«Вся жизнь в Идлибе – мишень»

Сирийско-российские удары по гражданской инфраструктуре

Так выглядела Ариха на юге провинции Идлиб 5 апреля 2020 г.  © 2020 Aaref Watad/AFP via Getty Images

 

Краткое содержание

В апреле 2019 г. сирийские правительственные и союзные им российские силы начали широкомасштабные наступательные операции в провинции Идлиб и соседних районах северо-западной Сирии, которые оставались одним из последних оппозиционных анклавов. В течение следующих 11 месяцев эти операции проводились во многом без учета рисков для примерно 3 миллионов гражданских лиц на данной территории, значительную часть которых составляли вынужденные переселенцы из других частей страны.

Наступление сопровождалось десятками артиллерийских и авиационных ударов по гражданским объектам и инфраструктуре в нарушение законов и обычаев войны. Пострадали жилые дома, школы, медицинские учреждения и рынки – места, где живут, работают и учатся гражданские люди. По населенным районам применялись кассетные и зажигательные боеприпасы неизбирательного действия и бочковые бомбы. В результате погибло как минимум 1 600 гражданских лиц, была повреждена или уничтожена гражданская инфраструктура, оценочно 1,4 млн человек были вынуждены покинуть свои дома.

Зоны контроля в районе провинции Идлиб. Источник: Сирийская сеть за права человека. Карта © 2020 Human Rights Watch

Активные боевые действия прекратились в марте 2020 г. после достижения между Россией и Турцией договоренности о перемирии. К этому времени Дамаск вернул контроль над почти половиной территории Идлиба и прилегающих территорий, включая сотни населенных пунктов, в значительной степени обезлюдевших в результате исхода населения во время наступления. С тех пор часть жителей вернулась в районы, которые все еще контролируются вооруженной оппозицией. В этих районах инфраструктура серьезно пострадала, существуют проблемы с продовольствием, водой, жильем, медицинской помощью и образованием. Сохраняется высокий риск возобновления боев с соответствующими последствиями для гражданского населения.

В докладе рассматриваются 11-месячные наступательные операции сирийско-российских сил и незаконные нападения, сопровождавшиеся жертвами среди гражданского населения и ущербом гражданской инфраструктуре, которую можно определить как базовые объекты жизнеобеспечения, такие как больницы, школы и рынки. Задокументированы 46 военных нападений, в ходе которых имели место прямые попадания или сопутствующий ущерб для гражданских объектов и инфраструктуры в нарушение норм международного гуманитарного права. Доклад развивает и дополняет мартовский доклад Amnesty International 2020 г., в котором задокументированы 18 незаконных авиационных и артиллерийских ударов по школам и больницам в северо-западной Сирии за тот же период. Пять из 18 эпизодов, отраженных в докладе Amnesty, рассматриваются и в нашем докладе; еще 41 эпизод, описанный в этом докладе, Amnesty не освещался.

Все эти эпизоды составляют лишь малую часть ударов по Идлибу и прилегающим территориям в рассматриваемый период. Они составляют картину неоднократных нарушений законов и обычаев войны, которые, как представляется, могут быть квалифицированы как военные преступления и могут достигать уровня преступлений против человечности. Такие удары также серьезно осложнили для населения реализацию прав на здоровье, на образование и на достаточный уровень жизни, включая питание, воду и жилище.

Ни в Сирии, ни в России никто не привлечен к ответственности за эти грубые нарушения. Ситуация усугубляется тем, что оба государства активно препятствуют доставке гуманитарной помощи нуждающемуся в ней гражданскому населению.

В докладе приводятся имена более десятка сирийских и российских гражданских должностных лиц и военных командиров, которые могут быть признаны ответственными за эти нарушения в рамках принципа командной ответственности, так как они знали или не могли не знать о нарушениях, но не приняли никаких реальных мер ни для их пресечения, ни для наказания прямых виновников.

Для документирования 46 эпизодов Human Rights Watch проинтервьюировала 113 жертв и свидетелей ударов, а также медиков, спасателей, учителей, работников местных администраций и военных экспертов по Сирии и России. Мы изучили десятки спутниковых снимков и свыше 550 фотографий и видео с места событий, а также журнал наблюдателей, отслеживающих присутствие в этом районе сирийской и российской авиации.

Ни в одном из 46 эпизодов мы не обнаружили доказательств наличия в районе поражения вооружения, снаряжения или личного состава вооруженной оппозиции. В большинстве случаев удары наносились по населенным районам, жители которых утверждают, что ни разу не получали заблаговременного предупреждения. Подавляющее большинство задокументированных эпизодов имело место на значительном отдалении от зоны активных боевых действий между сирийскими правительственными силами и вооруженной оппозицией.

В Дамаске и Москве заявляли, что наступление в Идлибе было начато в ответ на неоднократные нападения на их силы со стороны вооруженной оппозиции и было связано с необходимостью борьбы с «террористами». Высокопоставленные сирийские и российские должностные лица отрицают какие-либо нарушения законов и обычаев войны в ходе наступательных операций в Идлибе, несмотря на неоднократные заявления о незаконных нападениях на школы, больницы и другие гражданские объекты в ходе как минимум 21 заседания Совета Безопасности ООН и как минимум двух сессий Совета ООН по правам человека.

17 августа 2020 г. Human Rights Watch направила правительствам Сирии и России информацию о кратких итогах исследования и вопросы, однако на момент завершения работы над докладом ответов мы не получили.

Нападения на гражданские объекты и гражданскую инфраструктуру

Большинство задокументированных нами авиационных и артиллерийских ударов наносились в районе четырех крупных населенных пунктов: Ариха (Эриха), Идлиб, Джиср-эш-Шугур и Мааррет-эн-Нууман. Два удара зафиксировано в Мааррет-Мисрине в 10 км к северу от Идлиба, четыре – в четырех лагерях вынужденных переселенцев в районе населенных пунктов Эд-Дана, Хас и Сармада. В общей сложности в результате 46 ударов погибли по меньшей мере 224 и были ранены 561 гражданских лиц. Эти данные собраны нами на основании сообщений очевидцев, родственников пострадавших, местных жителей, работников местных администраций, медиков и спасателей. Ранения, как правило, были осколочными или травматическими (вследствие обрушения зданий).

В результате этих ударов повреждения получили 12 медицинских объектов и 10 школ. Многие были вынуждены на время или полностью прекратить работу. Пострадали также по меньшей мере пять рынков, четыре лагеря вынужденных переселенцев, четыре жилых района, две промзоны, тюрьма, церковь, стадион и офис неправительственной организации.

Human Rights Watch получены заслуживающие доверия сообщения о других ударах, сопровождавшихся повреждением гражданских объектов, преднамеренные нападения на которые запрещены международным правом, если только они не используются в военных целях. По оценке Управления верховного комиссара ООН по правам человека, в рассматриваемый период на контролируемых вооруженной оппозицией территориях северо-западной Сирии погибли по меньшей мере 1 600 гражданских лиц. Коалиция международных неправительственных организаций за обеспечение права на здоровье во время вооруженных конфликтов Safeguarding Health in Conflict Coalition в 2019 г. сообщала о 147 эпизодах насилия или препятствования здравоохранению в Сирии, из которых больше половины приходится на провинцию Идлиб. Сирийская сеть за права человека в мае 2020 г. сообщала о как минимум 882 ударах по гражданской инфраструктуре в Идлибе и прилегающих районах с апреля 2019 г., в том числе по 220 религиозным объектам, 218 образовательным учреждениям, 93 медицинским объектам, 86 центрам Сирийской гражданской обороны (СГО) и 52 рынкам.

Из документированных нами эпизодов один из самых серьезных имел место 22 июля 2019 г. в Мааррет-эн-Нуумане. От разрыва первого боеприпаса, предположительно авиационного, пострадали четырехэтажный многоквартирный дом, соседние магазины и небольшой рынок. Вскоре после этого в результате разрыва второго боеприпаса обрушились два трехэтажных здания. Один работавший на месте спасатель СГО погиб, еще один был ранен.

«Повсюду трупы: женщины, куски детей», - рассказал спасатель СГО, получивший осколочные ранения руки и спины. Спасатели работали круглосуточно, вытаскивая людей из-под завалов, были опознаны 39 из 43 погибших. Еще 75 человек получили ранения. «Помню мальчика, которого убило, когда он нес в руках овощи, - рассказал другой спасатель. – Они у него так и остались в оторванных руках».

В результате ударов по промзоне и соседнему рынку в Идлибе в январе – феврале 2020 г. погибли 34 и были ранены 110 гражданских лиц, пострадало множество производственно-коммерческих точек, обеспечивавших источник заработка для тысяч жителей и их семей. «Мы в шоке, - сказал владелец автомастерской Айман Асад. – Школы, рынки, дома, больницы – по всему стреляют. Вся жизнь в Идлибе – для них мишень».

5 января 2020 г. в результате удара по району Эн-Накиб в Арихе погибли 13 и были ранены 25 гражданских лиц. Один боеприпас попал в четырехэтажное здание, в котором находилось дошкольное учреждение, еще два – по жилым домам рядом с двумя школами. Учительница рассказала, что учеников вывели за считанные минуты до удара, получив от местных наблюдателей предупреждение о приближении авиации: «Смотрю на них, понимаю, что могу только успокаивать, говорить, что не нужно бояться, нужно молиться, что скоро все кончится». После эвакуации учеников по школьному двору было попадание: выбило окна, повредило двери, но никто из детей не пострадал.

Через три недели в результате попадания трех боеприпасов в трехэтажное здание хирургической больницы в Арихе (больница Аш-Шами, единственная в городе) была уничтожена сама больница, погибли по меньшей мере 14 и были ранены по меньшей мере 66 гражданских лиц. Житель Арихи, дом которого находится в километре от больницы, так описывал настроения среди горожан:

Паника и страх – так лучше всего описать ситуацию. Мы не знаем, куда детей спрятать. Если переместиться на запад, то попадут под осколки от бомб. Если на восток – то же самое. У нас ни окон, ни дверей не осталось. Люди перестали по подвалам прятаться, выходят на улицу или поднимаются на крышу, чтобы спасателям легче было их тела доставать. … Мы были уверены, что это конец, и вышли на улицу, чтобы не остаться под развалинами.

Постоянные удары по Арихе заставили жителей бежать в поисках более безопасного места, и к концу февраля 2020 г. город почти полностью обезлюдел.

Одним из последствий наступательных операций в Идлибе было появление большого числа вынужденных переселенцев. По данным ООН, в рассматриваемый период почти 1,4 млн человек из примерно трехмиллионного населения провинции были вынуждены покинуть свои дома. Многие объясняли свой уход постоянными ударами по населенным районам или страхом перед наступлением сирийских правительственных сил.

Неоднократные удары сирийско-российских сил по гражданской инфраструктуре населенных районов в отсутствие там явных военных целей дают основания предполагать, что это делалось сознательно. Не исключено, что эти действия преследовали цель лишить местное население возможности вести нормальную жизнь, заставить его покинуть те или иные районы и тем самым облегчить Сирийской арабской армии занятие территории или просто терроризировать местное население и таким образом добиться победы. Как представляется, сирийско-российские силы намеревались достичь этих целей, не особенно оглядываясь на нормы международного права.

Международное гуманитарное право, или законы и обычаи войны, допускает сопутствующие гражданские потери и гражданский ущерб при законных нападениях, однако требует от всех участников любого вооруженного конфликта наносить удары исключительно по военным целям, проводить различие между комбатантами и гражданскими лицами, принимать все разумные меры предосторожности во избежание гражданских потерь и гражданского ущерба и обеспечивать, чтобы последствия военных нападений для гражданского населения не были избыточными по отношению к искомому военному преимуществу. Во время вооруженного конфликта гражданское население продолжает также оставаться под защитой международных договоров о правах человека, прежде всего Международного пакта о гражданских и политических правах и Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах.

Использование в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов

Большинство задокументированных нами ударов, как представляется, сопровождалось применением по населенным районам осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения. В результате бомбежек и обстрелов имели место гибель и ранение большого числа гражданских лиц и повреждение или уничтожение гражданских объектов и инфраструктуры, а также такие косвенные последствия, как нарушение функционирования жизненно важных услуг, к которым относятся здравоохранение и образование и доступность продовольствия и воды. Долгосрочные последствия включают тяжелую психологическую травму, полученную затронутым населением.

Использовавшиеся в Идлибе боеприпасы применялись авиацией и артиллерией. В трех задокументированных Human Rights Watch эпизодах ударов по школам или прилегающей к ним территории отмечено применение кассетных боеприпасов, отличающихся высокой неизбирательностью и оставляющих после себя взрывоопасные пережитки войны. При срабатывании такого боеприпаса высвобождаются или выбрасываются десятки, или даже сотни, суббоеприпасов, которые рассеиваются на большой площади. Значительный процент суббоеприпасов не срабатывает, фактически превращаясь в противопехотные мины. Кассетные боеприпасы запрещены отдельной международной конвенцией, к которой присоединилась уже 121 страна. Но ни Сирия, ни Россия в число участников этой конвенции не входят.

С апреля 2019 г. Сирийская сеть за права человека идентифицировала применение в Идлибе сирийско-российскими силами широкого спектра осколочно-фугасных боеприпасов, в том числе 30 кассетных, по меньшей мере 21 зажигательного, 9 ракет и почти 5 тыс. «бочковых бомб».

Гуманитарные последствия

Удары сирийско-российских сил по гражданским объектам и гражданской инфраструктуре привели к появлению большого числа вынужденных переселенцев, жертвам среди гражданского населения и проблемам с продовольствием, жильем, здравоохранением и образованием. Результатом этого стал острый гуманитарный кризис на северо-западе Сирии, который характеризовался почти полным коллапсом здравоохранения, критическими нагрузками на места размещения вынужденных переселенцев и паникой относительно возможного ограничения гуманитарной помощи. По состоянию на май 2020 г. потребность в помощи на первоочередные нужды испытывали почти 2,8 млн человек в северо-западной части страны.

Гуманитарная помощь в значительной степени проходит по каналам органов системы ООН, которые в 2014 г. были уполномочены Советом Безопасности на использование с этой целью переходов на турецкой границе. Такие трансграничные операции остаются для ООН единственным способом доставки гуманитарной помощи в северо-западные районы Сирии. В декабре 2019 г. Россия наложила вето на продление полномасштабных трансграничных поставок, однако в январе 2020 г. Совету Безопасности удалось согласовать компромиссную резолюцию о сохранении на полгода двух погранпереходов на турецкой границе за счет прекращения поставок на северо-востоке и юге страны. В июле 2020 г. Россия и Китай заветировали две резолюции о продлении механизма помощи и в итоге добились закрытия еще одного перехода. В результате для гуманитарных поставок остался единственный переход в Баб-эль-Хаве на границе с Турцией.

Ответственность за незаконные нападения

Гражданские чиновники и военные командиры могут нести уголовную ответственность в рамках концепции командной ответственности, если они знали или не могли не знать о нарушениях со стороны подконтрольных им сил, но не принимали мер для их предупреждения или наказания прямых виновников.

Для установления круга сирийских и российских должностных лиц, которые могут подлежать уголовному преследованию за документированные в этом докладе нападения, Human Rights Watch проанализировала, среди прочего, публичные заявления российских государственных чиновников и военных; сообщения Администрации Президента РФ, МИД и Минобороны, а также материалы российских СМИ. Мы также проинтервьюировали семерых военных экспертов по России и Сирии.

Осуществляемые с 2015 г. российские военные операции в Сирии включают развертывание ударной и транспортной авиации, разведывательных беспилотников (БПЛА) и личного состава, в том числе военных советников, наземных корректировщиков действий авиации, сил спецназначения и военной полиции. Поддержка сирийским правительственным силам оказывалась в форме авиаударов, тактической авиационной поддержки сухопутных операций сирийских сил, присутствия вместе с сирийскими частями и подразделениями в районах боевых действий, а также в форме участия в разработке и планировании операции и подготовки личного состава. По меньшей мере в одном случае российский офицер временно осуществлял командование целым корпусом Сирийской арабской армии. Координация такой поддержки осуществлялась на высшем уровне вплоть до Минобороны и президента РФ.

Human Rights Watch не располагает сведениями о каких-либо попытках сирийских или российских властей убедительно расследовать или пресечь нападения на гражданское население и гражданские объекты инфраструктуру. Нам известно о единственном случае, когда российские должностные лица отреагировали на сообщения о жертвах среди гражданского населения в результате удара по рынку в Мааррет-эн-Нуумане 29 июня 2019 г. Однако в итоге российская сторона неверно идентифицировала место удара и заявила, что не имеет к нему отношения. Вместо того чтобы расследовать предполагаемые нарушения, сирийско-российские силы продолжали, а в отдельных случаях даже наращивали, военные усилия, несмотря на регулярное информирование о незаконных нападениях в ходе заседаний Света Безопасности ООН и Совета по правам человека, на которых присутствовали старшие должностные лица и России, и Сирии. Сообщалось о присвоении президентом Владимиром Путиным в феврале 2020 г. звания Героя России российскому офицеру, командовавшему группировкой войск в Сирии с апреля по сентябрь 2019 г. В июле, как сообщалось, Героем России стал и его преемник, командовавший группировкой как минимум до конца сентября 2020 г.

Принимая во внимание необеспечение ответственности со стороны правительств Сирии и России и тупиковую ситуацию в СБ ООН, не позволяющую передать сирийское досье Международному уголовному суду, заинтересованные правительства должны рассмотреть возможность введения в одностороннем порядке адресных санкций в отношении старших гражданских и военных должностных лиц, по которым имеются убедительные свидетельства причастности к нарушениям, а также рассмотреть возможность поддержки судебных органов в осуществлении ими уголовного преследования в рамках принципа универсальной юрисдикции, где это возможно в соответствии с внутренним законодательством, и на его основе.

Как показано в этом докладе, к числу сирийских и российских гражданских должностных лиц и военных командиров, которые, возможно, несут командную ответственность за нарушения в ходе наступательных операций в Идлибе в 2019 – 2020 гг., могут быть отнесены президенты Башар Асад и Владимир Путин, которые являются главнокомандующими вооруженными силами своих стран; министр обороны Сирии генерал-лейтенант Али Абдулла Айюб; командующий сирийскими ВВС генерал-майор Ахмед Баллул; министр обороны России генерал армии Сергей Шойгу; начальник Генерального штаба ВС РФ генерал армии Валерий Герасимов; первый заместитель начальника ГШ ВС РФ, начальник Оперативного управления Генштаба  генерал-полковник Сергей Рудской; командующий российской группировкой войск в Сирии генерал-полковник Сергей Суровикин (в период по меньшей мере с марта по 10 апреля 2019 г.); командующий российской группировкой войск в Сирии генерал-полковник Андрей Сердюков (с 10 апреля до сентября 2019 г.); командующий российской группировкой в Сирии генерал-лейтенант Александр Чайко (с сентября 2019 г. до как минимум конца сентября 2020 г.)

Хрупкое перемирие

Мартовское перемирие 2020 г., согласованное Россией и Турцией, в значительной степени соблюдалось как минимум до начала сентября, что позволило части вынужденных переселенцев вернуться в районы, которые все еще контролируются вооруженной оппозицией. Эти районы сильно пострадали во время предшествовавших наступательных операций, и ситуация там характеризуется коллапсом инфраструктуры и ограниченной доступностью продовольствия, воды, жилья, образования и медицинской помощи, включая социально-психологическую (психиатрическую). По состоянию на конец августа на северо-западе Сирии было зафиксировано всего 59 случаев заражения коронавирусной инфекцией, однако реальное их число, вероятно, намного больше из-за недостаточного охвата тестированием. Дальнейшее ухудшение эпидемической ситуации чревато усугублением имеющихся проблем. Скученность в лагерях и ограниченная доступность базовых услуг делают невозможным соблюдение социальной дистанции и других мер профилактики Covid-19.

Сохраняется и риск возобновления боевых действий. В отсутствие мер на национальном и международном уровне в отношении лиц, причастных к серьезным нарушениям, существует высокая вероятность их продолжения в будущем.

Рекомендации

Human Rights Watch призывает всех участников конфликта в Сирии к неукоснительному соблюдению законов и обычаев войны. Приводимые в этом докладе результаты нашего исследования подчеркивают необходимость прекращения Москвой и Дамаском любых преднамеренных, неизбирательных и несоразмерных нападений на гражданское население и гражданские объекты, такие как медучреждения, школы и рынки. Правительства России и Сирии должны провести прозрачные, убедительные и беспристрастные расследования заслуживающих доверия заявлений о нарушениях международного гуманитарного права, в том числе по приводимым здесь эпизодам.

Все государства – участники Женевских конвенций 1949 г. в соответствии с общей статьей 1 «обязуются при любых обстоятельствах соблюдать и заставлять соблюдать» их положения. Они должны требовать от всех сторон принятия на себя обязательства избегать использования в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения.

Канада, Евросоюз, Швейцария, Великобритания, США и другие государства должны ввести адресные санкции, включая замораживание активов, в отношении гражданских и военных должностных лиц, по которым имеются убедительные свидетельства причастности к военным преступлениям и преступлениям против человечности, в том числе в рамках принципа командной ответственности. Где это возможно, судебные органы также должны рассмотреть вопрос о расследовании и уголовном преследовании в отношении лиц, по которым имеются убедительные свидетельства причастности к тяжким преступлениям, в рамках принципа универсальной юрисдикции и в соответствии с внутренним законодательством. Созданный ГА ООН в 2016 г. Международный беспристрастный и независимый механизм должен продолжать работу над подготовкой досье по совершенным в Сирии тяжким преступлениям, включая задокументированные в этом докладе, в интересах содействия уголовному преследованию там, где это возможно.

