(Москва) – В связи с мирными акциями протеста власти Беларуси в марте 2017 г. произвольно задержали по меньшей мере 700 человек, заявила сегодня Хьюман Райтс Вотч. Большинство, в том числе свыше 100 журналистов и 60 правозащитников, подверглись задержанию в связи с мирными акциями, посвященными ежегодно отмечаемому 25 марта Дню Воли.

Милиция задерживает мужчину во время демонстрации в Минске 25 марта.

© 2017 Василий Федосенко/Reuters

Многие задержанные подверглись избиениям и иному недозволенному обращению со стороны милиции. 27 марта суды в Минске и других городах вынесли решения о привлечении по сфабрикованным обвинениям к административной ответственности в виде штрафа или ареста 177 человек, среди которых были журналисты и правозащитники. За несколько часов до митинга в Минске 25 марта ОМОН провел рейд в офисе одной из ведущих правозащитных групп Беларуси – правозащитного центра «Весна», задержав 58 человек.

«Накануне и во время протестов в День Воли белорусские власти развернули шокирующее тотальное наступление на свободу мирных собраний, - говорит Юлия Горбунова, исследователь Хьюман Райтс Вотч по Беларуси. – Они должны немедленно освободить всех, кто был задержан в связи с протестами, и расследовать заявления о недозволенном обращении со стороны милиции».

Наш исследователь проинтервьюировала 19 журналистов, правозащитников, адвокатов и людей, подвергшихся задержанию, и побывала на судебных слушаниях в Минске.

День Воли ежегодно отмечается в годовщину провозглашения Белорусской Народной Республики в 1918 г., и год за годом политическая оппозиция 25 марта выходит на митинги против президента Александра Лукашенко. В этом году протесты оказались крупнейшим за многие годы выплеском общественного недовольства, а развернутые властями репрессии – самыми широкими со времени разгона демонстрантов в Минске в 2010 г.

В феврале – марте в 13 городах Беларуси проходили беспрецедентные по массовости выступления против так называемого «налога на тунеядство», введенного декретом президента в 2015 г. В начале 2017 г. люди стали получать первые уведомления о необходимости уплаты этого налога за предыдущий год.

По оценкам, 25 марта в центре Минска собрались 2 тыс. человек. 26 марта уже не такая многочисленная группа активистов протестовала против задержаний накануне. Участников этой акции также задерживали.

Большинство лиц, задержанных в связи с протестами 25 марта, впоследствии были отпущены без обвинения, остальных привлекали по таким составам, как хулиганство, сопротивление аресту или участие в несанкционированном мероприятии.

Женщина, задержанная милицией во время протеста 25 марта в Минске

© 2017 Василий Федосенко/Reuters

«За один день задержали больше журналистов, чем за весь прошлый год», - заявил Хьюман Райтс Вотч руководитель независимой Белорусской ассоциации журналистов Андрей Бастунец, имея в виду тех, кто освещал митинг 25 марта.

Одного журналиста задерживали трижды в течение трех дней; несколько задержанных рассказали, что были избиты милицией. Отмечено давление властей на журналистку – вплоть до угроз отобрать у нее ребенка, если она не прекратит писать о протестах. Правозащитник из «Весны» был госпитализирован с черепно-мозговой травмой, полученной в результате недозволенного обращения со стороны милиции.

«Власти откровенно не давали журналистам и правозащитникам освещать протесты, то есть выполнять профессиональные обязанности, - говорит Юлия Горбунова. – Они подчеркнуто игнорировали международные обязательства Беларуси в том, что касается уважения свободы СМИ».

27 марта 177 человек были оштрафованы или административно арестованы судами на срок до 25 суток после кратких и формальных административных слушаний. Административное производство было прекращено только в одном случае. Многим не были обеспечены своевременный доступ к адвокату и возможность вызова свидетелей в свою защиту.

