Акром Маликов, год неизвестен

© Fergananews

(Бишкек) – Власти Узбекистана должны обеспечить тщательное, беспристрастное и независимое расследование заявлений о предполагаемых пытках и другом недозволенном обращении в отношении задержанного независимого журналиста, заявили сегодня 12 правозащитных групп. Бобомурод Абдуллаев и другие люди, арестованные исключительно за мирную реализацию ими права на свободное выражение мнений, должны быть немедленно освобождены, считают правозащитники.

Журналист-фрилансер, Абдуллаев сотрудничал с целым рядом информационных ресурсов, включая информагентство «Фергана» и Институт по освещению войны и мира (IWPR).

27 сентября 2017 г. он был задержан в Ташкенте Службой национальной безопасности Узбекистана (СНБ) по обвинению в «посягательстве на конституционный строй» (статья 159-4 УК РУз), предусматривающему до 20 лет лишения свободы. 3 февраля 2018 г. его родственники сообщили представителям нескольких правозащитных организаций, что во время содержания под стражей он подвергся пыткам и другому недозволенному обращению. Власти должны незамедлительно освободить Абдуллаева и других людей, арестованных по аналогичным обвинениям, заявили 12 правозащитных групп.

«В то время, как со стороны руководства Узбекистана похоже предпринимаются шаги по реформированию имеющих чудовищную репутацию органов госбезопасности, заявления о применении в СНБ пыток к журналисту должны послужить поводом для оперативного расследования и решительного и публичного осуждения», - говорит Стив Свердлов, исследователь Хьюман Райтс Вотч по Центральной Азии.

В защиту Абдуллаева и других выступили «Международная амнистия», Ассоциация «Права человека в Центральной Азии», Civil Rights Defenders, Комитет защиты журналистов, Freedom House, Хьюман Райтс Вотч, Международное партнерство за права человека (IPHR), Норвежский Хельсинкский комитет, «Репортеры без границ», Freedom Now, Article 19 и Узбекско-германский форум за права человека.

Журналист Бобомурод Абдуллаев, задержанный сотрудниками госбезопасности в Ташкенте 27 сентября 2017 г. Ему вменяется «посягательство на конституционный строй», максимальное наказание – 20 лет лишения свободы. © ИА «Фергана»

8 февраля ташкентский правозащитник Сурат Икрамов сообщил, что после огласки заявлений о применении пыток в отношении Абдуллаева в СМИ двое сотрудников СНБ, предположительно причастных к злоупотреблениям, были отстранены от дела и им было сказано не покидать столицу на время расследования. 31 января было объявлено о смене руководства госбезопасности в связи с отставкой 73-летнего Рустама Иноятова, в течение 22 лет остававшегося во главе СНБ. Период его руководства сопровождался постоянными заявлениями о пытках и недозволенном обращении в системе госбезопасности.

Бобомуроду Абдуллаеву вменяется написание «экстремистских» статей и участие в заговоре с целью захвата власти – наряду с известным экономистом и блогером Хаётом Насриддиновым, ученым Акромом Маликовым и другими.

По информации, полученной Хьюман Райтс Вотч от родственников Абдуллаева и узбекских правозащитников, после ареста журналиста неоднократно подвергали пыткам, отказывали ему в праве на адвоката по собственному выбору и ограничивали свидания с семьей.

Жена Абдуллаева Катя Балхибаева рассказала Хьюман Райтс Вотч о первом свидании с мужем в октябре прошлого года:

Когда я первый раз увиделась с мужем [в СИЗО СНБ на ул. Гвардейская в Ташкенте], я принесла ему кое-что из теплой одежды. Следователь велел мне не общаться с прессой и вообще ни с кем не обсуждать это дело. Во время свидания мы были в окружении пяти сотрудников СНБ и не могли нормально поговорить. Он посмотрел на меня, помолчал, потом попросил не давать никаких интервью и не брать адвоката. А потом один из эсэнбэшников сказал мне, что, если буду с кем-то это обсуждать – Бобомуроду очень плохо будет.

Во время январского свидания с женой и матерью Абдуллаев сказал им, что его пытают с момента ареста в сентябре. По его словам, в день ареста, четверо оперативников СНБ подошли к нему недалеко от его дома в Ташкенте, не объясняя своих намерений и не предъявляя документов. Абдуллаев попытался узнать у них в чем дело и стал сопротивляться. Тогда оперативники надели ему на голову пакет, избили и затолкали в машину. По словам Абдуллаева, это происходило на глазах у местных жителей.