Согласованные международные усилия в интересах обеспечения ответственности являются решающими для демонстрации того, что незаконные нападения не останутся без последствий, и для предупреждения будущих жестокостей, а также чтобы продемонстрировать неотвратимость ответственности за тяжкие преступления вне зависимости от званий и должностей.

Глоссарий

Свободная сирийская армия (Сирийская свободная армия), ССА: Возникла в 2011 г. как зонтичная структура, объединяющая оппозиционные группировки преимущественно на неидеологической основе по принципу противостояния режиму. Позднее термин использовался для обозначения различных протурецких антиправительственных вооруженных формирований без единого командования, на базе которых к концу 2019 г. была создана Сирийская национальная армия.

«Харакат Нур ад-Дин аз-Зинки»: Одна из наиболее сильных группировок под флагом ССА, активная в восточном Алеппо, в 2017 г. присоединилась к «Хайят Тахрир аш-Шам» (ХТШ), в 2018 г. вышла из нее.

«Хайят Тахрир аш-Шам» (Комитет освобождения Леванта, ХТШ): Возникла в 2017 г. как коалиция суннитских вооруженных группировок и основная антиправительственная военная сила в Сирии, контролирующая северо-запад страны. Наследница «Джебхат Фатх аш-Шам», которая, в свою очередь, берет начало от «Джебхат ан-Нусры». В 2018 г. ХТШ признана ООН, США и Турцией террористической организацией и филиалом «Аль-Каиды». В ХТШ связь с «Аль-Каидой» отрицают. «Джебхат ан-Нусра» заявляла, что в 2016 г. порвала все связи с «Аль-Каидой», когда переформатировалась в «Джебхат Фатх аш-Шам».

Независимая международная комиссия по расследованию событий в Сирии была создана Советом ООН по правам человека в августе 2011 г. для расследования нарушений прав человека в связи с сирийским конфликтом, установления фактов и обстоятельств, которые могут достигать уровня нарушений и преступлений, и, по возможности, для установления лиц, подлежащих привлечению к ответственности.

Международный беспристрастный и независимый механизм для содействия проведению расследований в отношении лиц, которые несут ответственность за наиболее серьезные преступления по международному праву, совершенные в Сирийской Арабской Республике с марта 2011 года, и их судебному преследованию, был создан в декабре 2016 г. Генеральной Ассамблеей ООН с целью сбора, обобщения, обеспечения сохранности и анализа доказательств наиболее тяжких международных преступлений, а также подготовки досье для дальнейшего уголовного преследования лиц, в наибольшей степени ответственных за такие преступления, в национальных, региональных и международных судах и трибуналах, имеющих юрисдикцию по таким преступлениям или могущих получить такую юрисдикцию в будущем.

«Джебхат ан-Нусра»: Возникшая как сирийский филиал «Аль-Каиды», «Джебхат ан-Нусра» в 2016 г. официально отмежевалась от нее, когда переформатировалась в «Джебхат Фатх аш-Шам». Дальнейший разрыв произошел в 2017 г., когда «Джебхат ан-Нусра» запустила проект ХТШ вопреки возражениям руководства Аль-Каиды. После этого некоторые сохранившие лояльность Аль-Каиде бывшие лидеры «Джебхат ан-Нусры» порвали с ХТШ о образовали самостоятельную группировку «Хурас ад-Дин». «Джебхат ан-Нусра» находится в санкционном списке Совета Безопасности ООН.

Национальный фронт освобождения: Коалиция антиправительственных вооруженных группировок, включающая часть бывшей Свободной сирийской армии. Сформирован в северо-западной части страны в мае 2018 г., в настоящее время входит в протурецкую Сирийскую национальную армию.

Sentry Syria: Сеть наблюдателей, отслеживающих присутствие авиации в воздухе, рассылает сообщения, в том числе через Telegram-канал, о присутствии в том или ином районе авиации и артиллерии.

Сирийская гражданская оборона («Белые каски», СГО): Создана в 2014 г. на добровольных началах, работает в некоторых районах Сирии, которые контролируются оппозицией, а также в Турции. В Сирии волонтеры преимущественно занимаются эвакуацией пострадавших и поисково-спасательными операциями в местах авиаударов, а также эвакуацией гражданского населения из опасных районов и обеспечением гуманитарных нужд.

Переходное (временное) правительство Сирии: Оппозиционный орган, созданный в 2013 г. и контролирующий некоторые районы страны. Располагается в Азазе в провинции Алеппо. ХТШ вытеснило переходное правительство с территорий, перешедших под ее контроль.

Сирийская национальная армия: Протурецкая коалиция антиправительственных вооруженных группировок, создана в конце 2019 г., включает формирования Свободной сирийской армии и Национального фронта освобождения.

Сирийская сеть за права человека: Независимая мониторинговая группа, создана в 2011 г., документирует потери и информирует различные органы системы ООН.

Правительство национального спасения Сирии: Гражданская администрация, связанная с ХТШ, действует в некоторых районах северо-запада страны.

Violet: Неправительственная организация, занимается вопросами здравоохранения и других услуг в некоторых контролируемых оппозицией районах Сирии.

Рекомендации

Правительствам России и Сирии

·       Неукоснительно соблюдать законы и обычаи войны, в том числе в части запрета преднамеренных нападений на гражданских лиц и гражданские объекты, требования о проведении различия между гражданскими объектами и военными целями, а также требования воздерживаться от нападений, при которых ожидаемый гражданский ущерб будет несоразмерным искомому военному преимуществу.

·       Прекратить нанесение ударов по гражданской инфраструктуре и другим охраняемым объектам, в том числе по медучреждениям, рынкам и школам.

·       Принимать все разумные меры предосторожности для сведения к минимуму гражданских потерь и ущерба гражданским объектам, в том числе посредством эффективного заблаговременного предупреждения о военном нападении в тех случаях, когда это возможно.

·       В соответствии с запретом неизбирательных нападений отказаться от использования в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения.

·       Отказаться от использования кассетных боеприпасов и ратифицировать Конвенцию по кассетным боеприпасам.

·       Провести тщательные, убедительные и беспристрастные расследования заслуживающих доверия заявлений о нарушениях законов и обычаев войны, в том числе по приводимым в этом докладе эпизодам.

·       Ввести политику расследования любых ударов, приведших к значительным жертвам среди гражданского населения.

·       Обнародовать информацию о военных целях, по которым наносились удары, приведшие к жертвам среди гражданского населения либо к прямому или косвенному ущербу для гражданской инфраструктуры и других охраняемых объектов; такая информация должна включать указание на стороны, причастные к нанесению ударов.

·       Обнародовать результаты расследований с предложениями о привлечении к дисциплинарной или уголовной ответственности в случае выявления допущенных нарушений.

·       Обеспечить оперативное и адекватное возмещение ущерба гражданским лицам и их семьям в случае смерти, ранения или повреждения имущества вследствие неправомерных военных нападений. Рассмотреть возможность «утешительных выплат» пострадавшим гражданским лицам вне зависимости от наличия или отсутствия нарушений.

Правительству Сирии

·       Обеспечить полное содействие и предоставить беспрепятственный доступ в страну Независимой международной комиссии по расследованию событий в Сирии, Международному беспристрастному и независимому механизму, Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) и независимым неправительственным правозащитным организациям для расследования предполагаемых нарушений международного гуманитарного права и международных норм о правах человека.

·       Принять меры для обеспечения всем сирийцам без дискриминации прав на питание, жилище и образование. Применительно к неподконтрольным правительству районам разрешить органам системы ООН и другим гуманитарным организациям использовать погранпереходы вне зоны контроля Дамаска в интересах доставки гуманитарной помощи нуждающемуся в ней населению.

Вооруженной оппозиции

·       Неукоснительно соблюдать законы и обычаи войны, в том числе в части запрета преднамеренных нападений на гражданских лиц и гражданские объекты, требования о проведении различия между гражданскими объектами и военными целями, а также требования воздерживаться от нападений, при которых ожидаемый гражданский ущерб будет несоразмерным искомому военному преимуществу.

·       Принимать все разумные меры предосторожности для защиты гражданского населения и гражданских объектов от последствий военных нападений. Избегать размещения военных целей в густонаселенных районах и медучреждениях и поблизости от них. Когда это возможно, удалять гражданских лиц и гражданские объекты на безопасное расстояние от военных целей.

·       Проводить убедительное расследование и принимать надлежащие дисциплинарные меры в отношении участников формирований вооруженной оппозиции, по которым имеются сведения о причастности к военным преступлениями другим нарушениям.

Правительству России

·       Прекратить практику использования права вето в Совете Безопасности ООН для блокирования расследования и обеспечения ответственности по предполагаемым тяжким преступлениям в Сирии, а также для препятствования расширению гуманитарной помощи, в том числе трансграничной. Устав ООН предусматривает ситуации при голосовании в СБ, когда сторона, участвующая в споре, должна воздержаться от голосования.

·       Прекратить попытки подрыва расследований ОЗХО случаев применения химического оружия в Сирии и оказать поддержку работе организации как в Сирии, так и в целом.

·       Прекратить передачу Дамаску вооружений и военной техники, которые используются для широкомасштабных нападений на гражданское население и гражданские объекты на северо-западе Сирии.

Правительству Турции

·       Разрешить гражданскому населению, которое спасается от насилия в Сирии, переход на территорию Турции и в район операции «Щит Евфрата» вдоль сирийско-турецкой границы.

·       Обеспечивать безопасность гражданского населения и гражданских объектов при осуществлении на северо-западе Сирии любых наступательных операций с участием Турции.

·       Сохранить беспрепятственный доступ для органов системы ООН и партнерских структур, обеспечивающих поставки продовольствия, топлива, медикаментов и медицинских товаров гражданскому населению на северо-западе Сирии.

Всем сторонам конфликта и их союзникам

·       Неукоснительно выполнять положения профильных резолюций СБ ООН, в том числе 2139 и 2165, касающихся необходимости соблюдения норм международного гуманитарного права, международных норм о правах человека и правах беженцев.

·       Обеспечивать гражданскому населению территорий, оккупированных соответствующими силами, доступ к гуманитарной помощи, включая медицину, воду, продовольствие и жилище, - без дискриминации и на основе заслуживающей доверия независимой оценки потребностей.

·       Обеспечивать безопасный, оперативный и беспрепятственный гуманитарный доступ ко всем нуждающимся.

·       Обеспечивать людям с инвалидностью доступ к защите, помощи и базовым услугам на равной основе с другими.

Совету Безопасности ООН и его членам

·       Ввести адресные санкции, включающие замораживание активов, в отношении гражданских и военных должностных лиц, по которым имеются убедительные свидетельства о причастности к военным преступлениям, преступлениям против человечности и другим серьезным нарушениям в северо-западной Сирии, в том числе в рамках принципа командной ответственности.

·       Предложить Независимой международной комиссии по расследованию событий в Сирии регулярно информировать СБ ООН о ходе расследований ударов по гражданскому населению и гражданской инфраструктуре в Идлибе и других предполагаемых нарушений законов и обычаев войны.

·       Требовать открытия беспрепятственного доступа в Сирию для Независимой международной комиссии по расследованию событий в Сирии, Международного беспристрастного и независимого механизма, ОЗХО и неправительственных правозащитных организаций.

·       Обеспечить достаточный объем поступления гуманитарной помощи гражданскому населению на территориях, контролируемых вооруженной оппозицией, а также наиболее уязвимым категориям, включая людей с инвалидностью и пожилых.

·       Пересмотреть решения от января и июля 2020 г. о прекращении гуманитарных операций через два погранперехода, которые использовались для трансграничной доставки помощи.

·       Возобновить мандат на доставку гуманитарной помощи через оба погранперехода, в том числе через переход на границе с Ираком на северо-востоке, на такой период, насколько это будет необходимо для обеспечения поступления гражданскому населению на неподконтрольных правительству территориях достаточного объема гуманитарной помощи, в том числе медперсонала и медицинских товаров для профилактики Covid-19.

Генеральной Ассамблее ООН

·       Принимая во внимание тупиковую ситуацию в Совете Безопасности ООН, Генеральная Ассамблея должна принять резолюцию или заявление с призывом к государствам-членам рассмотреть возможность введения адресных санкций в отношении гражданских и военных должностных лиц, по которым имеются убедительные свидетельства причастности к военным преступлениям, преступлениям против человечности и другим серьезным нарушениям, в том числе в рамках командной ответственности.

·       Если Совету Безопасности не удастся возобновить мандат на трансграничную доставку помощи из-за угрозы вето со стороны России, то резолюция о поддержке продолжения ООН трансграничной гуманитарной помощи неподконтрольным Дамаску районам должна быть принята Генеральной Ассамблеей.

Совету ООН по правам человека

·       Сохранять мандат Независимой международной комиссии по расследованию событий в Сирии в части документирования преступлений на северо-западе страны и выполнять ее рекомендации.

·       Обеспечить включение в резолюции и заявления по ситуации в Сирии специфических вопросов, касающихся людей с инвалидностью.

Независимой международной комиссии по расследованию событий в Сирии

·       Активизировать усилия по установлению ответственности за совершенные преступления, в том числе в период наступательных операций в Идлибе в апреле 2019 – мае 2020 г.

Европейским государствам

·       Требовать от Турции сохранения режима открытой границы для беженцев и оказать финансовую поддержку усилиям Анкары по их обустройству.

·       Принять на себя часть ответственности, активизировав прием беженцев из Турции, и воздерживаться от возвращения их в Сирию.

Отдельным государствам

·       Рассмотреть введение адресных санкций, включая замораживание активов, в отношении гражданских и военных должностных лиц, по которым имеются убедительные свидетельства о причастности к военным преступлениям, преступлениям против человечности и другим серьезным нарушениям в северо-западной Сирии, в том числе в рамках принципа командной ответственности.

·       Поддержать любые национальные и международные усилия по привлечению к ответственности лиц, подозреваемых в совершении тяжких преступлений и серьезных нарушений, в том числе через продолжение поддержки Международного беспристрастного и независимого механизма и оказание ему содействия, а также посредством возбуждения, где это возможно, в рамках принципа универсальной юрисдикции уголовного преследования лиц, предположительно ответственных за военные преступления и преступления против человечности, в соответствии с внутренним законодательством.

·       Поддержать принятие решительной политической декларации о признании предсказуемых последствий для гражданского населения в результате использования в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения. Государства должны взять на себя обязательство воздерживаться от такой практики и оказывать помощь пострадавшим от нее гражданским лицам.

·       Усилить поддержку гуманитарных программ на северо-западе Сирии в интересах более полного удовлетворения растущей потребности в помощи со стороны вынужденных переселенцев и всего населения региона, в том числе в связи с ситуацией с Covid-19.

 

 

Методология

Для этого доклада Human Rights Watch проинтервьюировала 77 гражданских лиц, которые были свидетелями авиационных и артиллерийских ударов, сопровождавшихся жертвами среди гражданского населения и ущербом для гражданских объектов в сирийской провинции Идлиб, а также 29 спасателей Сирийской гражданской обороны (СГО, «Белые каски»), присутствовавших на месте в момент удара или работавших там вскоре после этого. Мы также проинтервьюировали семерых военных экспертов по России и Сирии. Интервью проводились с февраля по август 2020 г.

В марте 2020 г. Human Rights Watch предприняла попытку попасть на северо-запад Сирии для проведения полевых исследований, однако мы не получили разрешения от турецких властей. В связи с этим большинство интервью проводились дистанционно: по телефону или с помощью интернет-мессенджеров; отдельные интервью проводились очно за пределами Сирии.

Выбор 46 эпизодов, включенных в доклад, основывается на консультациях с жителями Идлиба и спасателями: мы просили их назвать авиационные и артиллерийские удары за период с марта 2019 г. и в 2020 г., от которых пострадали гражданские объекты и инфраструктура.

Большинство интервью проводились на арабском языке, некоторые – на английском. Всем собеседникам разъяснялась цель и добровольный характер интервью, дальнейшее использование информации. Все собеседники давали согласие на интервью, будучи проинформированными о том, что никакого вознаграждения за участие не предполагается. В интересах безопасности мы не разглашаем имена некоторых собеседников и, в ряде случаев, других идентифицирующих деталей, а также местонахождение большинства собеседников на момент интервью.

Мы проанализировали десятки сделанных в разное время коммерческих спутниковых снимков высокого и ультравысокого разрешения, которые относятся к тем районам, где имели место задокументированные здесь эпизоды ударов. Наши исследователи также изучили свыше 550 видео и фотографий, сделанных в момент или сразу после того или иного удара. Эти материалы были получены нами из социальных сетей или непосредственно от источника. На основе сопоставления характерных особенностей местности на видео со спутниковыми снимками, фотографиями улиц и другими визуальными материалами мы устанавливали место и примерное время и дату соответствующего удара. На основе анализа визуальных материалов мы также пытались устанавливать тип примененных боеприпасов и наличие поблизости каких-либо явных военных целей.

Для проверки присутствия авиации и артиллерии в районе и в примерное время удара мы пользовались журналом наблюдателей Sentry Syria из Telegram-канала этой сети.

Интервью со свидетелями и аналитика Human Rights Watch преимущественно проводились применительно к населенным пунктам Ариха, Идлиб, Джиср-эш-Шугур, Мааррет-эн-Нууман и Мааррет-Мисрин, а также к лагерям вынужденных переселенцев в районе Эд-Даны, Хаса и Сармады в провинции Идлиб. Выбор этих районов для исследования был связан с большим числом сообщений об ударах за рассматриваемый период.

С целью идентификации российских и сирийских командиров и лиц, которые могут быть признаны ответственными за нападения, и для установления характера и масштабов российского участия в военных операциях в Сирии мы проанализировали публичные заявления российских правительственных чиновников и военных, официальную информацию Администрации Президента РФ, МИДа и Минобороны, а также материалы российских СМИ и материалы упоминавшихся выше интервью с военными экспертами.

17 августа 2020 г. Human Rights Watch направила правительствам Сирии и России информацию о кратких итогах исследования и вопросы, однако на момент окончания работы над докладом ответов мы не получили.

 

 

Общие сведения

Конфликт в Сирии стал одним из самых кровавых со времен Второй мировой войны. За десять лет как минимум 400 тыс. человек погибли, миллионы стали беженцами и вынужденными переселенцами. Визитной карточкой конфликта стали массовые жестокости и игнорирование международных норм о правах человека и международного гуманитарного права. Со стороны Дамаска, существенную помощь которому оказывают Москва и Тегеран, имело место использование запрещенного химического оружия, ковровые бомбардировки гражданских объектов и инфраструктуры и блокирование гуманитарной помощи.[1] Со стороны группировок вооруженной оппозиции, в том числе протурецких, имели место неизбирательные нападения на правительственные территории и препятствование выходу гражданского населения в безопасные районы.[2] «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) с 2013 г., когда эта группировка стала захватывать в Сирии значительные территории, и до того момента, когда она была выбита из своего последнего сирийского оплота в Багузе в марте 2019 г., в массовом порядке практиковала внесудебные казни, изнасилования, похищения и задержания гражданских лиц, ее боевики тысячами закапывали своих жертв в братских могилах.[3] Действия авиации американской антиигиловской коалиции сопровождались многочисленными жертвами среди гражданского населения, а ее союзники, костяк которых составляли курдские отряды, ограничивали свободу передвижения вынужденных переселенцев из подконтрольных ИГ районов.[4]

На протяжении всего конфликта ни государствами – членами СБ ООН, ни другими государствами почти ничего не делалось для защиты гражданского населения и привлечения в коллективном формате к ответственности лиц, совершавших серьезные нарушения. Россия, в частности, неоднократно блокировала принятие в СБ ООН резолюций, призванных обеспечить безопасность гражданских лиц.

Удары сирийско-российских сил по гражданской инфраструктуре

Human Rights Watch с 2012 г. документирует преднамеренные или неизбирательные нападения на гражданское население и гражданские объекты. Так, в феврале 2012 г. в результате неизбирательных обстрелов и снайперского огня со стороны сирийских правительственных сил погибли сотни гражданских лиц в Хомсе.[5] В августе 2012 г. Дамаск все шире стал применять авиацию, часто нанося неизбирательные удары по густонаселенным районам, в том числе в Алеппо.[6]

В 2013 г. мы расследовали девять эпизодов предположительных ударов с использованием сирийскими правительственными силами оперативно-тактических ракет, в семи из которых отсутствовала явная военная цель. В результате погибли по меньшей мере 215 гражданских лиц, в том числе 100 детей.[7] Правительственная авиация также широко применяла в 2013 г. бочковые бомбы, особенно в районе Алеппо.[8]

С февраля 2014 г. по январь 2015 г. Human Rights Watch насчитала по меньшей мере 450 мест серьезных повреждений, характер которых указывал на применение бочковых бомб.[9] От ударов сирийских правительственных сил в 2014 г. также страдали рынки, школы и медучреждения. В результате массированных ударов по оживленным рынкам и жилым кварталам в Думе в августе погибли как минимум 112 человек.[10]

В 2015 г. начались совместные операции сирийских правительственных и российских сил, которые сопровождались преднамеренными или неизбирательными авиаударами по жилым домам, рынкам, школам и медучреждениям с использованием зажигательных, кассетных и других осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения, включая бочковые бомбы.[11] В 2016 г. мы задокументировали несколько предположительно преднамеренных ударов по жилым домам, медучреждениям, рынкам и школам, включая удар по больнице Аль-Кудс в апреле 2016 г., в результате которого погибли 58 пациентов и других гражданских лиц.[12] В августе того же года отмечено несколько ударов по медучреждениям в Идлибе, Алеппо, Хаме, Хомсе и других местах.[13]

К концу 2016 г. Дамаск восстановил контроль над теми районами Алеппо, которые контролировались вооруженной оппозицией. В ходе этой кампании сирийско-российские силы наносили неизбирательные авиаудары, в том числе по нескольким медучреждениям, и использовали зажигательные и кассетные боеприпасы.[14] В июне 2017 г. в результате операций в населенном пункте южнее Дераа погибли 10 гражданских лиц на территории местной школы и поблизости.[15] В восточном Алеппо в сентябре – октябре 2017 г. местный Центр документирования нарушений зафиксировал гибель 446 гражданских лиц, в том числе 91 ребенка.[16]

В сентябре 2017 г. сирийско-российские силы начали наступательные операции в провинции Идлиб. В результате авиаударов, в том числе с использованием кассетных боеприпасов, по ряду населенных пунктов были разрушены по меньшей мере шесть медучреждений и пять центров СГО, пострадали также лагеря для вынужденных переселенцев и жилые районы, погибло свыше 150 гражданских лиц.[17]

Неизбирательные нападения, в том числе с использованием кассетных боеприпасов, продолжились в феврале – марте 2018 г. в ходе операций по зачистке Восточной Гуты, в ходе которых, как сообщалось, погибло свыше 1 600 гражданских лиц.[18] В Восточной Гуте от действий сирийско-российских сил пострадали как минимум 25 медучреждений, 11 школ и множество жилых домов.[19]

Созданный ООН в 2014 г. механизм по гуманитарному деконфликтингу в Сирии, предусматривавший оповещение о точных координатах медучреждений и других гуманитарных объектов, пользующихся особой защитой, фактически оказался неработающим в условиях, когда сирийско-российские силы неоднократно наносили удары по многим таким объектам.