Власти Беларуси должны уважать свободу собраний, напоминает Хьюман Райтс Вотч. Международные нормы признают за каждым человеком неотъемлемое право на участие в мирных собраниях, которые по умолчанию должны признаваться законными, и никто не может быть привлечен к уголовной или административной ответственности только лишь за организацию мирного протеста или за участие в нем, даже если власти считают такой протест незаконным. Международные стандарты исходят из того, что право на мирный протест не должно предполагать предварительного разрешения и что любой порядок заблаговременного уведомления не должен выполнять роль де-факто разрешительного. Неуведомление властей о мирном собрании не превращает его в незаконное, и отсутствие такого уведомления не должно использоваться как предлог для пресечения собрания или наложения на его организаторов санкций, таких как штрафы или лишение свободы.

Физические посягательства в отношении задержанного, включая удары кулаками и ногами или дубинкой, ни при каких обстоятельствах не признаются законным применением силы и являются нарушением запрета пыток и бесчеловечного обращения. При обеспечении общественного порядка во время собраний применение силы правоохранительными органами должно иметь место в исключительных случаях, а в обычных условиях контроль над ситуацией должен обеспечиваться несиловыми методами. Любое применение силы должно ограничиваться минимально необходимым в данных обстоятельствах и допустимо только в отношении лиц, прибегающих к насилию, или только для предотвращения неминуемой угрозы.

Мартовские репрессии в Беларуси вызвали осуждение со стороны Евросоюза, который в 2016 г. отменил санкции, введенные ранее в связи с нарушениями прав человека. Это решение было принято в условиях поворота Минска и Брюсселя к переформатированию отношений на фоне действий России в Украине.

Международные партнеры Беларуси, в том числе Евросоюз и отдельные его члены, должны недвусмысленно дать понять президенту Александру Лукашенко, что дальнейшее политическое сближение между Брюсселем и Минском будет зависеть от принятия властями системных мер, включая обеспечение оппонентам правительства возможности свободно выражать свою позицию внутри страны. Евросоюз также должен поставить вопрос о возобновлении мандата спецдокладчика по Беларуси на сессии Совета ООН по правам человека в июне этого года.

«Ни у кого из международных партнеров Беларуси не должно быть никаких иллюзий относительно сколько-нибудь реального изменения отношения правительства к его обязательствам в области прав человека, - говорит Юлия Горбунова. – Они должны последовательно требовать от Минска освобождения задержанных и уважения основополагающих свобод».

Аресты и жесткие действия милиции в День Воли

В двух ведущих белорусских правозащитных группах – правозащитном центре «Весна» и Белорусском Хельсинкском комитете – нам заявили, что Минский горисполком вовремя не ответил на заявку организаторов о проведении в центре столицы митинга 25 марта. В последний момент власти предложили альтернативное место, которое организаторов не устроило. 24 марта председатель Мингорисполкома заявил, что любые собрания 25 марта будут считаться незаконными.

25 марта значительные силы ОМОНа блокировали район Академии наук на проспекте Независимости, где должен был проходить митинг. На место были стянуты водометы, автозаки, бронированные машины и другая техника для разгона массовых демонстраций.

Митинг был назначен на 14:00. Между 12:30 и 16:00 омоновцы задержали сотни людей: мирных протестующих, журналистов и прохожих, которые либо уже находились в районе митинга, либо пытались пройти туда. «Забирали всех, кто под руку попадется, даже тех, кто просто стоял или мимо проходил, молодых, пожилых – не важно», - рассказывал Хьюман Райтс Вотч один из очевидцев. Британский журналист был свидетелем задержаний в районе площади Победы в 2,3 км от Академии наук и впоследствии сам был задержан: «Такое впечатление было, что эти группы омоновцев буквально ‘охотились’ на людей: они не разбирались, а, как одержимые, хватали первых попавшихся и закидывали их в полицейские машины».

На проспекте Независимости милиция через мегафон призывала собравшихся разойтись, но людям было некуда уходить, поскольку весь район был оцеплен. Как рассказал еще один свидетель: «Нам говорили расходиться, но идти было некуда – кроме как в автозаки, которые повсюду стояли».