Абдуллаев рассказал семье, что несколько дней после ареста его без одежды держали в неотапливаемой камере, вынуждая все время стоять. Он также рассказал, что пять дней его не кормили и начали давать еду только после того, как он потерял сознание от истощения. Он утверждает, что сотрудники СНБ несколько раз лишали его пищи и угрожали расправиться с ним и с его семьей и, что его неоднократно привязывали на несколько часов к койке в камере.

Мать Абдуллаева Гавхар Мадаминова многократно письменно обращалась в различные инстанции по поводу задержания ее сына и размещала обращения к президенту в интернете, но никакого ответа по существу не получила.

Хаёт Насреддинов, дата неизвестна

© AsiaTerra

По словам родственников, сотрудники СНБ угрожали первому адвокату Абдуллаева и не допускали ее к подзащитному. В ноябре Абдуллаев взял себе адвоката-правозащитника Сергея Майорова, и 14 декабря ему разрешили встретиться с ним в присутствии следователя СНБ, который вел дело. Через восемь дней тот же следователь вызвал Майорова в СИЗО, в кабинет привели Абдуллаева, и тот в присутствии сотрудников СНБ заявил, что отказывается от услуг Майорова и хочет, чтобы его представлял назначенный государством защитник. Следователь предъявил Майорову соответствующее письменное заявление, якобы подписанное Абдуллаевым десятью днями ранее. Когда Майорова выводили из кабинета, он поинтересовался, продлен ли подозреваемому срок содержания под стражей и насколько, а также когда предполагается завершить предварительное следствие. Следователь отказался отвечать на эти вопросы.

На свидании с женой во второй половине декабря Абдуллаев попросил передать Майорову, что просит последнего выступать в суде в качестве его адвоката. Дата суда пока не известна.

«Заявления Абдуллаева о пытках требуют тщательного и независимого расследования и уголовного преследования всех лиц, в отношении которых будет установлена причастность к недозволенному обращению, - говорит Умида Ниязова, глава Узбекско-германского форума по правам человека. – Информация о возможном привлечении к ответственности пытавших его сотрудников СНБ, если это соответствует действительности, дает повод для оптимизма, но главное – пока власти разбираются в ситуации, Абдуллаева, Насреддинова и других арестованных нужно немедленно освободить,».

В рамках того же дела, в 20-х числах октября прошлого года, также по статье 159-4, был арестован блогер, экономист Хаёт Насреддинов, которому тоже грозит до 20 лет. До конца года его родственникам ничего не сообщали о причинах ареста, имеются основания предполагать, что им запрещено общаться с журналистами и правозащитниками. Насреддинов содержится в ташкентском СИЗО СНБ, имеются серьезные опасения, что он возможно был подвергнут пыткам или другому недозволенному обращению.

По делу Абдуллаева также допрашивался Акром Маликов – научный сотрудник Института рукописей Академии наук Узбекистана. Он был арестован в июле 2016 г. по обвинению в экстремизме, ему вменялось авторство статей для оппозиционного Народного движения Узбекистана. В настоящее время Маликов отбывает шестилетний срок в колонии в Навои.

«Сегодня для Узбекистана открывается реальная возможность перемен, но одновременно мы получаем информацию о том, что журналистов и блогеров все еще арестовывают и пытают, - говорит Бриджит Дюфур, директор IPHR. – Этот случай станет проверкой того, действительно ли ситуация с правами человека в Узбекистане улучшается или нет».

На протяжении последних 15 лет вопрос о широком распространении практики пыток в местах заключения и содержания под стражей в Узбекистане неоднократно поднимался спецдокладчиком ООН по пыткам, Комитетом ООН против пыток, Комитетом ООН по правам человека, Госдепартаментом США, Европейским судом по правам человека и целым рядом местных и международных правозащитных групп.

30 ноября прошлого года президент Шавкат Мирзиёев своим указом запретил судам использовать полученные под пытками доказательства и принимать судебные решения на основании любых показаний, не подтвержденных в ходе судебного разбирательства. Указ вступает в силу в марте этого года, и с этого времени прокуроры будут обязаны проверять, не оказывалось ли на подследственного или на его близких физическое или психологическое давление. Реальное исполнение этих норм могло бы способствовать предупреждению пыток и другого недозволенного обращения с задержанными в Узбекистане.

«Это дело служит еще одним напоминанием о том, что правительство Узбекистана должно позволить регулярный, беспрепятственный и независимый мониторинг экспертами условий содержания задержанных и заключенных, - говорит Надежда Атаева, президент ассоциации «Права человека в Центральной Азии». – Власти должны направить приглашения на посещение страны спецдокладчику по пыткам и другим тематическим механизмам и привести законодательство и практику его применения в соответствие с международными нормами и стандартами в интересах недопущения пыток в будущем».