 

Использование осколочно-фугасных боеприпасов в населенных районах

Использование осколочно-фугасных боеприпасов в населенных районах несет один из самых высоких рисков для гражданского населения в условиях современных вооруженных конфликтов.[20] В Сирии такие боеприпасы неоднократно использовались в течение всего конфликта, в том числе в ходе недавних боевых действий в провинции Идлиб, и это приводило к тяжелейшим последствиям для гражданских лиц и гражданских объектов. Эти боеприпасы охватывают широкий круг обычных авиационных и сухопутных видов вооружений, включая авиабомбы, артиллерийские снаряды, в том числе реактивные, ракеты и т.п. В октябре 2019 г. Австрия инициировала дипломатический процесс с целью принятия политической декларации, направленной на защиту гражданского населения от последствий использования осколочно-фугасных боеприпасов в населенных районах.[21]

Использование осколочно-фугасных боеприпасов в населенных районах может вызывать краткосрочные и долгосрочные негативные последствия для большого числа гражданских лиц. К таким последствиям относятся не только гибель и ранения, но зачастую и сильные психологические травмы. Повреждения зданий и инфраструктуры чреваты осложнением пользования базовыми правами, что связано с нарушением жизнеобеспечивающих услуг, снижением доступности здравоохранения и образования и с невозможностью обеспечения достаточного уровня жизни в силу проблем с доступностью воды, продовольствия и жилья. Это может также служить фактором вынужденного исхода населения, лишая его физической безопасности, приватности и семейной жизни. Возвращение вынужденных переселенцев часто затягивается из-за ущерба, нанесенного жилью, бизнесу и инфраструктуре, а также из-за взрывоопасных пережитков войны.

Осколочно-фугасные боеприпасы с большой площадью поражения

Определенные виды осколочно-фугасных боеприпасов обладают большой площадью поражения. Это связано как непосредственно с радиусом поражения, так и с изначальной невозможностью точного попадания по цели или с выбросом множества суббоеприпасов. Во многих случаях один и тот же боеприпас может подпадать под несколько критериев. Например, реактивные снаряды и бочковые бомбы одновременно не обеспечивают точного наведения на цель и имеют большой радиус поражения.

Human Rights Watch документировала использование таких боеприпасов различными сторонами в течение всего сирийского конфликта. Даже в тех случаях, когда такие боеприпасы применяются по военным целям, их использование в населенных районах предсказуемо приводит к большому числу жертв среди гражданских лиц и существенному ущербу гражданским объектам и инфраструктуре, вызывая неизбирательные или несоразмерные последствия для гражданского населения.

Кассетные боеприпасы

Кассетные боеприпасы использовались на протяжении всего сирийского конфликта, и это имело тяжелейшие последствия для гражданского населения. Human Rights Watch неоднократно документировала их использование сирийско-российскими силами, в том числе во время недавних наступательных операций в Идлибе. Кассетные боеприпасы подразделяются на авиационные и артиллерийские, при их срабатывании выбрасываются десятки или сотни суббоеприпасов, покрывающих значительную площадь. Применение таких боеприпасов представляет непосредственную опасность для гражданского населения, поскольку в пределах большой площади поражения в принципе не может быть обеспечено проведение различия между комбатантами и гражданскими лицами.

Существуют и отложенные долгосрочные риски, поскольку значительный процент суббоеприпасов не срабатывает, фактически превращаясь в противопехотные мины, которые представляют особенно большую опасность для детей.[22] Конвенция по кассетным боеприпасам 2008 г. предусматривает их всеобъемлющее запрещение и требует проводить мероприятия по очистке местности от взрывоопасных остатков и оказывать помощь пострадавшим.[23] Ни Сирия, ни Россия не являются участниками этой конвенции, однако все стороны сирийского конфликта должны следовать устанавливаемой этим договором зарождающейся норме международного права о запрете любого использования кассетных боеприпасов при любых обстоятельствах.

Сирийские правительственные силы с июля 2012 г. по июль 2018 г. применяли по меньшей мере 13 видов запрещенных конвенцией кассетных боеприпасов при нанесении как минимум 674 ударов по подконтрольным вооруженной оппозиции районам, что сопровождалось гибелью и ранениями гражданских лиц.[24] Сирийско-российские силы также широко применяли кассетные боеприпасы в августе 2016 г. – июле 2017 г. при нанесении как минимум 238 ударов, о которых сообщали местные активисты, спасатели и медики.[25] Human Rights Watch задокументировала два кассетных удара в 2019 г. и один (по школе) – в 2020 г.[26]

 

Идлиб: сжимающееся кольцо

Провинция Идлиб и прилегающие территории остаются одним из последних крупных анклавов, которые контролируются вооруженной оппозицией. На апрель 2020 г. население этой зоны оценочно составляло 3 млн человек, примерно половина из них – вынужденные переселенцы из других частей страны.[27]

До начала наступательных операций сирийско-российских сил в апреле 2019 г. провинцию преимущественно контролировала группировка «Хайят Тахрир аш-Шам» (Комитет освобождения Леванта, ХТШ), ранее связанная с «Аль-Каидой». Через так называемое «Правительство национального спасения» она осуществляет административные функции в той части северо-западной Сирии, куда входит Идлиб, а ранее входили и части провинции Хама к югу и провинции Алеппо к востоку.[28] К числу других группировок вооруженной оппозиции в Идлибе относятся протурецкий Национальный фронт освобождения и ряд самостоятельных группировок.[29] На начало сентября 2020 г. эти группировки сохраняли влияние в некоторых районах провинции Идлиб во многом через сотрудничество с ХТШ или ту или иную степень подчинения этой структуре.[30] Напряженные отношения между ними периодически приводили к вооруженным столкновениям.[31]

В Идлибе и других районах северо-западной Сирии также имеется значительное турецкое военное присутствие. Оно усилилось после занятия турецкой армией контролировавшегося курдами Африна в провинции Алеппо и в условиях эскалации напряженности между Анкарой с одной стороны и Москвой и Дамаском с другой.[32]

В мае 2017 г. в рамках астанинского процесса Турция, Россия и Иран договорились о создании четырех так называемых «зон деэскалации», в том числе в Идлибе, облегчении гуманитарного доступа и о необходимости борьбы с «Джебхат ан-Нусрой» и другими группировками из террористического списка СБ ООН.[33]

Перемирие оказалось недолговечным, поскольку сирийско-российские силы вскоре после заключения соглашения начали наступательные операции в Идлибе. С октября 2017 г. по февраль 2018 г. Дамаску при поддержке Москвы и Тегерана удалось восстановить контроль над значительной частью территории на юге провинции, которая ранее контролировалась ХТШ и другими группировками вооруженной оппозиции.[34]

В ответ на это турецкая армия установила в Идлибе 12 наблюдательных постов вдоль линии фронта.[35] Россия и Иран, со своей стороны, развернули собственные наблюдательные посты.[36]

С марта по июль 2018 г. в результате наступательных операций сирийских правительственных сил при поддержке, в зависимости от ситуации, со стороны России или Ирана, Дамаску удалось установить свой контроль над всеми зонами деэскалации за исключением идлибской.[37]

По итогам российско-турецкого саммита в Сочи в сентябре 2018 г. была достигнута договоренность о прекращении наступательных операций сирийских правительственных сил в идлибской зоне деэскалации.[38] Соглашение предусматривало создание к 15 октября 2018 г. демилитаризованной полосы шириной 15 – 20 км, отвод оттуда «радикальной» вооруженной оппозиции и тяжелого вооружения.[39] Турецкие военные и российская военная полиция должны были осуществлять патрулирование в этой зоне, а концу 2018 г. предполагалось возобновить движение по шоссе M-4 с востока на запад и М-5 с севера на юг, которые на протяжении многих лет были блокированы.[40]

К марту 2019 г. выполнение сочинских договоренностей оставалось довольно условным. В октябре некоторые группировки вооруженной оппозиции вывели из демилитаризованной зоны часть тяжелого вооружения, однако нарушения режима прекращения огня продолжались, а Россия, ссылаясь на сохранение присутствия ХТШ в зоне деэскалации, обвиняла Турцию в саботировании борьбы с «террористами».[41] ХТШ действительно укрепила свои позиции в Идлибе, устранив одного из главных соперников – «Харакат Нур ад-Дин аз-Зинки», а также контролируя шоссе М-4 и М-5, где взимала сборы с коммерческих грузовых перевозок.[42] Российское и турецкое патрулирование демилитаризованной зоны также не отличалось высокой активностью: турецкая сторона провела первое патрулирование только 8 марта 2019 г.[43] В течение всего этого времени происходило нарастание нарушений прекращения огня как вооруженной оппозицией, так и сирийскими правительственными и союзными им силами, наносившими удары вглубь территории противника.[44]

К апрелю 2019 г. астанинские и сочинские договоренности фактически прекратили действие, и сирийско-российские силы начали новое широкомасштабное наступление в Идлибе.[45]

Наступление сирийских правительственных сил в Идлибе

Сконцентрировав силы вдоль границы идлибской зоны деэскалации, Сирийская арабская армия в конце апреля начала наступательные операции при поддержке российской авиации.[46] Сирийско-российские силы наносили авиационные и артиллерийские удары по вооруженной оппозиции на юге Идлиба и в Хаме, группировки вооруженной оппозиции отвечали контрударами с использованием артиллерии, ракет и БПЛА.[47]

С самого начала наступательных операций и по мере нарастания интенсивности боевых действий сирийско-российские силы применяли тактику, аналогичную той, которая применялась ими в Алеппо и Восточной Гуте, используя в населенных районах кассетные, зажигательные и осколочно-фугасные боеприпасы с большой площадью поражения, в том числе бочковые бомбы. В результате страдали жилые дома, школы и медучреждения, имели место многочисленные случаи гибели и ранения гражданских лиц.[48]

В результате ударов по целому ряду населенных пунктов в первые недели наступления свыше четверти миллионов человек были вынуждены покинуть свои дома.[49] Преимущественно жители уходили на север, в более густонаселенные районы провинции Идлиб, некоторые уходили в сторону западной части провинции Алеппо.[50] Этот исход населения привел к дополнительной нагрузке на и без того напряженные гуманитарные операции и негативно сказался на учебном процессе в школах, поскольку, по данным Управления ООН по координации гуманитарных вопросов (УКГВ), почти 100 школ были превращены в места размещения вынужденных переселенцев.[51]

За первые недели наступательных операций Human Rights Watch и другие задокументировали неоднократные случаи использования в населенных районах кассетных и зажигательных боеприпасов, а также бочковых бомб. В этот период сирийско-российские силы наносили сотни ударов ежедневно.[52] Уничтожение и повреждение гражданской инфраструктуры, в том числе медучреждений, было характерной особенностью этого этапа. Только за период с 28 апреля по 28 мая результате 25 ударов в провинциях Идлиб, Хама и Алеппо имело место разрушение или повреждение медучреждений, по меньшей мере в 20 случаях приводившее к прекращению работы.[53] Девять таких медучреждений находились в провинции Идлиб.[54] Четыре гуманитарные организации были вынуждены приостановить работу из-за авиационных и артиллерийских ударов, пострадали также предположительно 25 школ.[55]

В ходе внеочередного заседания СБ ООН 17 мая 2019 г. российский постпред заявил: «Мы категорически отвергаем обвинения в нарушении международного гуманитарного права. Ни сирийская армия, ни Воздушно-космические силы (ВКС) России не ведут боевых действий против мирных граждан и гражданской инфраструктуры. Наша цель — террористы…».[56]

Впоследствии сирийско-российские силы продолжили нанесение ударов по школам и медучреждениям.[57] В июльском письме генеральному секретарю ООН Дамаск утверждал, что порядка 119 медучреждений в Идлибе используются «террористами», и, поэтому, перестали быть гражданскими объектами, превратившись в законные военные цели.[58] В ООН не признали утрату этими объектами гражданского статуса, отметив, что как минимум одно медучреждение из списка сирийской стороны, больница в Мааррет-эн-Нуумане, с 2015 г. функционирует под эгидой ООН. Сирийское правительство также утверждало, что все машины скорой помощи давно выведены из строя и использовались «террористами» либо в качестве инструмента совершения терактов, либо против «армии и гражданского населения».

Сирийские правительственные силы при поддержке российской авиации продолжили продвижение на территорию вооруженной оппозиции.[59] К концу июля 2019 г. в результате боевых действий сотни гражданских лиц погибли, свыше 440 тыс. были вынуждены покинуть свои дома.[60] Большинство случаев гибели гражданских лиц предположительно имеют отношение к действиям сирийско-российских сил, однако ХТШ также несет ответственность за гибель десятков гражданских лиц.[61]

В связи с многочисленными ударами по медучреждениям, часть которых была включена в ооновский список деконфликтинга, и на фоне требований со стороны международного сообщества генеральный секретарь ООН 1 августа 2019 г. объявил о начале расследования нападений на деконфликтованные больницы.[62] В тот же день Дамаск объявил о прекращении огня в южной части провинции Идлиб.[63] В условиях возобновившихся боестолкновений это перемирие через несколько дней прекратилось.[64]

Возобновление наступательных операций сопровождалось новыми ударами сирийско-российских сил по гражданскому населению и гражданской инфраструктуре, в том числе по медучреждениям и одному месту размещения вынужденных переселенцев. По данным ООН, пострадали также объекты водоснабжения, обеспечивавшие водой сотни тысяч человек.[65] В этот период под контроль Сирийской арабской армии при поддержке России и Ирана перешел целый ряд населенных пунктов, в том числе стратегически важный город Хан-Шейхун на шоссе М-5.[66] В результате интенсивных боев и исхода населения многие районы в Хаме и на юге Идлиба практически обезлюдели.[67]

После перехода под контроль Дамаска значительного числа населенных пунктов на юге Идлиба Россия 30 августа 2019 г. в одностороннем порядке объявила о прекращении огня со следующего дня.[68] Наступательные операции сирийско-российских сил в Идлибе с апреля по август 2019 г. привели к катастрофическим последствиям для гражданского населения и гражданской инфраструктуры. По оценке Управления верховного комиссара ООН по правам человека, в результате авиационных и артиллерийских ударов погибли свыше 1 тыс. гражданских лиц; Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) заявила, что за тот же период в результате боев на северо-западе Сирии пострадало 51 медучреждение.[69] Из них семь медучреждений пострадали от действий авиации в течение двух дней, предшествовавших объявлению о прекращении огня.[70] Сообщалось о 87 инцидентах со школами во время боев, 59 школ получили повреждения.[71] По оценке ООН, за апрель – август в северной части провинции Хама и на юге провинции Идлиб свои дома были вынуждены покинуть почти полмиллиона человек.[72]

Несмотря на объявленное одностороннее прекращение огня, авиаудары продолжались, а в сентябре 2019 г. Россия в 13-й раз использовала право вето при обсуждении сирийской ситуации в СБ ООН, заблокировав резолюцию о прекращении огня на северо-западе страны.[73]

В декабре 2019 г. сирийско-российские силы возобновили наступательные операции на северо-западе, захватив несколько населенных пунктов в провинции Алеппо. Это вызвало новую волну вынужденных переселенцев и привело к дальнейшему усугублению и без того критической гуманитарной ситуации.[74] Только за две недели свои дома были вынуждены покинуть почти 250 тыс. сирийцев, многие из которых уходили из Мааррет-эн-Нуумана и Саракиба на север – в сторону Арихи и Идлиба.[75] Некоторые двигались дальше, в сторону турецкой границы. Другие уходили в западные районы провинции Алеппо.[76] Ситуация усугублялась отказом Турции открыть границу для беженцев.[77]

На фоне усугубления гуманитарного кризиса Россия 20 декабря 2019 г. 14-й раз применила право вето в СБ ООН для блокирования возобновления в прежнем объеме резолюции о трансграничных поставках гуманитарной помощи в Сирию.[78] В январе Совбез принял урезанную резолюцию, санкционировав трансграничные гуманитарные операции через два погранперехода на северо-западе страны сроком на шесть месяцев за счет прекращения их через один погранпереход на северо-востоке и один на юге.[79]

В том же месяце сирийско-российские силы восстановили контроль Дамаска над стратегическим городом Мааррет-эн-Нууман, что сопровождалось серий ударов по медучреждениям, лагерям вынужденных переселенцев и школам на всей территории провинции Идлиб.[80]

Происходило дальнейшее нарастание масштабов исхода гражданского населения. По оценкам ООН, к 12 февраля Дамаск вернул себе контроль над примерно над 100 населенными пунктами на юге Идлиба и западе Алеппо.[81] С 1 декабря 2019 г. по 12 февраля 2020 г. оценочная численность вынужденных переселенцев достигла 800 тыс. человек, 60% которых составляли дети.[82] Ситуация усугублялась критическими гуманитарными условиями, переполненными лагерями, отсутствием места и крова для вновь прибывших, проблемами со снабжением и зимними погодными условиями.[83] Гуманитарные организации сообщали о случаях смерти детей от переохлаждения.[84]

В начале февраля 2020 г. Турция стала наращивать свое присутствие в Идлибе, отправляя на помощь оставшимся в провинции группировкам вооруженной оппозиции колонны своей военной техники, включая танки и БТРы.[85]

По итогам анализа спутниковых снимков Human Rights Watch выявила на севере Идлиба оборудование нового военного объекта, предположительно – турецкого, рядом с многочисленными палатками и постройками, характер которых соответствует лагерю вынужденных переселенцев.[86] Хотя этот объект не находился в непосредственной близости ни от одного из мест рассматриваемых здесь 46 ударов, его развертывание вызывает вопросы относительно принятия турецкими силами всех разумных мер предосторожности с целью избежать размещения военных целей в населенных районах или поблизости от них.

На спутниковом снимке 25 февраля 2020 г. показан предположительно турецкий военный объект на севере провинции Идлиб (красным) примерно в 300 м от палаток и других построек (желтым) предположительно для размещения вынужденных переселенцев. Снимок © 2020 Planet Labs

В результате удара сирийско-российских сил по турецкому наблюдательному посту 27 февраля погибли по меньшей мере 33 военнослужащих.[87] В ответ Турция атаковала несколько сотен сирийских военных целей.[88] Анкара также направила в Идлиб дополнительные силы и объявила, что может открыть границу и вызвать таким образом наплыв беженцев в Европу.[89] Однако по состоянию на начало сентября сирийско-турецкая граница оставалась закрытой.

На фоне этого обострения прошли переговоры между Турцией и Россией, которые 5 марта 2020 г. завершились очередной договоренностью о прекращении огня, вступившей в силу на следующий день.[90] В итоговом документе говорилось, что «угроза гражданским лицам и инфраструктуре не может быть оправдана какими-либо предлогами», вводилось совместное российско-турецкое патрулирование вдоль шоссе М-4 и фактически закреплялись итоги наступательных операций сирийско-российских сил с апреля 2019 г.[91]

По оценкам ООН, общее число вынужденных переселенцев в результате этого наступления за период с апреля 2019 г. по март 2020 г. достигло почти 1,4 млн человек, погибли по меньшей мере 1,7 тыс. гражданских лиц, преимущественно – вследствие действий сирийско-российских сил.[92]

К марту 2020 г. в провинции Идлиб, по данным ООН, обезлюдело свыше 300 населенных пунктов, население которых уходило от наступавших правительственных войск и постоянных обстрелов и бомбежек. По состоянию на начало июня Дамаск контролировал более 230 из этих населенных пунктов.[93]

Хрупкое перемирие

С 6 марта, когда начало действовать прекращение огня, обстановка в течение почти месяца оставалась относительно спокойной, и более 100 тыс. вынужденных переселенцев вернулись в свои дома, в том числе в Джиср-эш-Шугур, Ариху и Сармин.[94]

Положение гражданского населения, как вернувшегося, так и нет, оставалось крайне сложным в связи с коллапсом инфраструктуры и ограниченной доступностью продовольствия, воды, источников заработка, образования, жилья и здравоохранения, включая социально-психологическую помощь.[95] Все эти проблемы в любой момент могли обостриться из-за ухудшения эпидемической ситуации с Covid-19, вероятность которого оставалась высокой в условиях скученности людей и недоступности базовых услуг. Эти факторы не позволяли обеспечивать социальное дистанцирование и другие меры профилактики.[96] На конец августа на северо-западе Сирии было зафиксировано как минимум 59 случаев Covid-19.[97]

По данным Сирийской обсерватории по правам человека, в Алеппо и Идлибе на начало августа находились более 10 тыс. турецких военнослужащих и более 8 тыс. единиц военной техники.[98] Турция с начала апреля наращивала свое присутствие в зоне деэскалации, установив там 67 постов и направив туда тысячи единиц техники.[99] После объявления о прекращении огня по всему Идлибу происходили многочисленные перестрелки и почти ежедневно имели место боестолкновения.[100] По состоянию на август авиация применялась редко.[101]

Международная реакция

Россия и Китай с 2011 г. неоднократно блокировали попытки Совета Безопасности ООН отреагировать на ситуацию в Сирии, включая проект резолюции в 2014 г. о передаче сирийского досье Международному уголовному суду.