Множество свидетелей сообщали об избиении милицией людей во время задержания, в автозаках и в районных УВД.

По словам 75-летнего Валерия Щукина, пятеро омоновцев остановили его на улице примерно в километре от места митинга и велели пройти в милицейский автобус. Когда он отказался, его ударили дубинкой по ноге и закинули в автобус, где было уже около сотни задержанных. Их отвезли в УВД Заводского района, где на несколько часов всех поставили лицом к стене. Щукин рассказал, что видел, как милиционеры били кулаками и ногами тех, кто пытался повернуться спиной к стене или сесть, и не разрешали задержанным воспользоваться туалетом. Сам он отказался стоять, и его заставили в течение трех часов сидеть на холодном сыром асфальте. Когда он почувствовал себя плохо, его отвезли в больницу, где врачи диагностировали гипертонический криз. По его словам, он еще три дня после этого не мог нормально ходить из-за боли в ноге.

Судебные слушания

В правозащитном центре «Весна» говорят, что большинство людей, задержанных 25 и 26 марта, впоследствии отпустили без обвинения, 177 человек оставили до рассмотрения административных дел 27 марта. В Минске из 144 человек 56 получили административный арест на срок до 25 суток, 80 были оштрафованы, в отношении одного административное дело было прекращено. Два дела на момент подготовки этого материала продолжались, по пятерым задержанным правозащитники точной информацией не располагали. В регионах 18 человек получили административные аресты, 13 – были оштрафованы, по двум делам точной информации у активистов не было.

Многие задержанные, как отмечают в «Весне», смогли увидеться с адвокатом только непосредственно накануне слушаний. Юрист правозащитного центра Анастасия Лойко, которая вела мониторинг слушаний в Минске, сообщила, что милиция и суды либо отказывались предоставлять информацию, либо невнятно и противоречиво сообщали о том, в какое подразделение внутренних дел доставлены задержанные или где будут проходить слушания. В результате адвокатам зачастую не удавалось вовремя связаться с задержанными или они встречались буквально за несколько минут до начала заседания. Большинство ходатайств защиты судами отклонялось, включая ходатайства о вызове свидетелей.

Например, судебные работники разместили точную информацию о месте рассмотрения дела Алеся Логвинца только в последний момент. Ему удалось пообщаться с адвокатом всего в течение десяти минут перед заседанием, а родственники пришли в суд за минуты до его начала. Несмотря на несвоевременность оповещения участников процесса, судья отказал защите в вызове свидетелей, которых к тому моменту еще не было в суде. На судебном заседании 27 марта двое омоновцев из числа тех, кто задерживал Логвинца, заявили, что тот сам нанес себе травмы – якобы «бился головой о сиденье автомобиля». Судья признал Логвинца виновным в административном правонарушении, выразившемся в нецензурной брани в общественном месте, и назначил 10 суток ареста.

«Суды просто штамповали решения», - говорит Анастасия Лойко.

Притеснения, избиения и задержания журналистов

Накануне и во время протестов в День Воли по меньшей мере 107 местных и иностранных журналистов подверглись задержаниям, избиениям и притеснениям и получили от властей официальные предупреждения. По данным Белорусской ассоциации журналистов, семеро журналистов были избиты милицией, в трех случаях у журналистов повреждали или уничтожали фото- и видеоаппаратуру. Восемь журналистов получили административные аресты на срок до 15 суток по таким статьям, как участие в несанкционированном мероприятии или хулиганство. Один журналист был оштрафован, несколько дел на момент подготовки этого материала ожидали рассмотрения.

