Местные жители осматривают ущерб, нанесенный центральному рынку Луганска, 21 августа 2014. Большой отдел рынка превратился в руины в результате двух попаданий на протяжении трех дней.

© 2014 Harriet Salem/VICE News

(Берлин) – Незаконные нападения правительственных сил и ополченцев в районе Луганска и в самом городе приводят к нарастающим жертвам среди гражданского населения, сообщает Хьюман Райтс Вотч.  По информации врача луганского морга, с мая в городе осколочно-фугасными боеприпасами были убиты более 300 гражданских лиц.

Во время посещения 20 – 22 августа Луганска, который на тот момент был блокирован украинскими силовиками, Хьюман Райтс Вотч проинтервьюировала больше десятка человек, которые были свидетелями или жертвами артиллерийских, минометных или ракетных обстрелов, сопровождавшихся гибелью или ранением гражданских лиц в населенных районах. Многие такие нападения представляются неизбирательными в том смысле, насколько при этом не обеспечивалось проведения различия между гражданскими лицами и комбатантами, отмечает Хьюман Райтс Вотч. Неизбирательные нападения – это нарушение международного гуманитарного права, или законов и обычаев войны.

«В условиях, когда с городом нет связи, информация о ситуации в Луганске более скудная, чем по другим районам на востоке, - говорит Уле Солванг, старший исследователь Хьюман Райтс Вотч по чрезвычайным ситуациям. – Однако не подлежит сомнению то, что местные жители ежедневно подвергаются ужасающим обстрелам, по большей части, как представляется, - незаконным, а число жертв среди гражданского населения устойчиво растет».

В условиях боевых действий город и его окрестности подвергаются ежедневным обстрелам, которые нередко сопровождаются гибелью или ранением гражданских лиц.

Украинские силы пытаются восстановить контроль над Луганском с мая. Жители рассказывали Хьюман Райтс Вотч, что во многих домах несколько недель нет электричества, газа и воды, ощущается нехватка продуктов питания и топлива, со связью большие проблемы, поскольку не работают ни мобильные, ни стационарные телефоны. Хьюман Райтс Вотч наблюдала по утрам длинные очереди на пунктах раздачи воды и хлеба.

В условиях сложной ситуации с безопасностью в городе полное расследование  каждого отдельного обстрела не представлялось возможным. Однако интервью со свидетелями и пострадавшими и наши собственные наблюдения на местах указывают на то, что многие нападения были незаконными в том смысле, что по городской застройке применялось оружие, заведомо не обладавшее достаточной точностью, чтобы обеспечить проведение различия между гражданскими объектами и военными целями.

В Луганске мы осмотрели фрагменты 122-мм реактивных снарядов установок «Град» и артиллерийских снарядов различных калибров – до 152 мм. Эти фрагменты были собраны в населенных районах, где в результате обстрелов имели место гражданские потери. Мы также видели фрагменты 300-мм реактивных снарядов от РСЗО «Смерч» и кассетных боеприпасов, которыми снаряжаются 220-мм реактивные снаряды РСЗО «Ураган», однако нам не удалось установить обстоятельства, при которых применялось это оружие, равно как то, сопровождалось ли его применение гражданскими потерями.

Кассетное оружие запрещено как заведомо неизбирательное, однако Украина не является участником соответствующей конвенции 2008 г. Другие упомянутые выше системы вооружений формально не запрещены, однако применение по городской застройке таких мощных систем с осколочно-фугасными боеприпасами чревато значительными гражданскими потерями в силу их недостаточной точности или сложности ограничения зоны поражения исключительно военной целью. В силу этого Хьюман Райтс Вотч считает, что осколочно-фугасные вооружения с большой площадью поражения не должны применяться по населенным районам.

В условиях продолжающихся боевых действий было трудно с уверенностью установить, кто несет ответственность за каждое конкретное нападение, однако косвенные признаки указывают на то, что во многих эпизодах, расследованными нами в самом городе, обстрел велся правительственными силами, в то время как ополченцы ответственны за несколько обстрелов контролировавшихся силовиками пригородных районов.

Например, 18 августа в результате обстрела центрального рынка в Луганске были убиты по меньшей мере четыре человека, вызванным обстрелом пожаром было уничтожено несколько десятков палаток. В последующие дни рынок неоднократно подвергался новым обстрелам, в том числе во время нашего посещения. Близость рынка к зданию областной госадминистрации, где размещается штаб ополченцев, который, насколько можно предполагать, относится к числу главных целей правительственных сил, указывает на вероятную причастность последних.