В 2016 г. Генеральная Ассамблея ООН создала Международный беспристрастный и независимый механизм для содействия проведению расследований в отношении лиц, которые несут ответственность за наиболее серьезные преступления по международному праву, совершенные в Сирийской Арабской Республике с марта 2011 года, и их судебному преследованию с целью сбора, обобщения, обеспечения сохранности и анализа доказательств наиболее тяжких международных преступлений, а также подготовки досье для содействия дальнейшему уголовному преследованию в национальных, региональных и международных судах и трибуналах, имеющих юрисдикцию по таким преступлениям или могущих получить такую юрисдикцию в будущем.[102]

В 2014 г. Управление ООН по координации гуманитарных вопросов создало механизм гуманитарного деконфликтинга, в рамках которого предполагалось предоставлять сторонам конфликта координаты больниц и других гуманитарных объектов, которые пользуются защитой от нападений по международному гуманитарному праву. Однако сирийско-российские силы неоднократно наносили удары по многим таким объектам без реальных последствий со стороны международного сообщества. В августе 2019 г. генеральный секретарь ООН объявил о начале расследования нападений на «определенные» деконфликтованные объекты и другие места, находившиеся под покровительством ООН.

В докладе по итогам этого расследования, резюме которого было опубликовано в апреле 2020 г., указывалось, что из семи расследованных эпизодов «с высокой вероятностью» можно говорить о том, что в трех случаях удары наносились сирийскими правительственными силами и их союзниками, в четвертом – только сирийскими правительственными силами. В пятом эпизоде «вполне вероятно», что удар наносился сирийскими правительственными силами и их союзниками.[103] Россия не была названа как несущая солидарную ответственность за четыре удара, в связи с которыми упоминались «союзники» Дамаска, и в докладе не содержалось рекомендаций о необходимости призвать Сирию и Россию к ответственности. Один удар был определен как предположительно нанесенный ХТШ. Седьмой эпизод был признан не подпадающим под мандат расследования.[104]

В июне 2020 г. Россия объявила о выходе из механизма гуманитарного деконфликтинга, заявив, что он использовался для прикрытия деятельности «террористов».[105]

В опубликованном 2 марта 2020 г. докладе Независимой международной комиссии по расследованию событий в Сирии, которая была создана Советом ООН по правам человека в 2011 г., Россия впервые была прямо названа причастной к незаконным нападениям на гражданскую инфраструктуру в Сирии. Комиссия отметила, что эти нападения достигали уровня военных преступлений. [106] В докладе Совету в июле 2020 г. Комиссия вновь назвала Дамаск и его союзников причастными к незаконным нападениям на гражданскую инфраструктуру, достигавшим уровня военных преступлений.[107] По заключению Комиссии, такие нападения со стороны сирийских правительственных и союзных им сил носили масштабный и систематический характер, достигая уровня преступлений против человечности; в ряде случаев они могли бы быть квалифицированы как насильственное перемещение населения.[108] Несмотря на регулярные запросы, сирийское правительство так и не дало Комиссии разрешения на посещение страны.[109]

Перемещение населения, вызванное военными действиями

В трех из рассмотренных нами для этого доклада районах (Ариха, Джиср-эш-Шугур и Мааррет-эн-Нууман) наступательные операции сирийско-российских сил в период с апреля 2019 г. по март 2020 г. приводили к массовому исходу населения, в результате которого Ариха и Мааррет-эн-Нууман почти полностью обезлюдели.[110]  В Джиср-эш-Шугуре число жителей сначала значительно уменьшилось, однако впоследствии вновь увеличилось за счет наплыва вынужденных переселенцев из соседних населенных пунктов.

Эти потоки вынужденных переселенцев составляют лишь небольшую часть общего перемещения населения в рассматриваемый период на территории провинции Идлиб и северо-западной Сирии в целом. На момент объявления Россией и Турцией прекращения огня в марте 2020 г. в этом регионе полностью обезлюдели свыше 300 населенных пунктов, и 230 из них в настоящее время контролируются Дамаском.[111]

По оценкам ООН, в 2019 – 2020 гг. свои дома были вынуждены покинуть почти 1,4 млн человек из оценочно 3-миллионного населения Идлиба.[112] Мы проинтервьюировали десятки вынужденных переселенцев, покинувших свои дома после возобновивших в апреле 2019 г. наступательных операций сирийско-российских сил. Все они говорили, что им пришлось спасаться от неоднократных ударов по населенным районам с использованием осколочно-фугасных боеприпасов. Многие также в качестве одного из мотивов ухода называли риски недозволенного обращения в случае занятия территории правительственными силами.

Сам по себе массовый исход населения из зоны конфликта не является нарушением законов и обычаев войны, однако могут возникать вопросы к причинам такого исхода – как в случае с неоднократными незаконными военными нападениями. Следует также напомнить, что международное гуманитарное право запрещает «акты насилия или угрозы насилием, имеющие основной целью терроризировать гражданское население».[113] Удары по гражданским объектам, в явной форме не используемым в военных целях, могут нарушать данный запрет.

Интенсивность и характер ударов сирийско-российских сил и их неоднократное нанесение по гражданским объектам и инфраструктуре дают основания предполагать, что одной из целей наступательных операций было провоцирование массового исхода населения с целью затруднить удержание противником населенных пунктов в условиях возможного дефицита продовольствия и материально-технических ресурсов.[114]

Город Идлиб, центр и крупнейший населенный пункт провинции, находился на большем отдалении от зоны боев, чем другие рассматриваемые здесь населенные пункты. Население продолжало прибывать, несмотря на удары по городу, включая рассматриваемые здесь семь эпизодов, в результате которых пострадала гражданская инфраструктура. Вынужденные переселенцы все в большем числе стекались сюда из районов, перешедших под контроль Дамаска, поскольку центр провинции по-прежнему контролировался ХТШ. С апреля 2019 г. к марту 2020 г. население Идлиба увеличилось с 186 376 до 263 220 человек, боле половины составили вынужденные переселенцы из близлежащих районов.[115] То обстоятельство, что гражданское население бежало в Идлиб, несмотря на риски новых ударов, свидетельствует о том, насколько отчаянным было положение людей в этой провинции.

Ариха

Ариха расположена в 15 км южнее Идлиба и в 70 км юго-западнее Алеппо на шоссе М-4 Латакия – Алеппо.[116] На начало сентября 2020 г. город контролировался ХТШ. На апрель 2019 г. его население составляло 35 624 человека, из которых 5 890 человек составляли вынужденные переселенцы.[117]

С началом наступательных операций в апреле 2019 г. в Ариху стали бежать тысячи гражданских лиц, спасавшихся от боев в других частях провинции Идлиб.[118] В начале января 2020 г. в результате удара сирийско-российских сил пострадали две школы и дошкольное учреждение. В результате удара 29 января прекратила работу единственная оставшаяся больница – городская хирургическая. Один из жителей рассказал, что после этого население массово стало покидать город.[119] По словам другого жителя, удар по больнице стал для людей «последней каплей».[120]

Рассказывает врач из Арихи:

Когда бомбежки становились все сильнее, а правительственные войска и русские подходили все ближе, люди стали уходить волнами, и почти половина Арихи опустела. После удара по больнице из города ушли почти все, потому что это была единственная больница на Ариху, Джебель-эль-Арабин и Джебель-эз-Завию – на 50 километров вокруг. Люди уходили на север, на север Алеппо и к турецкой границе.[121]

Житель Арихи Муханад аль-Ямани рассказал о серьезных последствиях удара по больнице:

             После этого генераторы остановились, пекарни закрылись. Люди стали уходить со своим имуществом. Даже торговцы-разносчики, продавцы овощей, лавки – все закрылись, все ушли. Кто не испугался и не ушел сразу после бомбежек, они все равно в конце концов ушли, потому что ничего не работало.[122]

К 20 февраля 2020 г. из Арихи ушли остававшиеся там 30 тыс. жителей, и город практически обезлюдел.[123] В начале марта вступило в силу согласованное Россией и Турцией прекращение огня, удары артиллерии и авиации прекратились, и 23 тыс. жителей вернулись.[124] Однако в апреле, по словам аль-Ямани, который был в числе вернувшихся в город, в Арихе все еще не было электричества и магистрального водоснабжения, а больница по-прежнему не работала, поэтому жителям приходилось ездить за медицинской помощью в соседний Идлиб.[125] Доставка помощи затруднялась тем обстоятельством, что гуманитарный персонал также покинул город, а также взрывоопасными пережитками войны и близостью зоны боевых действий.[126]

Джиср-эш-Шугур

Расположенный в 85 км юго-западнее Алеппо и в 30 км западнее Идлиба, Джиср-эш-Шугур с апреля 2015 г. и по настоящее время остается под контролем ХТШ.[127] Перед началом весеннего наступления в 2019 г. его население оценивалось в 21 990 человек, включая более 4 тыс. вынужденных переселенцев.[128] С марта по июль 2019 г. в результате ударов пострадали городская больница, клиника первичной медицинской помощи, рынок и две школы. К августу 2019 г. в условиях продолжавшихся ударов из города ушло почти 20% жителей.[129]

После объявления Россией с 31 августа 2019 г. одностороннего прекращения огня тысячи человек вернулись, к ним добавилось множество вынужденных переселенцев из других районов, и население города почти достигло прежней численности в 22 тыс. человек.[130]

В ноябре возобновились боевые действия и удары по Джиср-эш-Шугуру. Пострадали клиника первичной медицинской помощи (после этого в городе осталась только больница), стадион и расположенный недалеко от него офис СГО (последнее затруднило организацию спасательных работ).[131] После многочисленных ударов из города ушло почти 30% жителей, в декабре 2019 г. там оставалось всего около 15 400 человек.[132] В конце декабря в результате удара был поврежден резервуар для воды на крыше хирургической больницы, остававшейся к тому времени единственным медучреждением в городе.

В результате притока в город вынужденных переселенцев из ближайших окрестностей и соседнего дистрикта Бдама население вновь немного выросло.[133] К марту 2020 г., когда начало действовать согласованное Россией и Турцией прекращение огня, число жителей достигло примерно 18 400 человек.[134]

На спутниковых снимках по всему городу видны многочисленные разрушения в результате ударов с апреля 2019 г., в наибольшей степени пострадала восточная часть Джиср-эш-Шугура. Снимки позволяют различить прямые и сопутствующие повреждения гражданской инфраструктуры, в том числе медучреждений и школ.

Мааррет-эн-Нууман

Расположенный в 72 км юго-западнее Алеппо и в 30 км южнее Идлиба, Мааррет-эн-Нууман контролировался ХТШ до перехода под контроль Дамаска в январе 2020 г.[135]

В 2018 г., несмотря на астанинские договоренности о прекращении огня, обстрелы этого района не прекращались.[136] До начала весеннего наступления сирийско-российских сил в 2019 г. население города составляло примерно 50 тыс. человек.[137] В мае 2019 г. в ходе этих наступательных операций пострадали две больницы в соседних населенных пунктах Кафр-Набель (8 км западнее) и Хас (10 км западнее). Из-за продолжавшихся ударов гражданское население уходило в Мааррет-эн-Нууман, и к июлю число жителей там достигло примерно 63 тыс. человек.[138]

В июне – июле от ударов пострадали центральный продуктовый рынок, торговая площадка и обе городские больницы. После этого почти половина имевшегося на тот момент населения покинула город.[139] В ноябре население увеличилось до почти 45 тыс. человек за счет вынужденных переселенцев из прилегающих районов – после одностороннего объявления Россией прекращения огня с 31 августа и возобновления затем боевых действий. В октябре городская клиника первичной медицинской помощи была вынуждена на неделю закрыться в результате удара. К декабрю 2019 г. из города вновь ушла почти половина населения, после чего там осталось 24 557 человек.[140] В том же месяце от удара пострадали оптовый продуктовый рынок и круглосуточная станция скорой помощи. В начале января 2020 г. от удара пострадала последняя оставшаяся больница.

202010mena_syria idlib_Maarat al Numan_Before_ru 202010mena_syria idlib_Maarat al Numan_After_ru

До 15 января 2020 г.:: На спутниковом снимке 15 января 2020 г. видны повреждения в различных частях Мааррет-эн-Нуумана до занятия этого района правительственными войсками в конце января. Снимок © 2020 Maxar Technologies. Источник: EUSI После 20 мая 2020 г.:: На спутниковом снимке 20 мая 2020 г. та же местность спустя четыре месяца, видны обширные разрушения во всем городе. Снимок © 2020 Maxar Technologies. Источник: EUSI

К концу января 2020 г. Мааррет-эн-Нууман практически полностью опустел, и 28-го числа сирийские правительственные силы заняли этот район. За исключением отдельных оставшихся жителей, по состоянию на начало сентября 2020 г. город оставался безлюдным.

Удары по оставшейся в Мааррет-эн-Нуумане гражданской инфраструктуре продолжались и после того, как в конце декабря из города ушло большинство жителей и в конце января он был занят сирийскими правительственными силами. На спутниковых снимках, сделанных в мае 2020 г., видны разрушения в разных частях города, преимущественно севернее и южнее одной из главных улиц, которая проходит с востока на запад. На снимках видны руины вдоль многих улиц и сильные повреждения большинства жилых домов и инфраструктуры, которые сохранялись с января по май. Судя по снимкам, множество построек, разрушенных в этот период, были предположительно снесены тяжелой техникой и взрывным воздействием фугасных зарядов.

 

 

Удары сирийско-российских сил по гражданской инфраструктуре: март 2019 г. – март 2020 г.

За период с марта 2019 г. по март 2020 г. Human Rights Watch задокументировала 46 артиллерийских и авиационных ударов со стороны сирийско-российских сил, в результате которых прямо или косвенно пострадали гражданские объекты и инфраструктура в провинции Идлиб. Эти удары наносились в районе четырех крупных населенных пунктов: Ариха, Джиср-эш-Шугур, Идлиб и Мааррет-эн-Нуумана и четырех лагерей вынужденных переселенцев в районе населенных пунктов Эд-Дана, Хас и Сармада. Все эти районы на момент ударов контролировались ХТШ.

В общей сложности в результате 46 ударов погибли по меньшей мере 224 и были ранены 561 гражданских лиц. Эти данные собраны нами на основании сообщений очевидцев, родственников пострадавших, местных жителей, работников местных администраций, медиков и спасателей.[141] Столь значительное число жертв среди гражданского населения вследствие ранений и обрушения зданий связано с использованием в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения.[142]

В результате задокументированных ударов пострадали 12 медицинских объектов, 9 школ и одно дошкольное учреждение; многим из них пришлось прекратить работу, в некоторых случаях – окончательно. По нашим оценкам, по меньшей мере 4 733 ребенка как минимум на какое-то время лишились доступа к образованию.[143] Нами также были зафиксированы повреждения или разрушения как минимум пяти рынков, четырех лагерей вынужденных переселенцев, четырех жилых кварталов, одной промзоны, одной тюрьмы, футбольного стадиона и офиса неправительственной организации.

Международное гуманитарное право, или законы и обычаи войны, признают неизбежность гражданских потерь и гражданского ущерба в связи с вооруженным конфликтом, однако все стороны обязаны проводить различие между комбатантами и гражданскими лицами, отменять нападения, которые с высокой долей вероятности могут повлечь избыточные последствия для гражданского населения, и принимать все разумные меры предосторожности для защиты гражданских лиц и гражданских объектов от последствий нападения. Свидетели всех задокументированных нами 46 ударов и другие наши источники утверждали, что не располагают сведениями о наличии на момент удара в районе поражения каких-либо военных целей. Жители также не получали от сирийско-российских сил заблаговременного предупреждения о нападениях. Проведенный Human Rights Watch анализ фотографий и видео с места ударов ни в одном из случаев не выявил признаков присутствия там вооружения, военной техники или личного состава вооруженной оппозиции.

Незаконные нападения на медучреждения

Human Rights Watch задокументировала 18 ударов, в результате которых пострадали 12 медицинских объектов, включая больницы, клиники первичной медицинской помощи, центры скорой помощи и офис СГО. В шести случаях имели место прямые попадания, в двух случаях – по машинам скорой помощи. Все эпизоды относятся к районам Арихи, Идлиба, Джиср-эш-Шугура, Мааррет-эн-Нуумана и Мааррет-Мисрина. В восьми случаях повреждения были вызваны непрямым попаданием. В двух случаях нам не удалось установить, были ли повреждения вызваны прямым попаданием или последствиями применения осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения. В результате этих ударов погибли по меньшей мере 37 человек, в том числе как минимум пять медработников, ранены 145 человек, в том числе как минимум восемь медработников.

По словам персонала, три медучреждения были вынуждены окончательно прекратить работу, шесть – временно.[144] Эти девять медучреждений ежедневно обслуживали в среднем 789 пациентов.[145] Персонал всех этих медучреждений утверждает, что на момент удара все пациенты были гражданскими лицами, хотя по международному гуманитарному праву защитой от нападений пользуются любые медучреждения, в том числе и те, где проходят лечение лица из состава вооруженных сил.

Судя по свидетельствам очевидцев, фотографиям и видео с места поражения и спутниковым снимкам, ни в одном из районов ударов не было никаких военных целей. При таких обстоятельствах неоднократные удары по медучреждениям дают основания предполагать, что сирийско-российские силы преднамеренно пытались вывести эти учреждения из строя и лишить население возможностей получения медицинской помощи.

Ариха

Хирургическая больница

Вечером 29 января 2020 г. в результате попадания трех боеприпасов было разрушено трехэтажное здание хирургической больницы в Арихе (больница Аш-Шами). По меньшей мере 14 гражданских лиц погибли, 66 были ранены.[146] В марте один из врачей сообщил, что число погибших могло быть больше, поскольку к тому моменту еще не всех нашли под завалами.[147]

По словам этого врача, на момент удара в больнице ежедневно обслуживали как минимум 50 пациентов и делали от 15 до 20 операций.[148] Первое попадание в 22:26 пришлось по трехэтажному жилому дому примерно в 50 метрах восточнее. В результате в больнице выбило двери и окна, произошло частичное обрушение внешних стен.[149]

В результате попадания трех боеприпасов 29 января 2020 г. была уничтожена трехэтажная хирургическая больница в Арихе (единственное медучреждение в городе), погибли по меньшей мере 14 и были ранены 66 человек.  © 2020 Syrian Civil Defense

Второе попадание, примерно через шесть минут, пришлось по четвертому этажу здания примерно в 30 метрах южнее. В результате погибла жившая там семья вынужденных переселенцев и был поврежден грузовой контейнер на территории больницы, который был переоборудован под палату для пострадавших от химического оружия. «Был громкий и яркий взрыв, меня бросило вперед», - рассказал один из работников больницы.[150] По его словам, на момент второго удара он был внутри здания. Находившийся на момент второго удара на улице у своей машины доктор Закван Тамаа получил смертельные осколочные ранения.[151]

Третье попадание в 22:38 пришлось по трехэтажному жилому дому примерно в 15 метрах от больницы, в результате была разрушена ее западная стена.[152] Работник скоропомощного отделения Абдо Саид рассказал:

Мы пытались спасти доктора Заквана. Нервничали: мы им занимались, а в это время самолет кружил над головой, выбирал следующую цель. После третьего удара мы боялись, что будет еще разрыв. Никогда не знаешь заранее, кончилась атака или нет, это нельзя передать словами. Страх, тревога, неизвестность.[153]

Спасатели из СГО, которые приехали после этого нападения, рассказали, что почти сутки вытаскивали трупы из-под завалов.[154] Большинство погибли от осколков, были и такие, кто задохнулся под завалами. Были также уничтожены по меньшей мере четыре машины во дворе больницы, в том числе машина скорой помощи. Больница находилась в жилой застройке, и рядом с ней пострадала также пекарня, которая так и не возобновила работу.[155]

«Мы психологически были не готовы [к атаке], - рассказал Абдо Саид. – Никакого предупреждения или информации заранее не было».[156]

Россия отрицает свою причастность к этому эпизоду,[157] однако журналисты Channel 4 News выяснили, что местными гражданскими наблюдателями на земле была сделана запись предположительно переговоров российского летчика, который называет время «двадцать два двадцать шесть» и говорит «посылка пришла, значит – работаем».[158] Независимая международная комиссия по расследованию событий в Сирии в июле 2020 г. опубликовала доклад, в котором отметила наличие «разумных оснований полагать», что удар был нанесен российскими силами.[159]

Мы изучили шесть видео и четыре фотографии, которые были предоставлены Human Rights Watch непосредственно спасателями СГО, а также 16 видео, размещенных на YouTube и в Facebook 30 января 2020 г.[160] В кадре несут по меньшей мере четверых раненых или мертвых, в том числе человека, которого голос за кадром называет доктором Закваном; спасатели тушат пожары и пытаются вытаскивать людей из-под завалов; повреждения зданий и машин, в том числе самой больницы и медицинского оборудования.