26 марта милиция также задерживала журналистов, освещавших немногочисленную акцию на Октябрьской площади. В их числе был корреспондент телеканала «Белсат» Алесь Залевский. Сотрудники Госавтоинспекции остановили машину, из которой Залевский и его оператор вели прямой репортаж, и приказали им выйти. Подъехавшие через несколько минут омоновцы затолкали обоих в автобус и отвезли в УВД Московского района. Залевский рассказал:

Я видел, как прямо следом за нами [в РУВД] подъехали еще два милицейских автобуса, набитые людьми. Милиция поставила всех лицом к стене, ноги широко в стороны. Нам пришлось так простоять три часа. Стоило кому-нибудь шевельнуться или попытаться повернуться – милиция его била. Еще кулаками и ногами били, если покажется, что кто-то ноги не так широко расставил.

Через три часа Залевского и оператора отпустили без обвинения.

Залевский был задержан и ранее, 24 и 25 марта. 24 марта он с группой журналистов французского телеканала France24, украинского «Нового времени» и Радио Свобода направился в офис Белорусской партии «Зеленые», где оказывалось содействие семьям людей, задержанных в связи с протестами против «налога на тунеядство». Прибывшие туда же сотрудники милиции задержали журналистов и отвезли в УВД Московского района, где у них проверили документы, после чего отпустили без обвинения. 25 марта двое омоновцев забрали Залевского по дороге на митинг, который он собирался освещать. Его без объяснений затолкали в микроавтобус, в котором находилось еще несколько человек. В машине он сказал омоновцу, что живет поблизости, показал регистрацию, и его выпустили прямо на месте.

25 марта омоновцы задержали и избили британского журналиста-фрилансера Филиппа Уорвика, которого продержали больше шести часов. В Skype-интервью Хьюман Райтс Вотч он рассказал, что его закинули в милицейский автобус, где омоновец ударил его ногой в бедро и по голове. Журналиста отвезли в милицию, обыскали, проверили документы. Он предоставил нам письменное описание происходившего в милиции:

Мне заломили руки за спину, очень больно, приподняли и бросили на пол, лодыжки прижали ногами, а один из них в это время коленом мне на позвоночник встал. У меня от этого грудную клетку в пол вдавило, пару секунд ни вдохнуть, ни выдохнуть не мог, задыхаться начал. Это у них довольно веселый хохот вызвало. Меня в наручниках ткнули лицом в стену, пинками мне ноги расставили и прошлись по всем карманам.

Уорвика продержали больше шести часов, после чего отпустили, насколько можно понять – без обвинения; на следующий день он уехал из Беларуси.

Корреспондента телеканала «Белсат» Екатерину Андрееву 25 марта задержали вместе с ассистентом, оператором и еще одним местным журналистом. Она рассказала, что оператора Александра Борозенко задержали около 15:00, когда он снимал митинг, но ей и ее коллегам в тот момент удалось уйти. После этого Андреева, ее ассистент и местный журналист – ее муж – направились фотографировать происходящее на Октябрьской площади, куда в тот день были стянуты бронированные машины, водометы и другая техника. Их сразу окружили четверо людей в черной форме и в масках, шевроны на рукаве были закрыты. Андреева рассказала:

Они буквально из-под земли появились. Не представившись, сразу стали нас хватать и толкать. Я закричала, что я журналистка, вытащила пресс-карточку. Один взял ее, скомкал и бросил на землю: «Это фальшивка». Другой закричал: «Тащи ее! Тащи в автобус!»

Андреева с коллегами потребовали разъяснить, задерживают ли их, однако ответа не получили. Андреева сказала, что ей нужно в туалет и быстро зашла в ближайшее общественное здание. Через несколько минут за ней последовали двое милиционеров, схватили за руки и выволокли на улицу. Сотрудник с наколенниками ударил ее коленом в живот. Когда Андрееву тащили на улицу, она увидела, как еще один милиционер схватил ее коллегу сзади за шею и бросил его на землю лицом вниз. Через несколько минут их отпустили, не извинившись и ничего не объясняя.

Оператору Борозенко вменили хулиганство: по версии милиции, он нецензурно бранился и «размахивал руками» в общественном месте. На суде, где присутствовала Андреева, адвокат обратил внимание судьи на то, что Борозенко не мог размахивать руками, поскольку держал камеру. Суд назначил оператору 15 суток ареста.