Ополченцы, скорее всего, ответственны за обстрел поселка Красный Яр к северо-востоку от Луганска 10 августа, в результате которого были ранены по меньшей мере двое гражданских лиц. По словам свидетелей, перед этим поселок только что перешел под контроль проправительственного добровольческого батальона «Айдар», бойцы которого установили там свой блокпост. Практически сразу после этого поселок был обстрелян из «Градов» с южной стороны, где территория контролируется ополченцами.

«Использование осколочно-фугасных боеприпасов с такой большой площадью поражения в густонаселенном городе – это совершенно безответственная тактика, которая не может не привести к гражданским потерям, - говорит Уле Солванг. – Кто бы ни стоял за этим – правительственные силы или ополченцы, виновные должны быть привлечены к ответственности за такое откровенное пренебрежение жизнью гражданских лиц».

Хьюман Райтс Вотч призвала украинские власти и командование ополченцев отдать приказ всем подчиненным им силам о немедленном прекращении применения «Градов» по населенным районам или вблизи них, прекратить использование кассетных боеприпасов и воздерживаться от неизбирательных нападений.

Хьюман Райтс Вотч призвала тех, кто поддерживает правительство Украины в международном сообществе, настоятельно призвать Киев к неукоснительному соблюдению в этом конфликте норм гуманитарного права. Одновременно международная правозащитная организация призвала Россию содействовать соблюдению законов и обычаев войны ополченцами.

Свидетельства медицинского персонала, экстренных служб

Медперсонал и сотрудники экстренных служб, опрошенные Хьюман Райтс Вотч, последовательно утверждали, что с начала обстрелов Луганска в мае 2014 г. в городе от осколочно-фугасных боеприпасов почти ежедневно были убитые и раненые среди гражданского населения.

По словам экперта Луганского областного бюро судебно-медицинской экспертизы Анатолия Туреевича,  в городской морг с начала обстрелов поступило более 300 трупов гражданских лиц, примерно половина – женские. Сверяясь с записями, он сообщил Хьюман Райтс Вотч:

Цифры по дням разнятся в зависимости от интенсивности обстрелов. 21 июля к нам поступило 20 трупов, 22 июля – 5, 23 июля – 3, 26 июля – 18, 4 августа – 17. 14 августа был тяжелый день – 22 трупа. У 99% поступивших к нам гражданских лиц смерть наступила от осколочных ранений.

По словам этого врача, названные им цифры касались только гражданских лиц.

Врачи и медсестры в двух из четырех больниц Луганска, куда привозят раненых, также говорили нам, что практически все поступают с осколочными ранениями. По словам врача Луганской областной клинической больницы, с мая по август включительно через них прошло около 500 человек, почти все – с осколочными ранениями. Хьюман Райтс Вотч проинтервьюировала около десятка пациентов в 3-й горбольнице Луганска и в больнице в Счастье в 20 км к северу от Луганска. У всех были осколочные ранения.

Одним из наиболее пострадавших от августовских обстрелов был Жовтневый (Октябрьский) район в северо-восточной части Луганска. И.о. начальника районной пожарной части сообщил нам о восьми обстрелах с конца июля (по некоторым эпизодам он не имел сведений о гражданских потерях):

  • 19 августа два снаряда попало по кварталу, где живут пострадавшие от чернобыльской аварии, два дома разрушено.
  • 17 августа в результате обстрелов кварталов Комарова, Левченко и Солнечный погибла 80-летняя женщина, ранен 7-летний мальчик.
  • 17 августа в результате попадания реактивных снарядов из «Града» по торговому комплексу «Эпицентр» возник пожар, значительная часть комплекса полностью выгорела.
  • 14 или 15 августа пять снарядов попало по перекрестку возле кварталов Ватутино и Солнечный, 18 человек погибли.
  • 11 августа обстрелу из «Градов» подверглись кварталы Левченко и Якира, пострадало здание поликлиники, два человека получили тяжелые ранения.
  • Примерно 6 – 8 августа в результате обстрела выставочного комплекса «Дом природы» недалеко от «Эпицентра» погибли 8 человек.
  • 3 или 5 августа во время обстрелов погибли двое мужчин в кварталах Комарова и Левченко.
  • 31 июля – 1 августа в результате обстрела 9 человек погибли и четверо получили ранения в кварталах Солнечный и Комарова.