Одно из тех видео, которые были предоставлены нам непосредственно, снимали с крыши больницы. В кадре видны два разрушенных здания по одну сторону больницы и одно – по другую, а также поврежденный грузовой контейнер и искореженные машины, в том числе «скорая», во дворе медучреждения.

Все свидетели утверждали, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях в районе больницы на момент удара.[161] В изученных нами видео отсутствуют какое-либо вооружение или военная техника и личный состав вооруженных формирований.

Результатом удара по хирургической больнице в Арихе стало вынужденное прекращение работы единственной больницы в самом городе, население которого на тот момент превышало 37 тыс. человек, и в прилегающих районах с общим населением более 200 тыс. человек.[162]

Идлиб

Центральная больница

В результате попадания 25 февраля 2020 г. в 13:55 неустановленного боеприпаса в Центральную («губернаторскую») больницу Идлиба по меньшей мере четверо гражданских лиц были ранены, здание получило повреждения.[163]

25 февраля 2020 г. было попадание по восточному въезду в Центральную больницу Идлиба.  © 2020 Union of Medical Care and Relief Organizations

Как сообщил регистратор больницы Маавья Ага, с юго-востока велся массированный артобстрел. В тот момент позиции сирийских правительственных сил находились примерно 15 км к юго-востоку от города.[164] Персонал больницы составлял 172 человека, ежемесячно через нее проходило около 15 тыс. пациентов. В больнице было 61 койко-место, в том числе 42 в хирургии, 10 в реанимации и 9 в онкологии.[165]

В момент удара Маавья Ага находился на работе. По его словам, боеприпас попал по восточному въезду в больницу в 13:55:

Из-за сильного обстрела все сотрудники были на работе: много раненых поступало. Этот удар, я уверен – это была авиация, потому что очень много разрушений. Внутри четверых наших врачей ранило. Сколько на улице ранило – я не знаю, боялся выходить.[166]

Маавья Ага рассказал, что в результате удара в больнице выбило окна и двери, пошли трещины по внешней восточной стене, но больница продолжала работать.[167]

Мы изучили два видео и 21 фотографию, которые были размещены в Facebook и на YouTube 25 февраля 2020 г.[168] В общей сложности мы зафиксировали одного погибшего (лежит на земле), трех малолетних детей в машине скорой помощи, повреждения машин, повреждения стены больницы и соседнего здания. На одном из видео в кадре большая воронка на улице, примерно в 35 метрах от больницы, а также повреждения ее стены.[169] После воронки показано то же тело на земле и две искореженные машины.[170]

В видео СГО показана машина скорой помощи примерно в 125 метрах от больницы, спасатели относят в машину раненого, затем спасатели там же осматривают завал на месте соседнего с больницей здания.[171]

На двух фотографиях, размещенных онлайн 25 февраля, зафиксированы, как представляется, повреждения внутри больницы, в том числе окон и дверей.[172]

Маавья Ага заявил, что, насколько ему было известно, ни перед ударом, ни в момент удара поблизости не было никаких военных целей.[173] Изученные нами визуальные материалы не содержат признаков присутствия вооружения, военной техники или личного состава вооруженных формирований.

Джиср-эш-Шугур

С июля по декабрь 2019 г. в результате неоднократных ударов были уничтожены или повреждены два из двух функционировавших в Джиср-эш-Шугуре медучреждений.[174] Одно из них – это городская хирургическая больница с несколькими отделениями, включая ортопедическое, хирургическое, родильное и педиатрическое. Второе – это клиника первичной медицинской помощи.[175] Другие медучреждения были разрушены ранее. Ближайшие медучреждения – это больница в Арихе в 20 км восточнее (см. выше) и больница в Даркуше в 14 км севернее.[176]

Хирургическая больница

На основании проведенного Human Rights Watch анализа спутниковых снимков, видео и фотографий нами установлено, что между 09:33 и 09:38 10 июля 2019 г. по хирургической больнице было одновременно два попадания. Первый боеприпас разорвался рядом с въездом в скоропомощное отделение, недалеко от генераторов, второй – в 60 м южнее главного здания и парковки для машин скорой помощи.[177] В тот момент больница работала в штатном режиме, обслуживая ежемесячно около 4,5 тыс. человек; на момент удара там было 60 пациентов и 27 сотрудников.[178]

Спутниковый снимок 13 ноября 2019 г. © 2020 Maxar Technologies. Источник: EUSI. Внизу слева: © 2019 Jisr Media Center. Внизу справа: © 2019 Orient News

В результате удара погибли как минимум пятеро гражданских лиц, находившихся внутри соседнего здания, и еще один человек, находившийся на улице перед этим зданием. Различные травмы от рассечения мягких тканей до переломов получили по меньшей мере девять человек.[179] Как рассказал регистратор больницы Ахмад Хасан Бакур, после удара он вышел на улицу и увидел там тело 21-летнего владельца магазина Алу Зиада, которого «разорвало надвое».[180] Были повреждены одна машина скорой помощи и три генератора, в больнице выбило окна. Два сотрудника были травмированы осколками стекол.[181]

Мы изучили спутниковые снимки, сделанные до и после удара. Непосредственно южнее больницы различимы два очага поражения. На спутниковом снимке, сделанном утром 11 июля, видно обрушение верхних этажей двух пятиэтажных зданий в 30 и 60 м южнее больницы. Тогда же прямым попаданием был поврежден еще один жилой дом в 100 м юго-западнее больницы.

Расположение очагов поражения и масштабы разрушений подтверждаются пятью видео и одной фотографией, которые были размещены на YouTube и в Facebook 10 июля 2019 г. В кадре завалы на улице позади больницы и повреждения, полученные одной из палат, медицинским оборудованием, генераторами, машиной скорой помощи (лобовое стекло), а также соседним зданием. Можно видеть несколько погибших и раненых, в том числе одного ребенка.[182]

После удара больница в течение дня не работала, но уже 11 июля было возобновлено оказание неотложной помощи. По размещенным в Facebook фотографиям нами проверено, что 12 июля имел место еще один удар – по пустовавшему пятиэтажному жилому дому примерно в 25 м юго-восточнее больницы (был разрушен пятый этаж). На спутниковых снимках, сделанных между 11 и 19 июля, видны повреждения этого здания, соответствующие видео и фотографиям, которые были размещены в Facebook 12 июля.[183] Сама больница в результате этого удара не пострадала и 17 июля в полном объеме возобновила работу.

© 2019 Orient News 

Вечером 31 декабря 2019 г. попаданием боеприпаса был поврежден резервуар для воды на крыше хирургической больницы. По словам Ахмада Хасана Бакура, было уже поздно, пациентов и персонала в больнице почти не было, и на следующий день незначительные повреждения были устранены.[184] По состоянию на начало сентября 2020 г. больница по-прежнему работала.

Два наших источника заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях в районе больницы перед указанными тремя ударами или непосредственно на момент этих ударов.[185] На изученных нами спутниковых снимках, фотографиях и видео признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Клиника первичной медицинской помощи

Клиника первичной медицинской помощи в Джиср-эш-Шугуре (40 человек в штате, ежемесячно обслуживала до 5 тыс. пациентов) дважды получала повреждения в результате ударов.[186] В 00:30 18 июля 2019 г. попадание боеприпаса произошло в 70 м юго-восточнее.[187] В тот момент в клинике никого не было.[188] В здании выбило двери и окна, и медучреждение после этого в течение недели не работало.[189]

Мы изучили спутниковые снимки, сделанные до и после удара. На них различимы как минимум четыре отдельных очага поражения и повреждения многоэтажных жилых домов в районе клиники. Характер повреждений и степень разрушений соответствует тому, что показано в видео, размещенных в соцсетях.[190] На одном из видео, которое было получено нами от журналиста, сняты дома, из которых поднимается дым, а также пожарная машина и спасатели.[191] СГО разместила видео, снятое в клинике сразу после удара, как утверждает в кадре один из спасателей: на видео множество помещений с медицинской аппаратурой, в которых выбиты окна, пол усыпан осколками стекла, оборудование повреждено.[192]

В 15:25 4 ноября 2019 г. артиллерийский снаряд разорвался у главного входа в клинику, этот момент зафиксирован камерой наружного наблюдения.[193] По словам жившего неподалеку медика из этой клиники, район на тот момент интенсивно обстреливался: «Из-за обстрелов мы в этот день решили закрыться пораньше, где-то в час дня. У нас было 25 пациентов, мы их отправили небольшими группами домой, чтобы снизить риск, если будет попадание».[194] В результате обошлось без пострадавших, однако тот же медик и старший местной бригады СГО рассказали, что были разрушены вход и стены, выбиты все окна и двери, и после этого клиника уже не возобновила работу.[195]

Камера из приемного покоя клиники зафиксировала момент попадания снаряда, разрыв которого поднял густую волну пыли, наполнившей помещение. Запись еще одной камеры зафиксировала повреждения стены на первом и втором этажах.[196] На спутниковых снимках, сделанных после этого удара, видны разрушения вдоль ведущей к клинике улицы, характер которых соответствует тому, что наблюдается на предоставленных нам видео и фотографиях.

Те же медик и старший местной бригады СГО заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях в районе клиники перед ударом или в момент удара.[197] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Маррет-эн-Нууман

По состоянию на середину 2019 г. в Мааррет-эн-Нуумане функционировали три медучреждения, все они пострадали в результате ударов с июля 2019 г. по январь 2020 г. и в итоге прекратили и не возобновили работу. Это Национальный госпиталь, клиника первичной медицинской помощи и больница Ас-Салам. В мае 2019 г. получили повреждения и были вынуждены закрыться две больницы за пределами города: Набд аль-Хайят и Ориент-госпиталь. Human Rights Watch также задокументировала удары по двум машинам скорой помощи в районе Маррет-эн-Нуумана и по городскому Центру первичной скорой помощи (круглосуточная станция скорой помощи с возможностями оказания неотложной помощи и приема детей).

Больница Набд аль-Хайят

Больница Набд аль-Хайят была уже во время конфликта в целях безопасности построена под землей в 8 км юго-западнее Маррет-эн-Нуумана. Она располагала 18 койко-местами на три отделения, штат – 52 человека.[198] В мае 2019 г. она обслуживала примерно 300-тысячное население сельских районов южной части провинции Идлиб.

Медработник этой больницы рассказал Human Rights Watch, что 4 мая они эвакуировали пациентов из-за сильного обстрела. Утром 5 мая его знакомый, сославшись на свои контакты на правительственной стороне, предупредил, что российская авиация может нанести удар по больнице. «Я сказал коллегам, и мы сразу эвакуировали всех оставшихся людей», - рассказал медработник. В 14:40 у него на глазах самолет нанес удар, который, по его словам, «полностью уничтожил» больницу.[199]

Рассказ нашего источника соответствует данным спутниковых снимков, исходя из которых удар был нанесен между 10:55 5 мая 2019 г. и 7 мая 2019 г. На снимках видны очаги поражения, а также разрушения, полученные зданием и прилегающей дорогой.

В результате удара один местный житель погиб, еще один был ранен: в тот момент оба проходили мимо больницы.[200] По состоянию на июнь 2020 г. больница не работала.[201] Мы ознакомились с журналом наблюдателей Sentry Syria, записи которого указывают на присутствие в этом районе на момент удара российской авиации.[202] Полученная The New York Times запись перехвата переговоров российского военного летчика с базой дает основания предполагать причастность к удару российской авиации.[203]

Скриншоты Telegram-канала Syrian Observatory с информацией о присутствии российской авиации в районе и в момент попадания по больнице Набд-аль-Хайят 5 мая 2019 г.

Мы изучили четыре видео и 13 фотографий, размещенных на YouTube и в Facebook 5 мая 2019 г., семь фотографий, предоставленных нашим исследователям напрямую, а также обзор стримов и видео Syrian Archive, многие из которых теперь недоступны онлайн.[204] Эти материалы демонстрируют повреждения снаружи и внутри больницы. Анализ окружающей местности и построек позволил нам подтвердить, что материалы относятся к подземной больнице. В одном из видео в Facebook репортер Orient News снимает больницу с безопасного расстояния, фиксируя первый удар и прямые попадания по зданию больницы.[205] Тот же или другой репортер Orient News в режиме реального времени ведет запись того, как в течение сюжета длительностью 5 мин 45 сек ему трижды приходится отбегать от больницы, чтобы не попасть под новый удар.[206] Есть также видео, где в кадре сначала появляются воронки, затем камера ведет под землю в помещение с обвалившимися стенами.[207]

Проинтервьюированные нами спасатель и медработник заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях в районе больницы перед ударом или в момент удара. В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.[208]

202010mena_syria idlib_nabd_before_ru 202010mena_syria_idlib_nabd_after_ru

После: 15 мая 2019 г.: Последствия удара по больнице Набд-аль-Хайят 5 мая 2019 г. До: 17 ноября 2018 г. После: 15 мая 2019 г. Спутниковый снимок © 2020 Maxar Technologies. Источник: Google Earth.

Ориент-госпиталь

В тот же день 5 мая 2019 г. в результате авиаудара пострадал Ориент-госпиталь близ Кафр-Набеля в 10 км юго-западнее Мааррет-эн-Нуумана.[209] Это медучреждение размещалось в трехэтажном здании, персонал – около 100 человек, ежемесячно обслуживало около 1 000 пациентов.[210] По словам медработника, в тот день из-за интенсивных обстрелов и бомбежек персонал принял решение отправить всех пациентов в больницы Мааррет-эн-Нуумана:

У нас восемь больных оставалось, они должны были в тот день выписываться. Мы их забрали с собой в подвал для безопасности. В половине шестого вечера охранник сказал, что над больницей самолет. Через какие-то минуты слышу два громких взрыва, в подвал дым пошел. За полчаса самолеты по больнице четыре раза что-то запустили, два раза попало по двум пожарным выходам. В какой-то момент мне показалось, что больше дневного света не увижу.[211]
5 мая 2019 г. Ориент-госпиталь в районе Кафр-Набеля в провинции Идлиб пострадал в результате авиаудара. © 2019 AFP/Getty Images

Госпиталь на неделю закрылся на ремонт. Второй раз он закрылся уже в январе 2020 г. из-за наступления Сирийской арабской армии, и с тех пор не работает. Данные журнала наблюдателей Sentry Syria фиксируют появление военных самолетов над Кафр-Набелем в 17:37, 17:40 и 17:49. В 17:37 и 17:49 наблюдатели идентифицировали самолеты как «российские военные», в 17:40 самолет идентифицирован как Су-24, который используется в Сирии и российскими, и правительственными силами.[212] Полученная The New York Times запись перехвата переговоров российского военного летчика с базой также дает основания предполагать причастность к удару российской авиации.[213]

Мы изучили три видео и 15 фотографий, полученных напрямую от спасателей СГО, а также три видео и две фотографии, которые были размещены онлайн 5 и 6 мая 2019 г.[214] На одном из видео, размещенном на YouTube в 18:01 5 мая, заснят большой столб дыма, поднимающийся с того места, где находился госпиталь.[215] На видео и фотографиях спасатели вытаскивают тело из-под завалов и оказывают помощь шестерым раненым, среди которых один ребенок. Один из пострадавших в больничной пижаме; трех выносят вместе с капельницами.[216]

Скриншоты Telegram-канала Syrian Observatory с информацией о присутствии Су-24, который используется в Сирии и российскими, и сирийскими правительственными силами, в районе и в момент удара по Ориент-госпиталю в районе Кафр-Набеля в провинции Идлиб 5 мая 2019 г.

На видео также зафиксированы повреждения внешней стены госпиталя, значительный объем завалов и обломков, искореженные машина скорой помощи, несколько мотоциклов и поврежденные носилки.

Судя по спутниковым снимкам, по территории госпиталя было несколько попаданий, в результате которых пострадали несколько зданий внутри периметра, включая главный лечебный корпус, а также внешняя стена. За пределами территории также видны следы попаданий: разрушено здание в 25 м западнее внешней стены и повреждена площадка под парковку.

Проинтервьюированные нами спасатель СГО и медработник заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях в районе госпиталя перед ударом или в момент удара.[217] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Машина скорой помощи неправительственной гуманитарной организации Violet

Примерно в 10:30 20 июня 2019 г. имело место попадание боеприпаса по машине скорой помощи на дороге близ Мааррет-эн-Нуумана.[218] Машина принадлежала неправительственной гуманитарной организации Violet, которая занимается проблемами здравоохранения и другими социальными вопросами в некоторых районах Сирии, подконтрольных вооруженной оппозиции. Машина представляла собой белый микроавтобус с эмблемой Violet на боку, но не имела никаких опознавательных знаков на крыше, хотя ничего в ее внешнем облике в любом случае не указывало на какой-либо военный транспорт.[219] На машине был установлен проблесковый фонарь (неизвестно, был ли он включен или нет на момент удара).[220] По информации спасателя и самой НПО, которая выпустила официальное заявление, три человека погибли, двое получили ранения.[221]

Трое спасателей неправительственной организации Violet, погибших в результате попадания боеприпаса по дороге близ Мааррет-эн-Нуумана 20 июня 2019 г.  © 2019 Violet Organization

Мы изучили 29 фотографий и одно видео, которые были предоставлены нам напрямую, а также одно видео, размещенное на YouTube 20 июня 2019 г. Они подтверждают то, что сообщил в интервью спасатель.[222] На видео три человека в характерной для Violet фиолетовой униформе лежат в разных местах на земле в нескольких метрах от уничтоженной ударом машины скорой помощи, у одного открытая рана левого плеча. В кадре также две машины СГО и прибывшая на место другая машина скорой помощи Violet.

По словам спасателя, ему ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[223] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Машина скорой помощи СГО

18 августа 2019 г., между 09:30 и 10:00, водитель СГО Мухаммад Харири прибыл на машине скорой помощи на место удара по производству дверных рам в промзоне Мааррет-эн-Нуумана.[224] Он рассказал Human Rights Watch, что обнаружил там раненого подростка, который назвал свой возраст – 15 лет – и сказал, что его придавило обрушившейся крышей ангара, а вместе с ним двух раненых рабочих, один из которых впоследствии умер. По словам Харири, вскоре последовал еще один удар:

Мы отнесли раненых в машину и уже отъезжали, и в этот момент прилетело прямо рядом с моей «скорой». Я вылетел наружу. В правую ногу сильно ранило, выше колена. Пришлось лежать, ждать, пока наши за мной приедут. Потом я уехал в Турцию: полтора месяца операций, но ходить до сих пор не могу.[225]

Харири заявил, что ему ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[226]

Национальный госпиталь

По состоянию на середину 2019 г. Национальный госпиталь был крупнейшим функционирующим медучреждением в Маррет-эн-Нуумане, обслуживая ежемесячно свыше 25 тыс. пациентов. Персонал – 255 человек.[227] Около 15:00 10 июля 2019 г. боеприпас попал по воротам примерно в 20 м от главного входа. Эта информация получена нами от администратора госпиталя Ибрагима Абуда, который в тот момент был на работе. По его словам, в госпитале никто не пострадал.[228]

В течение всей второй половины 2019 г. в Мааррет-эн-Нууман стекались вынужденные переселенцы из различных районов, где продолжались боевые действия, в том числе из Хан-Шейхуна, и это создавало избыточную нагрузку на медучреждения.[229] По мере приближения сирийских правительственных войск сам город также подвергался ударам. 19 декабря Национальный госпиталь из-за массированных артобстрелов ограничил прием только экстренными случаями.[230]

На рассвете 8 января 2020 г. в результате нескольких попаданий были повреждены крыша, резервуары для воды и территория Национального госпиталя в Мааррет-эн-Нуумане – единственного функционировавшего в тот момент медучреждении в городе. После этого удара госпиталь полностью прекратил работу.  © 2020 Syrian Network for Human Rights

По словам администратора, в результате нескольких попаданий по госпиталю между 03:00 и 04:30 8 января 2020 г. повреждения получили крыша, резервуары для воды и территория медучреждения.[231] В тот момент в госпитале не было ни одного пациента, только девять человек из персонала. Администратор был дома неподалеку, но оставался на связи с сотрудниками в госпитале. Около 05:00, когда позволила ситуация с безопасностью, спасатели эвакуировали всех девятерых сотрудников. Пострадавших не было. К тому моменту в городе оставалось всего около 100 гражданских лиц.[232] После удара госпиталь полностью прекратил работу.