Журналисты также подвергались давлению и притеснениям в связи с мартовскими акциями протеста против «налога на тунеядство». 17 марта суд в Гомеле оштрафовал местную журналистку Ларису Щирякову на 180 белорусских рублей (примерно USD 80) за участие в несанкционированном протесте, который она освещала для телеканала «Белсат». В телефонном интервью Хьюман Райтс Вотч она рассказала, что на следующий день милиция остановила ее по дороге на другую акцию – в Мозыре (144 км от Гомеля). Ее отпустили через восемь часов.

В тот же день оперативники в штатском пришли домой к родителям Щиряковой и предупредили их, что у Ларисы могут забрать 10-летнего сына, если она не прекратит делать репортажи о протестах. 26 марта Щирякову пригласил работник гомельского отдела по воспитательной и социальной работе, который во время беседы указал на то, что она «слишком много времени» уделяет освещению протестов и «слишком мало времени» - воспитанию сына, и предупредил, что органы опеки могут забрать у нее ребенка. «Они пытаются любыми способами надавить на меня», - сказала Щирякова.

12 марта в Орше в 220 км от Минска милиция задержала корреспондента телеканала «Белсат» Екатерину Андрееву и корреспондента Радио Свобода Галину Абакунчик, когда они освещали акцию протеста против «налога на тунеядство». Андреева рассказала Хьюман Райтс Вотч, что провела пять часов в одиночной камере в Оршанском РОВД без телефона и доступа к адвокату. После этого в милиции на нее составили протокол об «участии в деятельности незарегистрированного СМИ» по статье 22.9 Кодекса об административных правонарушениях. Ночь Андреева провела в изоляторе временного содержания без еды и воды в холодной камере, спать пришлось в верхней одежде. В 9 утра ее отвезли в суд, где она впервые встретилась с адвокатом – за несколько минут до начала слушаний. Суд оштрафовал Андрееву на 540 белорусских рублей (USD 287).

Милицейский рейд в офисе правозащитного центра «Весна», аресты правозащитников

25 марта милиция провела рейд в офисе правозащитного центра «Весна», задержав 58 человек – преимущественно белорусских правозащитников, а также журналистов и координатора по защите из международной организации Frontline Defenders. Среди задержанных оказался и председатель Белорусского Хельсинкского комитета Олег Гулак.

Сотрудник правозащитного центра Алексей Лойко рассказал Хьюман Райтс Вотч, что около 12:30 в офис зашли 12 вооруженных омоновцев в масках. Его бросили лицом на бетонный пол, от удара правой стороной головы он получил сотрясение мозга, с которым был позднее госпитализирован. Один из омоновцев прижал голову Лойко ботинком к полу и приказал не двигаться:

Я пролежал без движения 10 минут, пока рука, которая подо мной оказалась, не затекла. Попытался пошевелиться, а он [омоновец] ударил меня по почкам.

Всех задержанных доставили в УВД Первомайского района, где их сфотографировали, обыскали и переписали паспортные данные. Приблизительно через два часа их отпустили без обвинений.

В связи с мартовскими акциями протеста в Минске и других городах несколько правозащитников подвергались задержанию и в ряде случаев – административному аресту по надуманным обвинениям:

·         Витебск. Павел Левинов из Белорусского Хельсинкского комитета был задержан 26 марта во время наблюдения за акцией протеста и госпитализирован с гипертоническим кризом под наблюдением милиции. Никакой информации о каких-либо обвинениях не поступало. В тот же день были задержаны наблюдавшие за тем же протестом Кастусь Мордвинцев и Леонид Светик из правозащитного центра «Весна». На следующий день суд назначил им по 15 суток административного ареста.

·         Береза. На Тамару Щепоткину из правозащитного центра «Весна» милиция составила протокол об «осуществлении журналистской деятельности без аккредитации». На момент подготовки этого материала она ждала суда.

