Принятые в России подходы в области здравоохранения не обеспечивают эффективного лечения наркозависимости, что усугубляет серьезную ситуацию с наркопотреблением и подвергает наркопотребителей повышенному риску других тяжелых болезней, говорится в опубликованном сегодня докладе Хьюман Райтс Вотч. В нарушение международно-правовых обязательств России ее национальная система здравоохранения ограничивает доступ потребителей инъекционных наркотиков к методикам лечения наркозависимости с подтвержденной эффективностью.

В 110-страничном докладе «Право на реабилитацию: проблемы лечения наркозависимости в Российской Федерации с точки зрения международных стандартов» делается вывод о том, что лечение, предлагаемое российскими государственными наркологическими учреждениями, настолько неудовлетворительно, что имеет место нарушение права на наивысший достижимый уровень здоровья. Международная правозащитная организация отмечает, что в России наркозависимые лица, которые хотят избавиться от этой тяжелой хронической болезни, фактически вынуждены рассчитывать только на собственные силы.

«Отсутствие в России эффективного лечения наркозависимости означает, что наркопотребители при всем желании не могут избавиться от зависимости и обречены на продолжение жизни с наркотиками, - говорит Дидерик Лохман, старший научный сотрудник программы «ВИЧ/СПИД и права человека». - Это делает их уязвимыми для ВИЧ-инфекции, других сопутствующих расстройств и смерти от передозировки».

Проблема наркопотребления и наркозависимости стоит в России достаточно остро. Считается, что в стране несколько миллионов человек употребляют наркотики, сотни тысяч из них страдают зависимостью. С начала 1990-х гг. среди российских потребителей инъекционных наркотиков происходит быстрое распространение ВИЧ-инфекции; по оценкам, более 10% людей в этой среде являются ВИЧ-позитивными.

В докладе российская система лечения наркозависимости рассматривается с точки зрения современных международных стандартов лечения и международно-правовых стандартов в области права на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья. Выявлены, в частности, следующие проблемы:

• Российское законодательство прямо запрещает самый эффективный и в наибольшей степени исследованный подход к лечению зависимости от опиатов – заместительную терапию на основе метадона или бупренорфина. Вопреки решительной поддержке использования этих препаратов со стороны органов системы ООН и опыту их успешного применения в десятках стран руководство российского здравоохранения и правоохранительных органов продолжает выступать против.

• В то время как возможности дезинтоксикационного лечения, направленного на безопасный вывод пациента из состояния физической зависимости, имеются практически на всей территории России, государственные реабилитационные услуги, помогающие человеку научиться контролировать влечение и избегать срывов, предлагаются государственными учреждениями лишь примерно в трети российских регионов. Исследованиями убедительно установлено, что сама по себе дезинтоксикация не является эффективным лечением. Российское законодательство прямо говорит о праве наркопотребителей на реабилитацию, однако правительством пока так и не принята федеральная программа создания реабилитационных центров.

• Обращению за лечением наркозависимости препятствует в России целый ряд факторов. Важнейшим из рассмотренных в докладе таких факторов является система диспансерного учета лиц, добровольно обращающихся за лечением. Учет используется для ограничения прав наркопотребителей, и многие в этой среде считают его позорным. Исследования показывают, что услуги по лечению наркозависимости должны быть максимально доступными, чтобы обеспечить максимально широкий охват потенциальных пациентов.

• В России почти ничего не предпринимается для внедрения мирового опыта в национальную систему лечения наркозависимости. В докладе показано, как российская лечебная практика игнорирует значительную часть результатов десятилетий соответствующих международных исследований. Так, на стадии дезинтоксикации не обеспечивается надлежащее психологическое консультирование, хотя факты свидетельствуют о наличии прямой связи между таким консультированием и успехом лечения. Вместо этого пациенты на дезинтоксикации подвергаются мощному воздействию транквилизаторов, что осложняет работу психолога или вообще делает ее бессмысленной.

В силу этих и других обстоятельств эффективность услуг по лечению наркозависимости, предлагаемых сегодня российскими государственными наркологическими учреждениями, оказывается настолько низкой, что едва ли о ней вообще можно говорить. Большинство пациентов лечатся всего несколько недель, хотя исследования показывают, что обычно лечение начинает приносить результаты не раньше, чем через три месяца. Более 90% в пределах года с момента начала лечения возвращаются к наркотикам.

«России необходимо срочно внедрять в национальную систему лечения наркозависимости лучший мировой опыт, - говорит Д.Лохман. – В противном случае наркопотребителям, их семьям и всему обществу придется платить немалую цену».

Исследования в других странах свидетельствуют о том, что внедрение методик лечения наркозависимости с подтвержденной эффективностью приводит к существенной экономии на соответствующих правоохранительных мероприятиях, изоляции наркопотребителей и на издержках здравоохранения, связанных с ВИЧ, гепатитом С и другими сопутствующими наркопотреблению расстройствами здоровья.

Российские высокопоставленные чиновники и общественное мнение нередко винят в неспособности преодолеть зависимость самих наркопотребителей. В настоящее время обсуждается возможность принудительного лечения наркозависимости.

«Подавляющее большинство людей в России, страдающих наркозависимостью, хотят избавиться от нее, - говорит Д.Лохман. – Российское правительство должно обеспечить разработку таких лечебных программ, которые помогли бы им выздороветь, а не списывать их не глядя со счетов».