На видео, которое было размещено 9 января 2020 г. на сайте Orient News, спасатель СГО рассказывает о полученных госпиталем повреждениях, снимая пробитый потолок в приемном покое и разбитое оборудование.[233] Мы дополнительно изучили 11 фотографий очагов поражения и полученных госпиталем повреждений, из которых девять были предоставлены нам напрямую, две были размещены онлайн 8 января и 9 февраля 2020 г.[234]

Все проинтервьюированные нами свидетели утверждали, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед обоими ударами или в момент ударов.[235] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Больница Ас-Салам

Владелец больницы Ас-Салам Фирас Джунди, до октября 2019 г. бывший министром здравоохранения во временном правительстве Мааррет-эн-Нуумана, рассказал, что в медучреждении были родильное отделение и детское отделение примерно на 70 койко-мест. В результате попадания по детскому отделению 4 января 2018 г. погибли пятеро детей и был ранен один врач.[236] Через два месяца больница возобновила работу, однако 22 июля 2019 г. в результате попадания по жилому дому примерно в 100 м северо-восточнее больницы в медучреждении выбило окна.[237] Пострадавших в больнице не было, она на три дня закрылась на ремонт.[238] Вскоре после этого, по словам Джунди, больница прекратила работу из-за риска новых ударов.[239]

Фирас Джунди заявил, что ему ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед обоими ударами или в момент ударов.[240]

Клиника первичной медицинской помощи

Клиника первичной медицинской помощи в Мааррет-эн-Нуумане занимала здание в несколько этажей и по состоянию на середину 2019 г. обслуживала территорию с населением около 9 тыс. человек. Директор клиники Махмуд аль-Мур рассказал, что в 12:15 3 октября 2019 г. несколько снарядов попало по дороге, ведущей к медучреждению, после чего три снаряда с южного направления попали по западным стенам внешнего периметра.[241]

По словам директора, в тот момент в клинике было много людей, в регистратуре – 80 пациентов. Ранения получили восемь человек, в том числе врач был ранен осколком в ногу.[242] В стоматологическом отделении женщина получила смертельное ранение в живот.[243] Серьезно пострадали стоматологическое отделение и аптека, были повреждены лабораторное оборудование, система электроснабжения на солнечных батареях и резервуары для воды. Повреждения также получили 10 соседних жилых домов, у которых выбило окна и двери и произошло частичное обрушение внешних стен.[244] «Дорогу обстреливали, так что минут десять после попадания по клинике мы н могли туда подобраться», - рассказал пресс-секретарь СГО в Мааррет-эн-Нуумане Хусейн Баюр.[245]

По словам Махмуда аль-Мура, клинике пришлось закрыться на неделю, он лично заплатил за ремонт порядка трех тысяч долларов. Пока шел ремонт, пациентам приходилось ездить или ходить пешком за три километра – в Национальный госпиталь, что приводило к его перегрузке.[246]

Human Rights Watch изучила пять фотографий c места событий, которые были размещены в Facebook 3 октября.[247] Картина соответствует информации из интервью. На одной фотографии спасатель СГО бежит к зданию с черной вывеской над входом «Клиника Мааррет-эн-Нуумана». На двух фотографиях спасатели несут раненого медика.[248]

Директор клиники и представитель СГО заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[249] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Центр первичной скорой помощи

Около 11:00 18 декабря 2019 г. в результате удара пострадал Центр первичной скорой помощи в Мааррет-эн-Нуумане. Этот центр объединял круглосуточную станцию скорой помощи с возможностью оказания неотложной помощи и приема детей и был организован неправительственной организацией Violet.[250] Центр обслуживал примерно 600 человек из ближайшего района. Сотрудник Violet сообщил, что в результате попаданий артиллерийских снарядов по гаражу машин «скорой» и приемному покою произошло обрушение здания. Находившие в тот момент внутри 10 человек не пострадали, но сам центр возобновил работу только через пять дней.[251] Human Rights Watch изучила две фотографии, размещенные в тот день на Facebook-странице Violet, на которых зафиксированы повреждения внутри здания, а также окон и дверей.[252]

Тот же сотрудник заявил, что ему ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[253] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

В конце января 2020 г. из Мааррет-эн-Нуумана ушли все жители, и 28 января 2020 г. город был занят сирийскими правительственными силами.[254] Если не считать немногих отдельных гражданских лиц, по состоянию на начало сентября город оставался безлюдным, все медучреждения были закрыты.

Мааррет-Мисрин

Хирургическая больница

Данный эпизод рассматривается в докладе в контексте трех ситуаций: нападения на медучреждения, нападения на места размещения вынужденных переселенцев и нападения на школы.

25 февраля 2020 г. хирургическая больница Мааррет-Мисрина (больница Аль-Хилаль) пострадала от авиаудара, в результате которого погибли 12 гражданских лиц и 62 были ранены.[255] Больница размещалась в двух прилегающих друг к другу трехэтажных зданиях, там имелись 50 койко-мест, хирургическое и рентгенологическое отделения, лаборатория и аптека. Медучреждение находилось через дорогу от начальной школы Муниб Камиша. Главврач больницы Хикмат Хатиб рассказал, что обычная смена состояла из пяти врачей и 25 медсестер.[256] В начале февраля 2020 г. в эту больницу перебрались персонал и пациенты из больницы Аль-Хикма в Тафтаназе на севере провинции Идлиб, после того как это медучреждение закрылось в результате удара 5 февраля.[257]

25 февраля житель Идлиба привез в детское отделение больницы своего знакомого с сыном, которого нужно было обследовать.[258] По словам главврача и этого мужчины, около 15:00, когда они находились внутри, они услышали громкий взрыв, после которого в больнице выбило окна и двери. Выбежав на улицу, они увидели, что во дворе школы напротив разорвался неустановленный боеприпас.[259]

В течение следующей недели в больнице шел ремонт, но она продолжала работать. В случае закрытия ближайшая больница была бы в Идлибе, в 10 км южнее, которая в тот же день сама пострадала в результате удара.[260]

Записи журнала наблюдателей Sentry Syria указывают на то, что в момент удара в этом районе было зафиксировано присутствие бомбардировщиков Су-24. Они были замечены в районе Бинниша (меньше 7 км к юго-востоку) в 15:35 и 15:52, а также над Мааррет-Мисрином в 15:56 и в 16:00.[261] В течение предшествующего часа наблюдатели в районе Мааррет-Мисрина неоднократно фиксировали присутствие самолетов, которые идентифицировали как «российские военные», а также Су-24.[262] Су-24 используются и российскими, и сирийскими правительственными силами.[263]

На спутниковых снимках, сделанных через два дня после удара, различим предполагаемый очаг поражения на северном дворе начальной школы Муниб Камиша: менее чем в 10 м от стены школьного периметра и в 70 м от больницы. Спутниковые снимки не позволяют сделать выводы о каких-либо явных разрушениях.

Все проинтервьюированные свидетели утверждали, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[264] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Незаконные нападения на рынки и промзоны

В результате задокументированных нами семи ударов сирийско-российских сил незаконно пострадали продуктовые рынки и промзоны. Следствием пяти ударов по рынкам было ограничение доступа гражданского населения к продовольствию и к источникам заработка (три удара по двум рынкам и торговой площадке в Мааррет-эн-Нуумане, один по центральному рынку в Джиср-эш-Шугуре и один по центральному рынку в Идлибе). В двух случаях имели место прямые попадания по двум рынкам, в трех случаях имел место ущерб в результате попаданий поблизости от них. Human Rights Watch также задокументировала два удара по промзоне в Идлибе, в результате которых пострадали торгово-производственные точки; в одном случае большинство людей в промзоне были вынуждены прервать работу на несколько недель. В общей сложности в результате семи ударов погибли по меньшей мере 95 и были ранены по меньшей мере 198 гражданских лиц, был затруднен доступ населения к продовольствию, тысячи торговцев, владельцев производственных и торговых точек, механиков и членов их семей столкнулись с трудностями в поддержании источников средств к существованию.

Идлиб

Рынок и промзона

По данным СГО и по другой заслуживающей доверия информации, в результате ударов сирийско-российских сил (как считается – авиации) 15 января 2020 г. по центральному рынку Идлиба и соседней промзоне погибли 22 и были ранены 65 гражданских лиц.[265] Попадание пришлось по продуктовой торговой точке в овощной части рынка вскоре после 14:00. После этого рынок на несколько дней закрыли.[266]

Мы изучили два видео, которые были размещены на YouTube 15 января 2020 г.[267] В кадре человек лежит рядом с горящей машиной, еще двое – вперемешку с овощами, раненого или убитого несут в машину скорой помощи, а также повреждения машин, прилавков, зданий. Рынок находился напротив городского музея, на одном из видео заметно повреждение ворот музея.[268]

Примерно в одно время с ударом по центральному рынку пострадала промзона примерно в 280 м от него, где располагалось около 500 одноэтажных ремонтно-производственных точек и автомастерских.[269] Владелец одной из таких автомастерских Айман Асад рассказал, что через несколько минут после того, как он услышал взрыв на рынке, примерно в 50 м от его мастерской одновременно разорвались два боеприпаса на расстоянии 20 м друг от друга: «Я пару минут прятался под столом, потом вышел на улицу, но толком ничего не видно, все в дыму. Я слышал, как люди кричат от боли, потом стал различать части тел: кого-то на куски разорвало». По его словам, по меньшей мере в пяти случаях тела были настолько сильно повреждены взрывом, что никто не смог опознать погибших.[270]

По словам Аймана Асада, в результате удара было полностью уничтожено как минимум 20 торгово-производственных точек.[271] Местный адвокат рассказал, что в тот момент находился примерно в 500 м от очага поражения и поспешил туда проверить свою машину, оставленную днем ранее. Машина не пострадала, но на месте он увидел клубы дыма, завалы, выбитые окна, множество раненых на земле. Спасатель СГО Абу Омар сообщил, что большинство погибших обнаружили внутри гаражей и других торгово-производственных точек. В соседнем здании нашли трупы четырех женщин и двух детей. «Они совсем обгорели при взрыве, - рассказал спасатель. – Смотреть страшно».[272]

Владельцы некоторых торгово-производственных точек смогли возобновить работу после ремонта только через несколько недель, в течение которых сотни семей оставались без источника заработка.[273] По словам Аймана Асада, последствия удара ощущались еще долгое время:

Мы в шоке. На работе я не могу чувствовать себя в безопасности и одновременно постоянно за семью тревожно, особенно за детей, их у меня двое, каждый день в школу ходят. Школы, рынки, дома, больницы – по всему стреляют. Для них вся жизнь в Идлибе - мишень. Каждый день, когда на работу ухожу, говорю себе, что могу не вернуться домой, к семье. Но на работу ходить приходится, иначе есть нечего будет.[274]

Мы изучили 26 видео и одну фотографию, которые были размещены на YouTube, в Facebook и на сайте Би-би-си 15 и 16 января 2020 г.[275] В кадре как минимум восемь тел тяжелораненых или погибших на улице, раненых несут в машины скорой помощи, спасатели достают из-под завалов мертвого ребенка, уничтоженные ударом торгово-производственные точки и машины, сильное задымление, работающие спасатели, люди разбегаются в поисках укрытия. Три видео также содержат кадры, связанные с ударом по соседнему рынку.[276]

В аэрофотосъемке СГО показаны работа спасателей и крупная постройка, которая превращена в груду развалин.[277] В шести видео, размещенных онлайн 15 января 2020 г., в двух из которых также присутствуют кадры разрушений в промзоне, показаны раненые и мертвые в больнице, в том числе четверо раненых детей, которым оказывается помощь. В одном видео ребенка достают из-под завалов, затем оказывают ему помощь в больнице.[278]

Сыновья Хайтама Химидана 16-летний Кинан и 10-летний Мухаммед, погибшие в результате попадания по промзоне Идлиба 11 февраля 2020 г.   © 2019 Private

Около 12:10 11 февраля 2020 г. неустановленный самолет нанес по той же промзоне Идлиба удар двумя боеприпасами. По словам координатора операций СГО Мухаммада Джабана, который прибыл на место, 12 гражданских лиц погибли и 45 были ранены.[279] Он сообщил, что боеприпасы разорвались примерно в 27 метрах друг от друга, на улице, повреждения получили машины и соседние торгово-производственные точки.

Владелец мастерской по отделке автомобильных салонов Хайтам Химидан рассказал, что в момент взрыва на улице недалеко от его мастерской он стоял в дверном проеме, наблюдая за тремя своими сыновьями и тремя работниками (все несовершеннолетние):

От попадания мастерская обрушилась, убило двух моих сыновей, трех рабочих и еще двух детей у соседа. Мы ждали гражданскую оборону, пока приедет вытаскивать их из-под завалов. Точно говорю, ничего военного у нас в округе не было. Мы тут все работяги, просто пытаемся семьи прокормить. Я хочу, чтобы тех, кто это сделал, наказали. Аллахом клянусь, у нас сердца после этого разрываются. Детей-то за что?[280]

По словам Химидана, после этого удара они несколько дней не работали, расчищали территорию, но сам он не вернулся к работе даже через полтора месяца: «Другие наши через несколько дней открылись, а я до сих пор нет. Слишком тяжело возвращаться туда, где моих детей убили».[281]

Мы изучили семь видео и 13 фотографий, размещенных 11 февраля 2020 г. в Facebook и на YouTube.[282] На аэрофотосъемке СГО видно, как спасатели несут двух человек на носилках, сняты повреждения на улице, небольшая воронка и по меньшей мере три уничтоженные машины, а также как минимум пять сильно пострадавших торгово-производственных точек. На других фотографиях и видео в кадре предположительно раненый ребенок, четыре тела, двое мужчин со слезами держат тела погибших, спасатели тушат горящие машины, торгово-производственные точки с обгоревшими входами и разрушенные.

Все проинтервьюированные свидетели утверждали, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед каким-либо из ударов или в момент удара.[283] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Джиср-эш-Шугур

Примерно в 19:00 14 мая 2019 г. по району Джиср-эш-Шугура было два попадания: по начальной школе Абдул Рахман Насир и по перекрестку между несколькими продуктовыми рынками. Был период Рамадана, поэтому на рынках было многолюдно, жители покупали продукты для ифтара.[284] В результате погибли по меньшей мере 8 и были ранены еще восемь гражданских лиц.[285] По словам местного журналиста Хади Харрата, прибывшего, как он рассказал, на место сразу после удара, как минимум четверть торговых точек на рынках были повреждены или уничтожены.[286] На спутниковом снимке, сделанном через 12 дней, видны обширные завалы вдоль улиц в этом районе, характерные для разрушений или повреждений городской застройки.

Мы изучили 11 фотографий и 3 видео, которые были размещены в Facebook и на YouTube 14 и 15 мая 2019 г.[287] В кадре тяжелораненый или мертвый человек лежит на мостовой у прилавков в луже крови, торговые точки с разрушенными входами и разбитые прилавки, спасатели тушат пожары.

Хади Харрат заявил, что ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[288] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Мааррет-эн-Нууман

Human Rights Watch задокументировала удары по двум функционировавшим на середину 2019 г. продуктовым рынкам в Мааррет-эн-Нуумане (один обычный, один оптовый), а также по торговой площадке с прилавками для торговли овощами и закусками. В результате этих ударов погибли по меньшей мере 56 и были ранены по меньшей мере 78 гражданских лиц.

Центральный рынок

Около 11:00 3 июня 2019 г., в последний день Рамадана, неустановленный самолет поочередно сбросил четыре боеприпаса на пристройку центрального рынка Мааррет-эн-Нуумана.[289] В тот день на рынке было особенно многолюдно, поскольку люди делали закупки к Ид-аль-Фитру.[290] Обейда Зикра, старший бригады СГО в Мааррет-эн-Нуумане, рассказал, что два боеприпаса разорвались на крыше, два – внутри рынка. По его словам, когда он прибыл на место, там горел один из прилавков, на земле было много раненых.[291]

3 июня 2019 г. неустановленный самолет поочередно сбросил четыре боеприпаса, попавших по пристройке центрального рынка Мааррет-эн-Нуумана. © 2019 Syrian Civil Defense

Мы изучили два видео, которые были размещены на YouTube 3 июня 2019 г., и 12 фотографий, предоставленных нам напрямую спасателями СГО.[292]

В кадре повреждения по меньшей мере 15 прилавков и входов в торговые точки, завалы на улице, искореженные мотоциклы, на носилках несут к машине скорой помощи мужчину, у которого, как представляется, оторвало правую ногу, тяжелораненый или мертвый мужчина, двое раненых в глубине машины скорой помощи.

В силу отсутствия доступных спутниковых снимков, относящихся к этому периоду, нам не удалось провести проверку масштабов разрушений в районе рынка.

Обейда Зикра заявил, что ему ничего не было известно о каких-либо военных целях, находившихся поблизости перед ударом или в момент удара.[293] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Это видео иллюстрирует, как Human Rights Watch определяла геолокацию удара по рынку в Мааррет-эн-Нуумане 3 июня 2019 г. Видео © 2019 Macro Media Center. Спутниковые снимки © 2020 Maxar Technologies. Источник: Google Earth

 

Торговая площадка

Между 08:00 и 08:30 22 июля 2019 г. в результате удара пострадала небольшая торговая площадка в 370-400 метрах от центрального рынка, где находились прилавки с овощами и едой.[294] Водитель СГО Мухаммад Харири рассказал, что прибыл на своей машине скорой помощи на место, чтобы отвезти в больницу пять человек, которые были до того ранены в результате попадания другого боеприпаса по четырехэтажному многоквартирному дому рядом с рынком.[295] По его словам, когда он отъезжал, то услышал новый взрыв. На месте оставались двое спасателей СГО, один из них, Махмуд Зикра, рассказал, что через восемь минут после первого попадания было второе, в результате которого произошло обрушение двух трехэтажных зданий. Его напарник Амир аль-Буни погиб.[296] По словам Махмуда Зикры, сам он получил осколочные ранения руки и спины.[297]

Старший бригады СГО Обейда Зикра, прибывший со второй группой, рассказал Human Rights Watch: «Повсюду трупы: женщины, куски детей». Спасатели в течение суток вытаскивали людей из-под завалов. По словам Обейды Зикры, удалось опознать 39 из 43 погибших, раненых было как минимум 75.[298] «Помню мальчика, которого убило, когда он нес в руках овощи, - рассказал Мухаммад Харири. – Они у него так и остались в оторванных руках». По словам Обейды Зикры, в то утро удары наносились по всему городу.[299]

Рассказывает Джихад Таджини, у которого была на паях с братом пекарня рядом с рынком:

Я услышал взрыв и побежал в пекарню. Слышу – брат кричит под завалами. Я стал во весь голос спасателей звать на помощь, но никто не появился. Через десять минут еще один раз попало, прямо у самой пекарни, и я бегом прятаться в соседнюю лавку. Когда вышел – понял, что брат уже мертвый под завалом. У него сын, 13 лет, того тоже ранило. Теперь на мне пятеро детей от брата остались. Четыре тысячи долларов потратил, чтобы отстроиться заново [пекарню], но не закончил, пришлось уходить из Мааррет-эн-Нуумана, потому что сирийская армия на подходе была.[300]

По словам Таджини, в течение примерно недели после удара торговля стояла, потому что люди боялись ходить на рынок.[301]

В докладе созданной ООН Независимой международной комиссии по расследованию событий в Сирии за период июля 2019 г. – января 2020 г. указано, что в результате этого удара погибли по меньшей мере 43 гражданских лица, включая трех девочек и мальчика, и по меньшей мере 109 были ранены, в том числе 18 детей и 15 женщин. Отмечается, что «большинство пострадавших получили тяжелые травмы, некоторых привозили в больницу [уже мертвыми] с оторванной головой, [других] сильно обожженными или с отсутствующими конечностями». И далее:

Свидетельства очевидцев подтверждаются оповещениями об опасности и сообщениями лиц, следящих за полетами, которые указывают на то, что по меньшей мере два российских самолета вылетели с авиабазы Хмеймим 22 июля около 08:30 и находились в небе поблизости от района поражения на момент удара. Комиссией также получены записи перехвата переговоров летчиков на русском языке в период между 07:40 и 09:59. Эти записи подтверждают, что между 08:17 и 08:35 два российских самолета действовали в воздушном пространстве Идлиба и сообщали о результатах нанесения неоднократных авиационных ударов в этой провинции.[302]
29 июля 2019 г. российские военные опровергли причастность к удару по торговой площадке 22 июля 2019 г., представив снимки соседнего непострадавшего оптового продуктового рынка. Спутниковый снимок 23 сентября 2019 г. (c) 2020 Maxar Technologies. Источник: Google Earth. Внизу слева: Минобороны РФ, https://syria.mil.ru/war-on-terror_en/info/news/more.htm?id=12243385@egNews under a Creative Commons Attribution License 4.0 International

На брифинге в Москве 29 июля 2019 г. начальник Главного оперативного управления Генштаба ВС РФ генерал-полковник Сергей Рудской заявил, что «российская авиация в данном районе 22 июля не применялась и там не летала» и что по состоянию на 24 и 26 июля рынок, названный им Аль-Халь, «совершенно цел и функционирует в обычном режиме».[303] В подтверждение он привел данные аэрофотосъемки с БПЛА и российского спутника, однако это были снимки оптового продуктового рынка в Мааррет-эн-Нуумане, в 350 м юго-восточнее того места, которое пострадало 22 июля. Оптовый рынок сам пострадает от удара, но это будет позднее – 2 декабря 2019 г.

Подобные контраргументы уже использовались российской стороной, когда Сергей Рудской в 2016 г. утверждал, что больница Ас-Сахур в Алеппо на самом деле не пострадала,[304] хотя собранные нами рассказы очевидцев, спутниковые снимки и видео убедительно свидетельствовали об обратном.[305]

Мы изучили 10 видео и 34 фотографии с места поражения, которые были размещены 22 и 23 июля 2019 г. на YouTube, в Fасеbook и на различных сирийских новостных сайтах.[306] В одном из видео, размещенном на YouTube журналистом Хади аль-Абдаллой, приводится аэрофотосъемка повреждений трех зданий и обширных завалов на улице.[307] В кадре других визуальных материалов тела вытаскивают из-под завалов, раненых несут в машины скорой помощи, среди них двое детей. Заметны сильные повреждения тех же трех зданий, разбитые прилавки, поврежденные входы в торговые точки, искореженные машины.

Спутниковые снимки подтверждают место и время удара, ограничивая время интервалом между вечером 21 июля и 09:51 22 июля 2019 г. На снимках различимы несколько очагов поражения и множество поврежденных зданий севернее и южнее дороги. Примерно семь зданий, в том числе многоэтажных, получили сильные повреждения, одно многоэтажное здание полностью обрушилось.

