Олий Мажлис, парламент Узбекистана. Ташкент, Узбекистан

Tashkent, Uzbekistan © 2019 Arterra/Universal Images Group via Getty Images.
Выборы 22 декабря 2019 года в Узбекистане – это первые парламентские выборы при президенте Шавкате Мирзиёеве, пришедшем к власти в 2016 году на смену умершему авторитарному лидеру страны Исламу Каримову. 

Президент Мирзиёев предпринял ряд шагов в направлении реформ, включая некоторые меры по улучшению ситуации с правами человека в стране. Правительство стремится представить нынешние парламентские выборы как важную часть этого процесса реформ. 

В то же время, политическая система Узбекистана по-прежнему в значительной степени остается авторитарной. Политического плюрализма как такового практически не существует, а проведение выборов в стране многие годы было процессом, который сопровождался жесткими ограничениями и запретами . Выборы президента Мирзиёева в декабре 2016 года проходили в условиях строгих ограничений, ущемивших фундаментальные права избирателей и не позволивших выборам стать свободными и справедливыми.

В феврале в избирательное законодательство Узбекистана были внесены изменения, однако согласно заявлениюБюро по демократическим институтам и правам человека Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (БДИПЧ ОБСЕ) – основного в регионе института по наблюдению за выборами – предстоящие парламентские выборы не предоставляют избирателям возможности подлинного выбора кандидатов.

В предлагаемых ниже «Вопросах и ответах» содержатся краткие разъяснения по ключевым вопросам, связанным с парламентскими выборами и существующими серьезными проблемами в области прав человека в Узбекистане.

Выборы 22 декабря в Узбекистане проходят под лозунгом «Новый Узбекистан – новые выборы». Что по этому поводу говорят независимые наблюдатели за выборами?

Миссия БДИПЧ, осуществляющая наблюдение за выборами в Узбекистане, состоит из 265 наблюдателей, в том числе 11 экспертов по выборам, 30 долгосрочных наблюдателей, а также 224 краткосрочных наблюдателей от государств – участников ОБСЕ. БДИПЧ признало важность ряда внесенных в  избирательное законодательство страны изменений, в соответствии с которыми пять отдельных законов были объединены в единый правовой акт – Избирательный кодекс Республики Узбекистан.

В числе изменений – отмена квотирования депутатских мест в парламенте для представителей Экологического движения Узбекистана и исключение ограничения по участию в выборах отдельных категорий лиц, содержащихся в местах лишения свободы. Кроме этого, избиратели вправе ставить подпись в поддержку нескольких политических партий, собирающих подписи для регистрации на участие в выборах.

При этом, БДИПЧ откровенно говорит о том, что Узбекистан так и не решил свои давние проблемы с выборами в стране. В течение многих лет оппозиционные партии не допускаются до участия в выборах; власти жестко ограничивали освещение в СМИ хода прошлых выборов. С 2003 года в стране не было зарегистрировано ни одной новой политической партии.

В июльском докладе БДИПЧ, обнародованном после подготовительной поездки в Узбекистан, отмечается, что в «[Новом] Избирательном кодексе не нашли отражения давние рекомендации [БДИПЧ], многие из которых касаются ограничений или отсутствия гарантий основных свобод», в частности, ограничений свободы выражения мнений, свободы собраний и ассоциаций.

В опубликованном 13 декабря 2019 года промежуточном отчете Миссии БДИПЧ по наблюдению за парламентскими выборами говорится, что «законодательство о регистрации политических партий, которое БДИПЧ считает обременительным и допускающим произвольное его применение, остается в основном без изменений».

После завершения работы Миссии по наблюдению за президентскими выборами в Узбекистане в декабре 2016 года БДИПЧ пришло к выводу, что «доминирующая роль государственных фигур и ограничения фундаментальных свобод подрывают политический плюрализм, что лишило избирательную кампанию подлинного соревновательного духа». Организация рекомендовала проведение «всесторонней реформы» избирательного законодательства и законов, ограничивающих основные права человека.

