала процедур обжалования. По словам адвоката, Шарипов говорил ему, что хотел бы получить убежище в безопасной третьей стране.

16 февраля, в пятницу, администрация изолятора предложила адвокату Шарипова приобрести для него авиабилет в одну сторону в любую страну, куда не требуется виза, и забрать Шарипова в понедельник, 19 февраля. Однако, когда в понедельник адвокат приехал за Шариповым, ему сообщили, что позднее в пятницу таджикский консул и еще один из сотрудников консульства забрали Шарипова, отвезли в аэропорт и посадили на рейс в Душанбе. Администрация изолятора не предоставила адвокату никаких документов относительно вывода Шарипова из изолятора и его отправки в Таджикистан.

20 февраля Шарипов объявился в Душанбе и выступил с заявлением, переданным по таджикской службе Радио Свобода о том, что вернулся на родину добровольно, «занимается своими делами». Версию принудительного возвращения он опроверг. Однако родственники Шарипова в Таджикистане сообщают его адвокату и активистам в эмиграции, что он находится под стражей в Душанбе, не имеет доступа к телефону и под давлением вынужден делать подобные заявления. Ранее уже имели место случаи, когда принудительно возвращенных таджикских активистов принуждали выступать с аналогичными заявлениями для прессы.

На протяжении последних трех лет власти Таджикистана проводят политику жесткого подавления прав и свобод, сажая за решетку сотни политических активистов, в числе которых несколько адвокатов-правозащитников, и запрещая оппозиционные партии. Хьюман Райтс Вотч и Норвежский Хельсинкский комитет задокументировали широкомасштабную кампанию по задержанию, лишению свободы и принуждению к молчанию мирных оппозиционных активистов и предполагаемых критиков власти в стране и за ее пределами. С 2015 г. Душанбе предпринимал попытки задержания и принудительного возвращения мирных политических активистов в Беларуси, Кыргызстане, Казахстане, Молдове, России, Турции и других странах.

В марте 2015 г. в Стамбуле был застрелен оппозиционер Умарали Кувватов при обстоятельствах, указывающих на причастность таджикских властей. Другой активист, Максуд Ибрагимов, в России получил ножевые ранения во время нападения неустановленных лиц, подвергся насильственному исчезновению, был возвращен в Таджикистан и там приговорен к 17 годам лишения свободы. Для преследования мирных политических активистов за рубежом Таджикистан также пользуется механизмом уведомлений Интерпола.

Власти Турции должны незамедлительно расследовать обстоятельства принудительного возвращения Шарипова в Таджикистан, в том числе на предмет возможной причастности к этому турецких правоохранительных органов, заявили Хьюман Райтс Вотч и Норвежский Хельсинкский комитет.

Турция является членом Совета Европы и участником Европейской конвенции о правах человека, и причастность или молчаливое согласие турецких должностных лиц в той или иной форме к внесудебной передаче Шарипова Таджикистану – это серьезное нарушение конвенции.

В делах о незаконной отправке лиц из России Европейский суд по правам человека предупреждает о том, что «любая внесудебая переправка или внепроцессуальная передача в силу сознательного обхода при этом процессуальных гарантий являются безоговорочным попранием законности и ограждаемых Конвенцией ценностей. В силу этого такие действия равносильны нарушению наиболее основополагающих прав, которые гарантируются Конвенцией».

«Все что мы знаем о судах над людьми в ситуации, аналогичной той, в которой оказался Шарипов, и об обращении с ними, заставляет нас опасаться худшего, - говорит Мариус Фоссум, региональный представитель Норвежского Хельсинкского комитета в Центральной Азии. – Международные партнеры Душанбе, включая дипломатические представительства на месте, должны решительно призвать Таджикистан не допускать пыток и воздерживаться от преследования людей за мирную реализацию ими права на свободное выражение мнений».