Все проинтервьюированные свидетели утверждали, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[308] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

202010mena_syria_idlib_site 2_before_ru 202010mena_syria_idlib_site 2_after_ru

До 21 июля 2019 г.: Спутниковый снимок 21 июля 2019 г. 09:51 – нет повреждений в районе торговой площадки и жилой застройки в Мааррет-эн-Нуумане (в центре) © 2020 Planet Labs После 22 июля 2019 г.: Спутниковый снимок 22 июля 2019 г. 09:51 – повреждения в результате удара днем ранее. © 2020 Planet Labs

Оптовый продуктовый рынок

В результате попадания двух боеприпасов по оптовому продуктовому рынку в юго-западной части Мааррет-эн-Нуумана около 10:00 2 декабря 2019 г. погибли 13 гражданских лиц, и по меньшей мере трое детей были ранены.[309] Карим Камура, который находился в тот момент на рынке, рассказал, что оба попадания пришлись в непосредственной близости от его торговой точки: «На рынке было оживленно, утреннее время. Когда прилетело, я залез под стол, скоро пошел запах от горящих тел. Когда вылез – увидел на земле разорванные на куски трупы». По его словам, в результате удара было уничтожено 47 торговых точек, ему пришлось потратить на ремонт своей точки 3 тыс. долларов и шесть дней.

Мы изучили 25 видео, которые были размещены на YouTube 2 – 5 декабря 2019 г.[310] В кадре спасатели несут тела трех человек, разрушенные торговые точки, искореженные машины. На спутниковых снимках от 19 декабря 2019 г. видны повреждения торговых точек, преимущественно – в районе южного въезда на рынок.

Карим Камура заявил, что ему ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[311] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Незаконные нападения на жилища и другие жилые объекты

В Идлибе часть гражданского населения из числа вынужденных переселенцев живет в различных местах размещения, которые включают стадионы и школы. Human Rights Watch задокументировала десять ударов по жилым районам и лагерям вынужденных переселенцев в Арихе, собственно Идлибе, Мааррет-эн-Нуумане и Мааррет-Мисрине, а также в четырех лагерях вынужденных переселенцев в районе населенных пунктов Эд-Дана, Хас и Сармада. В пяти случаях имели место прямые попадания по жилым домам или палаткам, где жили вынужденные переселенцы. Еще в трех случаях жилища пострадали от попаданий поблизости. В результате этих десяти ударов по меньшей мере 91 человек из числа гражданских лиц погиб и по меньшей мере 221 был ранен.

Ариха

Жилые дома рядом со школой Банат Ариха

Около 13:00 27 мая 2019 г. мощный боеприпас разорвался в жилом районе Арихи напротив школы для девочек Банат Ариха (925 детей с 1 по 9 класс, персонал – 40 человек).[312]

Старший бригады СГО в Арихе Тофик Каттан рассказал,[313] что, прибыв на место, обнаружил, что в результате попадания были полностью разрушены как минимум два четырехэтажных здания в 50 м от школы: «Когда мы приехали, то увидели масштаб разрушений. Много и страшно».[314]

По словам одного из школьных работников, в школе на момент удара уже не было учеников, так что никто не пострадал. Она сообщила, что взрывом повредило окна, двери и стены, и на несколько дней занятия отменили: нужно было привести все в порядок и убедиться, что новых ударов не будет.[315]

Фадиль Фахам на момент интервью работал водителем передвижного медицинского комплекса Союза медицинских и гуманитарных организаций (Union of Medical Care and Relief Organizations). Он жил на первом этаже одного из разрушенных попаданием зданий, но в тот момент его дома не было. В результате удара погибли его мать и четверо детей, в живых остались только жена и один ребенок.[316] Когда он узнал о случившемся, то решил, что удар наносился по соседнему электрическому генератору, однако на месте выяснилось, что попаданием был уничтожен его собственный дом. Всего погибли по меньшей мере 13 гражданских лиц и был ранен по меньшей мере 21 человек.[317]

Мы изучили 7 видео и 30 фотографий, которые были размещены в Facebook, Twitter и на YouTube 27 мая 2019 г., одну фотографию, размещенную в Facebook 28 мая 2019 г., и 5 фотографий, предоставленных нам напрямую спасателями СГО.[318]

В кадре четверо раненых взрослых, трое раненых детей, погибшего или тяжелораненого несут на носилках, двух детей достают из здания с помощью стрелы экскаватора: один живой, другой без сознания или мертвый. Множество людей помогают спасателям эвакуировать раненых и разбирать завалы.

Имеющиеся спутниковые снимки подтверждают нанесение удара между 26 и 29 мая 2019 г. На снимках после удара видны разрушения по меньшей мере трех многоэтажных зданий: одно полностью обрушилось, два других серьезно пострадали, на крышах различимы места попаданий.

Все проинтервьюированные нами свидетели заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[319] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Идлиб

Район стадиона

11 января 2020 г. был нанесен удар по так называемому «району стадиона» в Идлибе (рядом находится муниципальный футбольный стадион).[320] На стадионе было поставлено около 100 палаток для вынужденных переселенцев.[321] В СГО сообщили, что было два попадания: в 11:00 и 11:30, в результате которых погибли 8 и были ранены 39 гражданских лиц.[322]

Владелец лавки примерно в 150 м от стадиона Раад Утман рассказал, что в момент попадания первого боеприпаса по дороге примерно в 8 метрах южнее стоял с тремя сыновьями у входа. В очаге поражения находились две машины такси и пикап.[323]

Осколком боеприпаса старшему сыну Утмана – 21-летнему Мухаммаду оторвало голову. Младшие сыновья получили осколочные ранения: один – в живот и ногу, другой – в ногу. Сам Утман получил легкие ранения в области живота. Погибли также двое детей на улице: 10-летний мальчик и его 6-летняя сестра, которую смертельно ранило в глаз. Сгорело все, что было в лавке Утмана, и его машина.[324]

Идлибский адвокат, который жил в 200 м от стадиона, рассказал, что в момент удара его знакомый с сыном, только что вернувшимся из школы, стояли в дверях жилого дома. 15-летний Аднан Лабабиби погиб.[325]

Второе попадание пришлось западнее лавки Утмана, рядом с четырехэтажным жилым домом. Погибли находившиеся внутри женщина с тремя детьми, в доме выбило окна и двери, были повреждены внешние стены.[326]

Мы изучили 12 видео и 5 фотографий, которые были размещены на YouTube и на Facebook-странице СГО сразу после удара.[327] В общей сложности в кадре четверо раненых детей, двое раненых взрослых, из сгоревшей машины достают труп. Видны также две искореженные машины, большая воронка на проезжей части и пострадавшая торговая точка.[328] На некоторых видео раненых и погибших несут в машины скорой помощи, а также люди в больнице, в том числе дети, пожилая женщина, мужчина с рассечениями мягких тканей лица.

Все проинтервьюированные нами свидетели заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях на территории стадиона или поблизости перед ударом или в момент удара.[329] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Южная окраина

В результате попадания боеприпаса 3 марта 2020 г. между двумя недостроенными жилыми домами на южной окраине Идлиба, где жили десятки семей вынужденных переселенцев, погибли 9 гражданских лиц, 21 человек был ранен.[330] Старший бригады СГО Хосам Корани рассказал, что, прибыв на место, увидел нескольких детей, которые лежали на улице с множественными осколочными ранениями, а также пострадавшие здания и машины.

Мы изучили видео на сайте Orient News и 11 фотографий, которые были размещены в Facebook утром 3 марта. В кадре спасатели СГО и гражданские лица рассматривают обширную воронку примерно посередине улицы, застроенной по обеим сторонам высокими многоквартирными домами (по меньшей мере часть из них выглядят незавершенными), искореженные по обеим сторонам, несколько машин скорой помощи.[331] На видео одного раненого или мертвого ребенка несут в машину скорой помощи Violet; одного раненого или погибшего мужчину несут в машину, вокруг толпится около 50 человек.[332]

Хосам Корани заявил, что ему ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или на момент удара.[333] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Мааррет-эн-Нууман

Жилой дом на Асси-роуд

30 декабря 2019 г. в результате попадания друг за другом двух бочковых бомб по двухэтажному жилому дому на Асси-роуд в северо-западной части Мааррет-эн-Нуумана погибли рабочий и его полуторагодовалый ребенок. Старший бригады СГО в Мааррет-эн-Нуумане Обейда Зикра рассказал, что их попросили предоставить машину семье, которая хотела уехать севернее – подальше от боев. Удар был нанесен в тот момент, когда Зикра с двумя спасателями из его бригады парковались со своей машиной и машиной, которую они пригнали для уезжавшей семьи.[334] Мы изучили видео, размещенное на Facebook-странице СГО Идлиба, чтобы проверить характерные особенности местности. На этом видео также есть кадры с мертвым младенцем.[335]

На спутниковых снимках, сделанных утром 30 декабря 2019 г., признаки разрушений отсутствуют, однако на снимке от 4 января 2020 г. видно полное обрушение жилого дома.

Обейда Зикра заявил, что у него нет оснований считать главу пострадавшей семьи участником какой-либо вооруженной группировки и что ему ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[336] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Мааррет-Мисрин

Начальная школа Муниб Камиша

Данный эпизод рассматривается в докладе в контексте трех ситуаций: нападения на медучреждения, нападения на места размещения вынужденных переселенцев и нападения на школы.

На момент попадания 25 февраля 2020 г. по двору начальной школы Муниб Камиша в 10 ее классных комнатах размещалось по меньшей мере 12 семей вынужденных переселенцев (всего около 60 человек).[337] В результате удара погибли несколько гражданских лиц из числа вынужденных переселенцев, школьное здание сильно пострадало.[338] По словам школьного работника, все оставшиеся в живых вынужденные переселенцы, бросив вещи, немедленно бежали из школы.

Птицефабрика

В результате по меньшей мере пяти попаданий по птицефабрике на рассвете 5 марта 2020 г. погибли как минимум 15 и были ранены как минимум 19 гражданских лиц, которые жили на территории.[339] Птицефабрика располагалась на западной окраине Мааррет-Мисрина и состояла из двух ангаров с птицей, двухэтажного жилого здания и нескольких небольших построек. На территории, в том числе в палатках, жили 14 семей вынужденных переселенцев.[340]

57-летний вынужденный переселенец и его 26-летний сын рассказали, что перебрались в Мааррет-Мисрин за семь месяцев до того и вместе с еще пятью родственниками обосновались в небольшом доме примерно в 50 м от фабрики. По их словам, в 02:05 5 марта их разбудил первый разрыв в нескольких десятках метров от дома. Сын рассказал, что получил от наблюдателей Sentry Syria, которые отслеживают присутствие авиации в воздухе, Telegram-оповещение о возможном повторном ударе: «В этот момент мы выскочили на улицу».[341]

В Telegram-канале Sentry Syria за период 02:00 – 02:30 5 марта содержатся неоднократные оповещения о присутствии в воздухе российского самолета. В докладе Независимой международной комиссии по расследованию событий в Сирии от июля 2020 г. говорится о том, что «имеются разумные основания полагать», что удар был нанесен российской авиацией.[342] Сын вынужденного переселенца рассказал, что перевез семью примерно на 700 м подальше, а когда вернулся, то обнаружил, что большинство построек на территории птицефабрики полностью разрушенными, включая основное здание:

Под завалами увидел женщину с мужем и дочкой, ей лет шесть было. Муж рукой махал, звал на помощь… Я девочку откопал, посадил ее на землю на матрас, пока мы скорую ждали. Вдруг самолет на нас как будто полный боекомплект сбросил. Сильный взрыв, меня бросило на землю, пошевелиться не мог. Вся одежда в клочья. В конце концов кое-как встал, голова в ожогах, одно ухо не слышит.[343]

По словам этого человека, то место, где сидела девочка, разметало взрывом, а девочка погибла. Прибывшие на место спасатели СГО забрали в больницу семерых раненых.[344] Оставшиеся с другими ранеными спасатели вместе с ними попали под очередной удар, в результате которого еще несколько раненых погибли.

Мы изучили 7 видео и 12 фотографий, в том числе с дронов, которые были размещены на YouTube, в Facebook и на сайтах Би-би-си и The Independent.[345] В кадре разрушенные ангары и два соседних строения, спасатели СГО с помощью техники вытаскивают людей из-под завалов, накрытое тело на полу, тела двух человек несут на носиках, мертвый ребенок, искореженные машины и то, что осталось от детских игрушек. На сайте Би-би-си есть видеокадры из больницы, куда привезли часть раненых, в том числе дети разного возраста, включая грудных.[346]

В результате практически все семьи с птицефабрики во второй раз стали вынужденными переселенцами. Осталась только семья 57-летнего мужчины:

В некоторых семьях никого в живых не осталось. В других – один – два человека, которые уехали. И другие уехали, кто без крова остался. Только мы остались, потому что место тут неподалеку нашли. Не могу сказать, что по своей воле, просто нам уже больше некуда идти… Страшно одним оставаться.[347]

Все проинтервьюированные нами свидетели заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[348] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Незаконные нападения на лагеря вынужденных переселенцев

Часть вынужденных переселенцев в провинции Идлиб размещается в лагерях. По данным Управления ООН по координации гуманитарных вопросов (УКГВ), на начало сирийско-российского наступления весной 2019 г. только в районе Идлиба скопилось 1,3 млн вынужденных переселенцев.[349] Некоторые лагеря подверглись ударам сирийско-российских сил.

© Частное видео

 

Лагерь вынужденных переселенцев на окраине Хаса

Свидетели, видевшие в небе самолет непосредственно перед ударом, сообщили о сбросе бомбы примерно в 19:30 16 августа 2019 г. на поселок вынужденных переселенцев, оборудованный местной гуманитарной организацией на окраине Хаса примерно в 35 км южнее Идлиба.[350] В результате, по словам администратора лагеря, погибли 20 гражданских лиц, 52 человека были ранены. Бомба упала на площадку между жилыми постройками и торговыми точками. По вечерам там обычно собирались десятки семей, на момент удара, как говорят свидетели, там находилось от 20 до 30 человек.[351]

16 августа 2019 г. в результате попадания авиабомбы по лагерю вынужденных переселенцев, оборудованному местной гуманитарной организацией на окраине Хаса, 20 гражданских лиц погибли, 52 были ранены.  © 2019 MacroMedia Center

На спутниковом снимке, сделанном 21 августа 2019 г., видны многочисленные следы удара, картина которых соответствует фотографиям, сделанным на месте 16 августа.[352] На спутниковом снимке также большая воронка и повреждения множества жилых и коммерческих построек в северной части лагеря, что соответствует рассказам свидетелей.

Мы изучили еще 21 фотографию и 4 видео, которые были предоставлены нам оператором напрямую (часть из них размещены в Facebook). В кадре сильные повреждения в лагере, раненые и погибшие. Картина соответствует рассказам свидетелей.

Все проинтервьюированные нами свидетели заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[353] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Спутниковые снимки от 21 августа 2019 г. © 2020 Maxar Technologies. Источник: EUSI. Фотографии © 2019 MacroMedia Center.

Лагерь вынужденных переселенцев Саад бен Аби Вакас

Вечером 14 февраля 2020 г. под обстрел артиллерии попала территория вокруг стихийного лагеря вынужденных переселенцев Саад бен Аби Вакас, известного как Ахель ар-Руфа и расположенного в поле у восточной окраины Сармады. В лагере изначально было около 75 палаток с семьями вынужденных переселенцев, большинство которых прибыли не позднее мая 2019 г. из Алеппо, Хамы и Идлиба.[354] По словам жителя лагеря, находившегося там с начала февраля 2019 г., за две недели до удара он наблюдал появление сотен новых семей, которые ставили палатки.[355]

В результате попадания около 19:00 7 или 8 снарядов, в том числе двух – по самому лагерю, погибли как минимум две женщины.[356] Житель лагеря наблюдал прямое попадание по одной из палаток, в результате чего она загорелась.[357]

Спасатель СГО Мунир Мустафа рассказал, что среди вынужденных переселенцев возникла паника: «Они стали разбирать палатки, чтобы перебраться в другое место. Боялись новых обстрелов. По лицам видно, что люди напуганы. Мы помогли им с переселением, потому что знаем, одним разом обычно не ограничиваются».[358]

По словам того же спасателя, когда он 17 февраля снова оказался в лагере, то оттуда ушли уже более 80% семей. Журналист Мухаммед Фейсал сообщил, что большинство вынужденных переселенцев направились в сторону Африна, Джераблуса и Азаза, которые контролировались протурецкими силами.[359]

Мы изучили 4 видео, снятых вечером 14 февраля 2020 г., и 2 фотографии последствий попадания по палатке.[360] На аэрофотосъемке Smart News Agency сняты район палатки и окружающая местность.[361] В кадре видео то, что осталось от палатки, и небольшая, но глубокая воронка в центре того места, где она стояла.[362] Кадры видео соответствуют фотографиям Smart News Agency.

Спутниковый снимок от 26 февраля 2020 г. подтверждает, что в лагере осталось не более 20% палаток от того, что было в ноябре 2019 г.

Все проинтервьюированные нами свидетели заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[363] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Около 13:00 14 февраля предупреждение о том, что вынужденным переселенцам лучше покинуть лагеря в этом районе (без указания причин) разместил на своей странице в Facebook Омар Рахмун – человек, имеющий связи с правительственной стороной и известный своим участием в переговорах о локальных прекращениях огня и так называемых «соглашениях о примирении» между правительством и вооруженной оппозицией.[364] В СГО считают, что это свидетельствует о наличии у правительственных сил планов обстрела этого и других лагерей.[365]

Лагерь вынужденных переселенцев Мутхана

15 февраля 2020 г. два артиллерийских снаряда разорвались в центре стихийного лагеря вынужденных переселенцев Мутхана, также восточнее Сармады.[366] В лагере было около 200 палаток, большинство семей прибыли не позднее ноября 2019 г. Двое спасателей СГО, прибывших на место, рассказали, что в результате попаданий загорелись четыре палатки, погиб мужчина, трое мужчин и женщина были ранены (все – вынужденные переселенцы).[367]

После удара семьи, которые имели средства на аренду жилья, стали покидать лагерь. Оставались те, у кого не было достаточно денег.[368]

Мы не смогли найти видео или фотографии, которые прямо относились бы к данному эпизоду. 16 февраля 2020 г. в Facebook и на YouTube были размещены видео, снятые журналистами Мухаммедом Фейсалом и Мухаммедом Белаасом:[369] в кадре люди разбирают палатки, по меньшей мере 10 машин готовятся к отъезду из лагеря. Достоверно установить место, где были сняты эти видео, Human Rights Watch не удалось.[370]

Двое спасателей СГО заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[371] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Лагерь вынужденных переселенцев Сарут

Вечером 19 февраля 2020 г. два артиллерийских снаряда разорвались в районе стихийного лагеря вынужденных переселенцев Сарут у Эд-Даны примерно в 35 км к северо-востоку от Идлиба. На тот момент в лагере было около 300 палаток, большинство семей прибыли из Хан-Шейхуна, Саракиба и других мест.[372]

Старший СГО в соседнем населенном пункте Дейр-Хашан Мухаммед Джарра рассказал, что примерно в 23:00 услышал два громких взрыва.[373] Прибыв в лагерь с несколькими спасателями, он увидел, что один снаряд разорвался на территории лагеря. Спасатели обнаружили в одной из палаток женщину с осколочным ранением в живот, легкие ранения получили по меньшей мере еще два вынужденных переселенца. После обстрела лагерь был покинут.[374]

Спутниковые снимки этой местности, сделанные 26 февраля и 8 марта 2020 г. (предоставлены свидетелями), подтверждают наличие палаточного лагеря.[375] Точное место удара нам установить не удалось из-за отсутствия спутниковых снимков, относящихся к периоду сразу после 19 февраля.

Мухаммед Джарра и Мухаммед Фейсал заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара. На изученных нами спутниковых снимках признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют, однако примерно в полутора километрах располагался недавно оборудованный военный объект (см. раздел «Общие сведения»).

Незаконные нападения на школы

В результате исследованных Human Rights Watch 11 ударов пострадали 9 школ и дошкольное учреждение. Все они на момент ударов функционировали. Нападению подверглась также одна школа, которая не функционировала, но оставалась гражданским объектом. В шести случаях имели место прямые попадания по школам. Школы находились в Арихе, Идлибе, Джиср-эш-Шугуре, Мааррет-эн-Нуумане и Мааррет-Мисрине. В результате ударов погибли по меньшей мере 41 гражданских лиц и по меньшей мере 127 человек были ранены. В трех случаях применялись кассетные боеприпасы.

В результате трех ударов образовательные учреждения прекратили работу окончательно, в результате четырех – временно, на срок от одного дня до месяца. По нашим оценкам, основанным на списочной численности учащихся, по меньшей мере 3 735 детей были на время или постоянно лишены доступа к образованию.