В начале нынешнего года ташкентская правозащитная организация «Эзгулик» публично обратилась к президенту Мирзиёеву с просьбой ослабить требования к регистрации политических партий. В своем обращении правозащитники особо подчеркнули, что в основном руководящем документе самого правительства – его «Стратегии действий по пяти приоритетным направлениям развития Республики Узбекистан на 2017-2021 годы» – акцентируется внимание на «развитии политической системы, усилении роли политических партий в жизни государства и общества, формировании среди них здоровой конкурентной среды».

Однако, отмечает «Эзгулик», требование Министерства юстиции о необходимости наличия не менее 20 000 подписей для регистрации партии «несовместимо с этими целями». Правозащитники призвали значительно сократить число необходимых подписей.

Говоря о нынешних выборах, председатель «Эзгулик» Абдурахмон Ташанов в своем интервью сказал: «Это не выборы. Это просто своего рода политический процесс».

Кто участвует в выборах?

На нынешних выборах кандидаты будут бороться за 150 мест в парламенте страны. В тот же день пройдут выборы в областные, городские и районные советы. 

Право выдвигать своих кандидатов на парламентских выборах получили пять зарегистрированных политических партий. Все допущенные к выборам партии действуют в политическом поле, определенном президентом и его правительством. Ни одна оппозиционная партия, ни один независимый кандидат участвовать в выборах не могут.

К выборам были допущены следующие пять партий: Либерально-демократическая партия Узбекистана (УзЛиДеП)Народно-демократическая партия УзбекистанаСоциал-демократическая партия Узбекистана «Адолат»Демократическая партия Узбекистана «Миллий Тикланиш» и Экологическая партия Узбекистана, участвующая в выборах впервые.

В программах ряда партий нашли отражение общие замечания по проблемам прав человека в таких сферах как, независимость судебной власти, роль гражданского общества и права инвалидов. 

Доля женщин среди кандидатов в депутаты на выборах этого года увеличилась по сравнению с предыдущими выборами. Согласно требованиям нового Избирательного кодекса Узбекистана число женщин должно составлять не менее тридцати процентов от общего числа кандидатов. На нынешних выборах женщины составляют 41% кандидатов (310 из 750 кандидатов – женщины).

Официальные лица Узбекистана отметили, что, в сравнении с предыдущими выборами, в этот раз многие из зарегистрированных партий выставляют новых, более молодых кандидатов. Официальные лица выразили в связи с этим надежду, что новый парламент будет более независимым от исполнительной власти и более динамичным, чем предыдущие.

По данным БДИПЧ, к середине декабря было проведено в общей сложности 36 прямых эфиров или записейтеледебатов между представителями партий. БДИПЧ отметило, что «дебаты проходят часто, но журналисты традиционных средств массовой информации, как правило, не пытаются анализировать партийные программы и блогеры все чаще рассматриваются как наиболее важный источник независимых комментариев». 

БДИПЧ также отмечает, что впервые официально следить за ходом голосования смогут местные наблюдатели. Однако эти «гражданские наблюдатели» ограничены представителями махаллей (традиционных узбекских общинных структур). Это ограничение означает, что «любые другие организации гражданского общества» исключены из процесса наблюдения за выборами. 

Наблюдается ли прогресс в области прав человека в Узбекистане в последние годы?

После 27 лет репрессивного правления Каримова, при президенте Мирзиёве забрезжила некоторая надежда на улучшение ситуации в области прав человека. В период с 2016 года было освобождено более 50 человек, осужденных по политическим мотивам. Среди них правозащитники, журналисты и другие активисты, многие из которых провели в заключении долгие годы, подвергались пыткам и жестокому обращению.

В августе 2017 года правительство приняло постановление о запрете принудительной мобилизации бюджетников на хлопковые работы и предприняло конкретные меры для практического осуществления этого запрета.