По словам и.о. начальника пожарной части Жовтневого района, в пострадавших микрорайонах не было ни баз, ни личного состава ополченцев, хотя нам не удалось независимо подтвердить эту информацию. Он также отметил, что интенсивность обстрелов возросла с 13 августа.

И.о. начальника пожарной части также отметил, что одной из самых серьезных проблем для пожарных было то, что нередко после их прибытия на место обстрел возобновлялся:

Мы на пожар выезжаем на машинах, с сиреной. Но очень часто то же самое место снова начинают обстреливать, когда мы туда прибываем, и нам приходится отходить. У меня четырех человек ранило. Одному пришлось ногу ампутировать, которую осколками побило. На «Эпицентре», к примеру, мы попытались огонь тушить, но после нашего приезда снова артобстрел начался – пришлось сворачиваться. Все эти дни мы только и делаем, что выезжаем на места обстрелов.

По его словам, когда они были на «Эпицентре», слышно было, как артиллерия вела огонь с севера, где находилась контролируемая правительственными силами территория.

Сотрудник пожарной части в одном из районов Луганска также отмечал, что его люди подпадали под обстрел: «Это почти всегда». В качестве примера он привел выезд на пожар после обстрела центрального рынка 18 августа: «Мы два раза выезжали, оба раза приходилось сворачиваться из-за нового обстрела. В конце концов мы так и бросили все это выгорать».

Преднамеренный обстрел пожарных бригад может составлять нарушение законов и обычаев войны и военное преступление, поскольку пожарные являются гражданскими лицами, отмечает Хьюман Райтс Вотч.

Собственные наблюдения Хьюман Райтс Вотч

Мы побывали в районе центрального рынка Луганска и осмотрели по меньшей мере шесть воронок на самом рынке, на ул. Челюскинцев к западу от него и у автовокзала на ул. Советская к северу. Большое число палаток на рынке выгорело полностью. По информации сотрудника экстренных служб, один из снарядов попал во двор жилого дома на северной стороне ул. Советская, погибли 4 человека.

В день нашего посещения, по информации одного из пожарных, снаряд попал в многоквартирный дом примерно в 200 м от рынка, 4 человека получили ранения. Пострадавший дом находится в непосредственной близости от пожарной части Ленинского района. Судя по характеру повреждений, обстрел велся с севера.

Воронки в районе центрального рынка находились в пределах 800 м от здания облгосадминистрации, где размещается штаб ополченцев некоторые – в непосредственной близости от него.

Вечером 21 августа мы насчитали около десятка снарядов, выпущенных по центру города, из гостиницы был виден черный дым в центре, однако Хьюман Райтс Вотч пришлось отказаться от осмотра на месте по соображениям безопасности.

Мы также осмотрели воронки на территории двух больниц: 3-й горбольницы и Луганской областной клинической больницы. В обоих случаях попадания приходились на границу территории, в корпусах выбивало окна, однако серьезных повреждений или потерь не было.

Неcколько раз мы слышали выстрелы минометов и артиллерии из центра Луганска, в том числе из района 3-й горбольницы. Стороны конфликта обязаны принимать все разумные меры предосторожности для защиты гражданских лиц, в том числе по возможности избегать размещения личного состава и огневых позиций в населенных районах или поблизости от медицинских учреждений.

Свидетельства пострадавших

Хьюман Райтс Вотч проинтервьюировала девять пациентов в 3-й городской больнице в Луганске и трех – в больнице в Счастье к северу от Луганска на контролируемой правительством территории, куда ушла значительная часть жителей областного центра. Все они показывали нам ранения, которые соответствовали рассказанному. По приведенным описаниям можно предполагать неизбирательный характер обстрелов, однако Хьюман Райтс Вотч не в состоянии  исчерпывающим образом квалифицировать законность нападений, которые сопровождались случаями ранения гражданских лиц, и определить сторону, которая несет ответственность. В приводимой ниже информации иногда содержатся указания на возможную причастность той или иной стороны.

67-летняя Тамара рассказала, что 14 августа в результате попадания снаряда в ее дом в Николаевке к востоку от Луганска погибли ее муж и сын, дом полностью сгорел, ее саму ранило в спину и бедро:

Мужа убило, сына убило, а я даже схоронить их не могу, потому что тут лежу. Всему конец в один момент. Дома нет, денег нет. Хоть из окна прыгай. Ничего у меня не осталось.

Мобильной связи нет – даже сестре позвонить не могу. Она даже не знает, что с нашей семьей случилось.

