Школа № 3 в Красногоровке, восток Украины.

© Бид Шеппард, Хьюман Райтс Вотч

Нина Николаевна предпочитает вспоминать о хорошем. Когда директор школы № 3 рассказывает, какие праздники они проводили, она буквально преображается. Ко дню Святого Николая учителя спрашивали у ребят, чего им больше всего хочется, а потом для каждого был подарок. Ну и, конечно, главный школьний праздник – «последний звонок» в конце учебного года.

В этом году, рассказывает директор, дети загадали, когда прозвонит колокольчик «последнего звонка», война обязательно закончится. Красногоровская школа № 3 – единственная украиноязычная школа в этом подконтрольном украинским властям городке к западу от Донецка.

Когда речь заходит о событиях 3 июня 2015 года, Нина Николаевна опускает глаза и кутается в пальто, будто подул холодный ветер.

Тогда, ранним утром, начался массированный артобстрел со стороны «сепаратистов» – и продолжался 13 часов. По школе было 12 прямых попаданий. Двор взорвался воронками. Нина Николаевна рвалась туда, но ее трижды не пропускали военные: слишком опасно.

Метрах в 700 от школы – украинский блокпост, который мог быть целью обстрела. Но осмотрев школу и двор, приходишь к выводу, что обстрел шел и непосредственно по школе. За время конфликта на востоке Украины обе стороны использовали школы под военные базы, но местные жители уверяли нас, что никаких военных 3 июня, в первый день каникул, на территории школы не было. «Когда 12 снарядов падают один за другим в одном и том же месте – это или явно не по блокпосту, или с прицелом ну совсем плохо!» – сказала школьный администратор Татьяна Петровна.

Целенаправленные удары по школам, которые не используются в военных целях, являются военными преступлениями.

Но дело не только в этом. Теперь ученикам красногоровский школы №3 стало намного труднее получить образование. Несмотря на все усилия жителей, школу не удалось привести в порядок к началу учебного года, и она до сих пор закрыта. Детей из нее и еще трех школ Красногоровки, которые были повреждены в ходе конфликта, собрали в единственной на весь город школе, оставшейся в рабочем состоянии. Естественно, им приходится учиться в две смены, да еще и по сокращенным часам.

По данным Всемирной организации здравоохранения, с весны 2014 г. на востоке Украины в результате вооруженного конфликта погибли, как минимум, 70 детей, еще 194 были ранены. Сейчас официально действует режим прекращения огня, но опасность для учеников, учителей и школ сохраняется: на следующее утро после нашей встречи с Ниной Николаевной и ее коллегами в начале ноября недалеко от Красногоровки звучали выстрелы.

Не вызывает сомнения, что Украина должна как можно скорее присоединиться к Декларации об обеспечении безопасности образования (Safe Schools Declaration), которую на сегодняшний день поддержало 51 государство, включая многие из тех, где еще идет или недавно закончилась война. Декларация предусматривает конкретные меры, которые государства могли бы принять для лучшей защиты учеников, учителей и школ в ситуации вооруженного конфликта.

На следующий день после июньского обстрела красногоровской школы №3 туда с лопатами и ведрами пришли дети и родители – убирать мусор. Когда Нина Николаевна увидела на школьном дворе пришедших помогать детей, она расплакалась, а ученики ей сказали: «Да вы не переживайте! Здесь еще наши дети учиться будут».

В связи с вооруженным конфликтом правительство Украины испытывает острую нехватку средств, но на ремонте и восстановлении школ не стоит экономить: детям необходимо обеспечить гарантии права на образование.

А пока Нина Николаевна не скрывает, что готова принять любую помощь, кто бы ни предложил. Она вспоминает, как в молодости, в советские времена, отправляла по почте копеечный билетик в фонд помощи голодающим детям Африки. Теперь уже ей самой приходится искать средства – «как попрошайке, милостыню просить» – на все: от обуви и питания для детей до досок и шифера на ремонт школы. Гордость никогда не позволит Нине Николаевне попросить для себя лично, но ради своих учеников она готова на все.

Весь прошлый учебный год Нина Николаевна отстаивала свою школу – и школа №3 работала, когда все другие закрывались. Ученики сами упрашивали не отменять занятий, чтобы хоть что-то у них в жизни шло своим чередом. Родители детей из тех школ, которые закрылись во время самых тяжелых боев, приводили своих детей в школу к Нине Николаевне и ждали их до конца уроков. «Мне говорили, что я безумная, твердили, что слишком опасно, - рассказывает Нина Николаевна. – А я просто знала, что так было надо».