·         Полоцк. Юрий Бельский из Белорусского Хельсинкского комитета был задержан 25 марта по дороге на митинг в Минске. 27 марта суд назначил ему двое суток административного ареста по надуманному делу о хулиганстве.

·         Молодечно. Эдуард Баланчук из Белорусского Хельсинкского комитета был задержан 28 марта в связи с его наблюдением за мирными протестами в городе 10 марта. В тот же день суд назначил ему 15 суток административного ареста за участие в несанкционированном мероприятии.

В Минске около полудня 26 марта была задержана член совета правозащитного центра «Весна» Татьяна Ревяко, наблюдавшая за акцией протеста на Октябрьской площади. Она рассказала Хьюман Райтс Вотч, что омоновцы забрали вместе с ней на площади еще около 20 человек и отвезли в УВД Центрального района, где на два часа поставили лицом к стене с поднятыми над головой руками. По прошествии двух часов правозащитницу отпустили без обвинения.

Уголовное дело

21 марта 2017 г. президент Александр Лукашенко объявил что «мы [правоохранительные органы] пару десятков буквально в эти часы задержали боевиков, которые готовили провокацию с оружием» в Минске. Начиная с вечера 21-го марта и в течение дня 22-го по подозрению в «подготовке к участию в массовых беспорядках» было арестовано 27 человек.

По меньшей мере 14 из них ранее были членами самораспустившейся в 2008 г. белорусской националистической организации «Белый легион», еще шестеро – активисты оппозиционного «Молодого фронта».

Хьюман Райтс Вотч обеспокоена тем, что ряд процессуальных нарушений, включая задержки с предоставлением этим задержанным доступа к адвокату, чреваты подрывом права на справедливое судебное разбирательство.

Среди арестованных Мирослав Лозовский – помощник директора белорусскоязычного издательства «Книгосбор», в прошлом один из лидеров «Белого легиона».

Мы проинтервьюировали Нину Шидловскую – социального активиста, близкого друга семьи и коллегу Лозовского.

По ее словам, 18 марта некто создал под именем Лозовского фейковый аккаунт в Telegram и использовал его для рассылки некоторым контактам Лозовского сообщений с призывами к протестам 25 марта. Несколько таких контактов связались с Шидловской, и она немедленно обратилась в СМИ и сообщила в социальных сетях о том, что эта информация ложная.

Шидловская рассказала нам, что около 20:00 21 марта двое в черной форме и в масках привезли Лозовского на квартиру, в которой он живет с подругой, на момент прибытия милиции находившейся дома. С ее слов Шидловская сообщила, что Лозовский был в наручниках, лицо в крови, на затылке было большое красное пятно. Милиционеры усадили Лозовского на стул лицом к стене и обыскали квартиру. После двухчасового обыска Лозовского увели. На следующий день белорусский государственные телеканал СТВ показал сюжет о якобы задержании Лозовского, в котором утверждалось, что во время досмотра в багажнике его машины милиция нашла автомат АК-47.

Как сообщили Хьюман Райтс Вотч родственники задержанных, у адвокатов этих 27 человек были проблемы с доступом к подзащитным. Некоторым приходилось часами дожидаться свидания. Администрация изоляторов под различными произвольными предлогами препятствовала контактам. Иногда адвокаты были вынуждены уходить, так и не дождавшись встречи. В некоторых случаях сотрудники заявляли адвокатам, что нужно дождаться дополнительного пропуска или подписи неких сотрудников, которых неизменно не оказывалось на месте. Некоторым адвокатам  приходилось присутствовать на допросе во внеурочное время.

Адвокату Лозовского не удалось встретиться с подзащитным в течение первых 24 часов после задержания. Первый допрос, на который ее допустили, проходил глубокой ночью и завершился в 03:00.

За период с 31 марта по 3 апреля были освобождены из-под стражи 8 человек из задержанных ранее, 14-ти было предъявлено обвинение в «подготовке к участию в массовых беспорядках» по части 3 статьи 293 УК РБ (максимальное наказание – три года лишения свободы).