Когда по ночам снаряды падают, у меня раны открываются от стресса. Такой грохот! Это никогда не кончается. Выходить боюсь. И здесь оставаться боюсь.

53-летний складской рабочий Юрий рассказал Хьюман Райтс Вотч, что был ранен, когда 14 августа у него во дворе в селе Роскошное разорвался снаряд. Во время этого обстрела погибли по меньшей мере трое, в том числе 28-летний мужчина:

Мина залетела на двор и стекла в окнах повыбила. Рядом со мной парень молодой сидел. Осколок ему прямо сердце пробил, мгновенно умер. Все так быстро случилось, разрывы были рядом, потом все кончилось. Соседа в живот ранило. Кто стреляет – мы не знаем. Просто сидим, слушаем.

74-летний Вячеслав рассказал Хьюман Райтс Вотч, что его ранило при попадании снаряда во дворе церкви в Юбилейном к западу от Луганска:

Я пошел очередь за водой занять. Сел в тенечке, и тут вдруг обстрел начался. Село уже полторы недели крепко утюжили. В несколько домов попало, но мы думали, что в церковь-то уж точно не попадет. Батюшка сказал, что по церкви стрелять не будут.

По словам Вячеслава, из села его пришлось вывозить соседям, поскольку «скорая» перестала к ним ездить из-за обстрелов.

50-летний Александр рассказал Хьюман Райтс Вотч, что был ранен при обстреле Ленинского района Луганска 14 августа между 8 и 9 часами утра:

Я только-только из дома за хлебом вышел, а тут – обстрел. Женщины на улице на мостовую падали, молились. Одного человека убило. Еще одного – ему лет 80 – в больницу с осколочным ранением увезли.

82-летняя Анна Дмитриевна рассказала Хьюман Райтс Вотч, что была ранена при обстреле Роскошного 4 августа:

Когда обстрел начался, хотела в подвал сховаться, да не успела. Тут же рядом снаряд взорвался, меня в правое плечо ранило. Соседи меня до подвала свели, я там всю ночь просидела, кровью истекала. На следующий день подзатихло – в больницу свезли. Рука правая до сих пор плохая, чашку – и то поднять не могу. И не знаю, как жить дальше.

70-летний Алексей рассказал Хьюман Райтс Вотч, что был ранен при обстреле квартала Южный в Луганске 2 августа:

Сначала свист, потом – как рванет! Один снаряд по детской площадке угодил, следующий – со мной рядом. И времени-то не было спрятаться или, там, в укрытие бежать.

57-летняя Ирина рассказала Хьюман Райтс Вотч, что была ранена около 20:00 1 августа при обстреле реактивными снарядами Стукаловой Балки в нескольких километрах к северу от Луганска. На тот момент населенный пункт контролировался Национальной гвардией, их пост был примерно в 800 м от дома Ирины. Ирина возвращалась домой со свекровью и еще одной пожилой женщиной:

Все случилось так быстро. У нас ни малейшего шанса не было. Я слышала, как минимум, три разрыва, бабушек на землю повалила, но нас всех все равно ранило.

Ирина работала медсестрой в Луганске, из-за ранения ей ампутировали ступню. Ее свекровь лишилась ноги. Третья женщина получила осколочные ранения левой руки.

Сестра Ирины рассказала Хьюман Райтс Вотч, что в результате того обстрела по меньшей мере один дом загорелся. По ее словам, судя по следам от огня на том доме, реактивные снаряды попали в южную сторону, что может указывать на ведение огня с юга, где находились районы, контролировавшиеся ополченцами.

39-летняя Яна рассказала Хьюман Райтс Вотч, что была ранена при попадании снаряда в ее дом в поселке Красный Яр к северо-востоку от Луганска 10 августа:

Я была в спальне, вдруг слышу – два  свиста. Прятаться некогда было. Мне удалось через окно вылезти, а там уж я кричать стала.

Яна лишилась левого глаза и оглохла на правое ухо.

Хьюман Райтс Вотч проинтервьюировала  50-летнего сварщика, который был ранен во время того же обстрела:

Сначала ополченцы были, потом армия украинская в наступление пошла. И те, и эти друг по другу шарашили, не поймешь – чьи ракеты на тебя валятся. Потом батальон «Айдар» [прокиевский] пришел, блокпост поставили – и по новой обстрелы. Я во дворе был, когда что-то рвануло. Теперь ноги отнялись.

Этот человек получил осколочные ранения в ногу и левую руку, а также травму спины.