Наблюдается рост активности СМИ, хотя по-прежнему в строгих, установленных правительством рамках. Ослаблены ограничения интернета, в социальных сетях широко обсуждаются социальные и экономические вопросы. По крайней мере 11 сайтов, в том числе Eurasianet, Fergana News, Хьюман Райтс Вотч и узбекская служба Би-би-си, были разблокированы в мае. В декабре 2018 года был восстановлен доступ к YouTube и Facebook, заблокированный в период с августа по ноябрь 2018 года. В последние два года получили аккредитацию корреспонденты Eurasianet, Голоса Америки и Би-би-си.

Неправительственные организации больше не обязаны хранить свои средства только в двух санкционированных государством банках. В 2018 и 2019 годах Министерство юстиции объявило о новых правилах, облегчающих процедуры регистрации независимых групп и ослабляющих контроль над их деятельностью. В марте 2018 года президент Мирзиёев подписал указ, предусматривающий сокращение полномочий репрессивной Службы национальной безопасности (СНБ). Ряд ее функций был передан министерствам внутренних дел и обороны.

Какие проблемы с правами человека остаются нерешенными?

Несмотря на все текущие реформы, Узбекистан сохраняет многие ключевые элементы авторитарного государства. СНБ по-прежнему обладает широкими полномочиями. Тысячи людей находятся в тюрьмах по политически мотивированным обвинениям, в том числе и мирные верующие. Многие бывшие заключенные, отбывавшие наказание по политически мотивированным делам, не были официально реабилитированы и не получили необходимую медицинскую помощь. Как отметил Комитет ООН против пыток, применение пыток и жестокое обращение со стороны правоохранительных органов остается широко распространенным явлением.

Широко распространена цензура средств массовой информации, СМИ вынуждены действовать в строго очерченных рамках. Журналисты подвергаются преследованиям, а порой и арестам. Узбекская служба Радио Свободная Европа/Радио Свобода – Озодлик остается заблокированной.

После сентябрьского визита в Узбекистан Специальный докладчик ООН по вопросу о независимости судей и адвокатов пришел к выводу, что сохраняются «существенные угрозы в отношении независимости судебной власти и верховенства права», в том числе такие, как «широкие полномочия, которые прокуроры сохраняют в ходе уголовного судопроизводства и которые ограничивают независимость судьи».

Неправительственные организации, работающие в сфере гражданских и политических прав, включая избирательные права, не смогли получить регистрацию. БДИПЧ отмечает, что не располагает информацией о регистрации хотя бы одной подобной организации. Три попытки бывших политзаключенных и правозащитников Азама Фармонова, Агзама Тургунова и Дилмурода Саидова зарегистрировать в Министерстве юстиции правозащитную организацию «Восстановление справедливости» не увенчались успехом.

Хьюман Райтс Вотч по-прежнему не может зарегистрироваться в Узбекистане из-за решения Верховного суда 2011 года, позволившего Министерству юстиции ликвидировать регистрацию офиса организации в Ташкенте. Организация не могла работать в стране в период с 2010 по 2017 год, но с сентября 2017 года имела возможность посещать страну и проводить там исследования.

Какие еще проблемы с правами человека в стране вызывают обеспокоенность?

По узбекским законам добровольные половые отношения между мужчинами являются уголовным преступлением, наказуемым тюремным заключением сроком от одного до трех лет. Узбекистан и Туркменистан – единственные из постсоветских государств, которые не декриминализировали однополые добровольные сексуальные отношения взрослых. 

В 2019 году в рамках проектов по обновлению и благоустройству городов власти поспешно снесли тысячи домовпо всему Узбекистану. Во многих случаях домовладельцев выселяли без предварительного уведомления и надлежащей компенсации.

Несмотря на запрет принудительной отправки бюджетников на хлопковые работы, десятки тысяч людей по-прежнему каждую осень посылают на сбор хлопка. Зачастую люди работают в трудных и опасных условиях. Около 170 000 человек были принудительно отправлены на сбор урожая хлопка в 2018 году.