Нами получены заслуживающие доверия сообщения по меньшей мере о еще шести ударах по другим школам в провинции Идлиб в рассматриваемый период, в том числе по семи школам, которые пострадали 25 февраля 2020 г.[376]

Ариха

Детский сад Муслим Кир, начальная и средняя школы Халид Башир Халабия и Омар бен Абдул Азиз

Около 13:00 5 января 2020 г. по району Эн-Накиб в Арихе попало шесть ракет.[377] Одно попадание пришлось рядом с мечетью Аль-Хадид, другое – по верхнему этажу четырехэтажного здания, на первом этаже которого размещался детский сад Муслим Кир, еще два – по жилым домам рядом с двумя школами: Халид Башир Халабия и Омар бен Абдул Азиз (также известна как Мухадата). Ученики этих школ были эвакуированы за считанные минуты до ударов. Два попадания пришлись вблизи шоссе М-4. В результате ударов погибли 13 гражданских лиц и были ранены 25, были разрушены четыре жилых дома, в том числе тот, на первом этаже которого размещался детский сад.[378]

В результате попаданий пострадали трехэтажные здания двух школ. Во дворе школы Халид Башир Халабия (1-4 классы, 445 учащихся) нашли хвостовую часть ракеты, взрывом выбило окна и часть дверей.[379] По словам школьного работника, они эвакуировали детей за несколько минут до удара, получив оповещение о появлении авиации:

Когда я их выводила, они все кричали от страха. А я ведь такая же беспомощная, как и они. Что я могла для них сделать? Смотрю на них, понимаю, что могу только успокаивать, говорить, что не нужно бояться, нужно молиться, и скоро все кончится. У меня у самой двое детей в эту школу ходят.[380]

После удара школу на пять дней закрыли на ремонт.[381]

Школа Халид Башир Халабия имеет общую внешнюю стену со школой Омар бен Абдул Азиз (5-9 классы). Школьный работник второй школы рассказал, что 335 учеников отправили домой непосредственно перед ударом. По его словам, серьезно пострадали окна, двери и внешняя ограда, и ему пришлось срочно устранять повреждения, чтобы успеть до промежуточных экзаменов, которые начинались через пять дней.[382]

Мы изучили 5 фотографий, полученных напрямую от спасателей СГО, и 11 видео, которые были размещены на YouTube и в Facebook 5 января 2020 г.[383] В кадре по меньшей мере восемь тел, а также повреждения, полученные школой Омар бен Абдул Азиз и другими зданиями в Арихе: спасатель держит на руках мертвого ребенка, мертвый или тяжелораненый ребенок, мертвый мужчина на носилках на улице, рядом еще семь трупов в белых мешках, двух раненых несут на носилках в машины скорой помощи.

Можно также видеть четыре искореженные машины, два разбитых мотоцикла и уничтоженный грузовой тягач без прицепа рядом с большой воронкой в земле примерно в 30 м от шоссе М-4; по меньшей мере 10 разрушенных входов в торговые точки, повреждения домов и проезжей части, две воронки на шоссе, мертвая корова. На видео, которое было размещено на YouTube журналистом Ахмадом Рахалом, сняты повреждения внешней стены обеих школ и обломки на школьном дворе.[384]

На спутниковом снимке, сделанном 11 января 2020 г. видны развалины полностью разрушенного здания в 20 м восточнее внешней стены школы Омар бен Абдул Азиз. Можно видеть также дугой очаг поражения – в 14 м восточнее развалин.

Все проинтервьюированные нами свидетели заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[385] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Удар в районе начальной школы Омар бен Абдул Азиз в Арихе 5 января 2020 г. Спутниковый снимок 3 февраля 2020 г. © 2020 Maxar Technologies. Источник: EUSI. Внизу слева: © 2020 Orient News. Внизу справа: © 2020 Arab 24 News Agency

Идлиб

Human Rights Watch задокументировала попадания кассетных боеприпасов по двум школам в Идлибе 25 февраля 2020 г.

Школы Браам и Халид Шаар

В 08:30 25 февраля 2020 г. в результате попадания кассетного боеприпаса по двору средней школы Браам и разрыва нескольких суббоеприпасов трое учителей погибли и шесть были ранены. Ранее эта школа для мальчиков называлась Таха Гариб, на момент удара там насчитывалось 1200 учеников и 40 учителей. За 15 минут до удара, вскоре после начала занятий, директор школы Мухаммед Амур решил отправить всех учеников по домам из-за сильного обстрела. Мухаммед Амур рассказал, что в момент попадания он и примерно 10 учителей, проводив детей, стояли во дворе у школьных ворот. Сама школа в результате удара получила незначительные повреждения, и на несколько дней занятия были отменены.[386]

Также в 08:30 другой кассетный боеприпас попал по начальной школе Халид Шаар в 400 м от школы Браам.[387] В школе насчитывалось 218 учеников, но 25 февраля она была закрыта из-за сильного обстрела накануне. В результате удара школьный двор получил незначительные повреждения, и через несколько дней занятия возобновились.[388]

После удара 25 февраля 2020 г. саперы СГО нашли во дворе идлибской начальной школы Халид Шаар фрагменты 220-мм реактивных снарядов 9М27К «Ураган» с кассетной головной частью и неразорвавшиеся осколочно-фугасные суббоеприпасы. © 2020 Syrian Civil Defense

По фотографиям, которые были сделаны саперами СГО на территории школ Браам и Халид Шаар, мы идентифицировали фрагменты 220-мм реактивных снарядов 9М27К РСЗО «Ураган» с кассетной головной частью и несколько неразорвавшихся осколочных суббоеприпасов. Минимальная/максимальная дальность стрельбы этих реактивных снарядов составляет 10/35 км, кассетная головная часть содержит 30 суббоеприпасов. Данная РСЗО используется и российскими, и сирийскими силами.

Мы изучили 19 фотографий, сделанных на территории школы Халид Шаар, и 42 фотографии и одно видео из школы Браам, которые были предоставлены нам напрямую спасателями СГО.[389]

На фотографиях из школы Халид Шаар четверо спасателей в защитном снаряжении обходят территорию и останавливаются у фрагмента кассетной головной части реактивного снаряда 9М27К, застрявшего в земле на школьном дворе почти вертикально в нескольких метрах от главного школьного здания. В кадре фотографий и видео из школы Браам фрагменты двух боеприпасов, кровь на земле в непосредственной близости от главного школьного здания, следы от осколков на стенах.

Мухаммед Амур и спасатель, которого мы интервьюировали, заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[390] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Джиср-эш-Шугур

К маю 2019 г. в Джиср-эш-Шугуре было около 25 тыс. жителей, работали два детских сада, 10 начальных школ и две средние школы. Все эти образовательные учреждения в предшествующие годы получали повреждения в результате ударов, которые не относятся к рассматриваемому в докладе периоду. За период с марта 2019 г. по март 2020 г.[391] Human Rights Watch задокументировала удары по трем школам в Джиср-эш-Шугуре.

Средние школы Мамун Хадж Яхья и Валид Шабаан

В результате попадания боеприпаса в 14:15 13 марта 2019 г. по средней школе Мамун Хадж Яхья были разрушены две классные комнаты и потолок в третьей, выбиты окна и двери.[392] На март 2019 г. в школе числилось 228 учеников и 18 учителей, в момент удара в школе никого не было. Рашван ад-Джира, отвечавший в школе за безопасность детей, побывал там сразу после удара. Он рассказал, что им пришлось на три недели закрыться на ремонт.[393]

Занятия возобновились 3 апреля, однако в результате двух попаданий 8 апреля по жилой застройке примерно в 60 м от школы, там выбило двери и окна и ранило 13 находившихся внутри 13 женщин и детей.[394] В июне 2019 г. (во время летних каникул) по школе было еще одно попадание: были разрушены туалеты и повреждены административные помещения.[395] После этого администрация приняла решение не возобновлять занятия в этом здании, а отремонтировать здание, где ранее размещалась средняя школа Валид Шабаан, пострадавшая от ударов в предыдущие годы, и с октября 2019 г. перенести занятия туда.[396]

Масштабы разрушений в изначальном здании школы Мамун Хадж Яхья, которые нам описал школьный работник и которые зафиксированы на предоставленных нам фотографиях, соответствуют тому, что наблюдается на спутниковых снимках.

После удара 3 марта 2020 г. во дворе средней школы Валид Шабан в Джиср-эш-Шугуре саперы СГО нашли фрагменты 300-мм реактивного снаряда 9М55К «Смерч» с кассетной головной частью и неразорвавшийся осколочно-фугасный суббоеприпас 9Н235 © 2020 Syrian Civil Defense

Ночью 3 марта 2020 г. массированным ударам артиллерии и авиации подвергался район, в котором ранее располагалась средняя школа Валид Шабаан и куда к тому времени переселилась средняя школа Мамун Хадж Яхья.[397] На следующее утро ученики и персонал школы нашли во дворе неразорвавшийся суббоеприпас, и директор Халид Тиркави вызвал СГО.[398] Саперы СГО обезвредили суббоеприпас, никто не пострадал.[399]

Мы изучили 17 фотографий и одно видео, которые были предоставлены нам спасателями СГО, и сопоставили их с более ранними снимками школы.[400] В кадре двое спасателей устанавливают рядом с суббоеприпасом красные предупреждающие таблички, обкладывают его мешками с песком и готовятся обезвредить его на месте.

По снимкам саперов СГО мы идентифицировали фрагменты 300-мм реактивного снаряда 9М55К РСЗО «Смерч» с кассетной головной частью и неразорвавшийся осколочный суббоеприпас 9Н235.[401] Минимальная/максимальная дальность этого реактивного снаряда составляет 20/70 км, головная часть содержит 72 осколочных суббоеприпаса. Данная РСЗО используется и российскими и сирийскими силами.

Все проинтервьюированные нами свидетели заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударами или в момент ударов.[402] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Начальная школа Абдул Рахман Насир

В 19:00 14 мая 2019 г. два боеприпаса попали по району, где располагалась начальная школа для девочек Абдул Рахман Насир: одно попадание пришлось по школьному двору, другое – по соседнему рынку.[403] В школе было 182 ученицы и 17 учителей, в 2017 г. она и соседняя мечеть дважды подвергались авиаударам.[404]

«В школе никого не ранило, потому что поздно, уже никого не было, но пострадало так много классов, что мы потом так и не открылись», - рассказал директор школы Ислах Иса.[405]

На спутниковом снимке, сделанном через 12 дней после удара, видны развалины в районе школы и вдоль улиц в районе рынка.

Мы изучили две фотографии и одно видео, которые были размещены в Facebook и на YouTube 14 и 15 мая 2019 г. В кадре разрушения стены школьного двора и завалы во дворе, а также разрушения на соседнем рынке.[406]

Ислах Иса заявил, что ему ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[407] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

21 сентября 2019 г. начальная школа Абдул Рахман Насир переехала на новое место.[408]

Мааррет-Мисрин

Начальная школа Муниб Камиша

Данный эпизод рассматривается в докладе в контексте трех ситуаций: нападения на медучреждения, нападения на места размещения вынужденных переселенцев и нападения на школы.

Двухэтажная начальная школа Муниб Камиша пострадала от удара около 15:00 25 февраля 2020 г. В тот момент в школе насчитывалось 1200 учеников и 75 учителей, занятия велись в три смены.[409] Школьный работник рассказал, что примерно за полчаса до удара, в середине третьей смены, которая продолжалась с 13:30 до 16:00, детей распустили по домам, поскольку в воздухе появилась авиация.

В результате удара погибли 12 гражданских лиц, преимущественно дети из живших в школе семей вынужденных переселенцев, игравшие на школьном дворе, и были ранены 62, в том числе 15 женщин, 12 мужчин и 35 детей. «Ранения были очень тяжелые, - рассказал главврач соседней больницы Хикмат Хатиб. – Один ребенок сразу умер, ему две ноги оторвало по бедра и одну руку. У кого-то из детей кишечник наружу, все изрешечены осколками. Одному ребенку череп пробило так, что мозг был виден».[410]

Школьный работник рассказал, что осколки разлетелись почти по всем классам и по туалетам, были повреждены некоторые стены, разрушена внешняя стена школьной территории, выбита входная дверь, пробит резервуар для воды:

Во дворе ошметки детей по стенам размазало, у входа кровь… Учителя были насмерть перепуганы, у некоторых нервный срыв был, когда узнали, что кто-то из детей погиб. Все это сильно по психике ударило и ученикам, и учителям… [Через месяц] занятия возобновились, но в школу вернулась только четверть учеников. Остальные так и не вернулись. Родители были слишком напуганы, чтобы их опять в школу отпускать.[411]

Мы изучили два видео, которые были размещены 25 февраля на YouTube-каналах Al Jazeera и Shaam News Network.[412] В кадре большая воронка на школьном дворе, поврежденное здание на территории школы, повреждения внешних стен, дверей и окон школы, кровь на полу и рядом с поврежденной стеной, двух человек грузят в машины скорой помощи (один из них – ребенок с кислородной маской), тело ребенка накрывают на полу в школе, маленькому ребенку и двум взрослым оказывают помощь в больнице.

Другие незаконные нападения на гражданские объекты

Human Rights Watch задокументировала в провинции Идлиб удары по стадиону, по церкви, по тюрьме и по офису неправительственной организации.

Стадион в Джиср-эш-Шугуре

Около 17:00 6 ноября 2019 г. имело место попадание по футбольному стадиону в Джиср-эш-Шугуре.[413] В тот момент там никого не было, поэтому обошлось без жертв, однако, судя по видео на YouTube и по фотографии в Facebook, были уничтожены ворота на южной стороне и несколько скамеек.[414] На спутниковых снимках после удара видны по меньшей мере три очага поражения, что соответствует фотографиям и видео в соцсетях. Один из очагов поражения находится в районе западной ограды стадиона, рядом с местным офисом СГО. В момент удара у входа в офис стояла увеличенная фигура спасателя, которая различима и на спутниковых снимках, и на видео. Вечером 6 ноября 2019 г. на YouTube было размещено видео, которое соответствует спутниковым снимкам с повреждениями офисной стены и ограды.[415]

Проинтервьюированные нами свидетели заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.[416] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Удар по футбольному стадиону в Джиср-эш-Шугуре 6 ноября 2019 г. Спутниковый снимок 13 ноября 2019 г. © 2020 Maxar Technologies. Источник: EUSI. Внизу слева: © 2019 Syrian Civil Defense. Внизу справа: Белая каска рядом с офисом СГО

Греческая православная церковь св. Георгия

В результате удара в 14:00 8 ноября 2019 г. пострадала греческая православная церковь св. Георгия в Джиср-эш-Шугуре.[417] Мы изучили 2 фотографии, полученные от местного журналиста Мустафы аль-Ахмада, и 2 видео, которые были размещены на YouTube 10 и 12 ноября. Видимые в кадре повреждения церковных стен также присутствуют на спутниковых снимках, на которых просматриваются два очага поражения в районе церкви.[418] В результате удара, как сообщил другой местный журналист, были ранены шесть человек, в том числе четверо детей, и частично разрушен как минимум один жилой дом в этом районе.[419] Повреждения жилого дома также подтверждаются спутниковыми снимками.

В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.[420]

Удар в районе церкви св. Георгия в Джиср-эш-Шугуре 8 ноября 2019 г. Спутниковый снимок 13 ноября 2019 г. © 2020 Maxar Technologies. Источник: EUSI. Внизу слева: © 2019 Частное фото, Мустафа аль-Ахмад

Идлибская тюрьма

В результате удара около 16:00 2 декабря 2019 г. пострадало четырехэтажное здание главной функционирующей тюрьмы в районе Идлиба. Она находилась в 3 – 5 км западнее города, на тот момент там было по меньшей мере 2 тыс. заключенных, дежурный персонал – примерно 200 человек.[421] Находившийся в тюрьме в момент удара идлибский адвокат рассказал:

Я был на первом этаже, в кабинете прокурора, представлял клиента. И вдруг – повсюду дым, запах пороха. Я выбежал на улицу, смотрю – такое впечатление, что человек 30 заключенных в побег рванули. Когда выбегал, еще видел женщину на полу с двумя детьми – все мертвые. Она на свидание к мужу приходила.[422]

Информации о раненых среди заключенных и надзорсостава не поступало.[423]

Мы изучили 4 фотографии, которые были размещены онлайн 2 декабря 2019 г. В кадре предположительно пострадавшие, из здания тюрьмы валит дым. На двух фотографиях, которые были размещены в Twitter 2 декабря 2019 г., снято тело взрослой женщины, как можно предполагать – той самой, о которой говорил адвокат, а также тела двух малолетних детей на носилках. Обе фотографии датированы 16:10 и 16:22 2 декабря 2019 г.[424]

После ремонта тюрьма продолжала функционировать до 1 января 2020 г., когда вновь попала под удар.[425] «Я видел шесть прямых попаданий с часу до двух пополудни», - рассказал свидетель. Он не смог сказать, был ли кто-либо убит или ранен. После этого власти закрыли тюрьму, распределив заключенных по другим местам.

Адвокат и свидетель второго удара заявили, что им ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед каким-либо из ударов или в момент удара.[426] В изученных нами визуальных материалах признаки вооружения, военной техники и личного состава вооруженных формирований отсутствуют.

Благотворительная ассоциация «Шам»

В результате удара 22 декабря 2019 г. пострадал офис местной благотворительной организации «Шам», которая помогала в трудоустройстве в Мааррет-эн-Нуумане вдовам, семьям без кормильца и малообеспеченным. По словам руководителя ассоциации, двумя днями ранее она решила закрыть офис из-за сильных артобстрелов, и 22 декабря находилась там одна. В результате взрыва произошло обрушение южной стены здания, были выбиты все окна и двери. У ассоциации не было средств на ремонт, и она свернула работу.[427]

Когда город в январе 2020 г. перешел под контроль сирийских правительственных сил, руководитель ассоциации уехала в район турецкой границы, где на момент подготовки доклада находилась в статусе вынужденного переселенца: «Все семьи, которым мы помогали, остались без средств к существованию. Если бы только мы могли начать все сначала, но у нас нет никакого финансирования».

По ее словам, ей ничего не было известно о каких-либо военных целях поблизости перед ударом или в момент удара.

 

Особо тяжелые последствия для людей с инвалидностью

По всей Сирии процент людей с инвалидностью среди населения существенно выше, чем в других странах.[428] По данным опросов Программы оценки гуманитарных потребностей ООН среди вынужденных переселенцев в Идлибе, в 69% домохозяйств имеется член семьи с инвалидностью, а в целом среди вынужденных переселенцев старше 12 лет инвалидность имеется у 35%. При этом наблюдаются выраженные гендерные различия: среди женщин показатель составляет 42%, среди мужчин – 30%. Доля людей с инвалидностью в этой группе также заметно увеличивается с возрастом: с 22% среди 12-летних до 70% и выше среди лиц старше 60-ти лет.

Из 25 тыс. людей с травмами, обследованных Humanity & Inclusion в 2014 – 2016 гг., 67% получили их непосредственно в связи с конфликтом, из них 53% - вследствие использования в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов. В свою очередь, у 89% последних имелась стойкая или временная физическая инвалидность.[429]

При подготовке этого доклада мы проинтервьюировали одну женщину и двух родителей детей с физической инвалидностью.[430] Все наши собеседники подчеркивали повышенный риск для людей с инвалидностью в период, когда районы их проживания становились зоной боевых действий. Таким людям, особенно маломобильным и имеющим сенсорную инвалидность, крайне трудно покидать привычное окружение и искать убежища от военных нападений. Зачастую в вопросах эвакуации им приходится полагаться только на помощь родственников, если те сами в состоянии ее оказать.

18-летняя Тхара Джифрони происходит из небольшого городка на севере провинции Идлиб. В январе 2015 г. она потеряла ногу в результате взрыва бочковой бомбы.[431] С 2016 г., по ее словам, она пережила десятки авианалетов и артобстрелов, и ни разу не получала никакого предупреждения:

Из-за этого очень сложно спасаться, особенно людям с инвалидностью. Сколько раз я отказывалась уходить из дома при опасности! Мне слишком сложно бежать на костылях, а чтобы меня в машину посадить – для этого несколько человек нужно, и получается, готовая мишень, если авиация. Я не хотела, чтобы из-за меня другие на такой риск шли. Чувствовала, что из-за меня семье большой груз: им приходится самим рисковать, чтобы мне помочь спастись. Но когда я говорю, что дома останусь, они со мной остаются. Самое страшное, это когда налет и знаешь, что можешь кого-то из близких потерять.[432]

По словам Тхары, у ее 20-летнего брата в результате ранения, полученного при авиаударе в начале 2017 г., отказали пальцы на одной руке: «Он раньше как раз и помогал мне: физически, эмоционально и финансово, но теперь он сам инвалид без работы».

Женщина рассказала, что ее 9-летний сын потерял зрение в результате химической атаки в Восточной Гуте в августе 2013 г.[433] Мы интервьюировали ее в Антакье на юге Турции, где они с сыном живут с 2017 г. Она сетовала на то, что сына ни на минуту нельзя оставить без присмотра. В сентябре 2017 г., еще в Сирии, она нашла в Идлибе детский сад для детей с инвалидностью. Но как-то утром, когда она шла с сыном, метрах в 50-ти от детского сада разорвался боеприпас, погибли двое детей и воспитательница. «Вот после этого-то я и решила перебраться в Турцию», - рассказала женщина. По состоянию на март 2020 г. ее сын не получал в Турции никакого образования.

«Ахмед» – отец шестерых детей, у 11-летней дочери расстройство слуха и речи. Он рассказал, что девочка потеряла слух после авиаудара по их селению на западе провинции Идлиб:

Нам трудно ограждать ее от опасности, потому что она не слышит, когда налет. Мы с женой ни на минуту с нее глаз не спускаем, если слышим налет – хватаем ее и прячем. У нее психика нарушена: когда налет и мы начинаем детям кричать, чтобы прятались, она в панику впадает, плачет. Бывает, даже налета нет, что-то дома ее из колеи выбивает – тоже в слезы.[434]

Все трое наших собеседников заявили, что не получали никакой специализированной помощи или других услуг, включая ассистивные устройства. Тхара Джифрони, которая передвигается на костылях, рассказала, что безуспешно пыталась получить протез через несколько организаций.[435] Мать 9-летнего сына сказала, что ребенку нужна пересадка роговицы, но у нее нет денег на операцию.[436] По словам Ахмеда, за последние девять лет его семья уже пять раз меняла место жительства, и из-за этого им трудно обеспечить лечение дочери. На момент интервью они жили в лагере вынужденных переселенцев, и с трудом могли позволить себе раз в месяц отвезти девочку к врачу. По его словам, жизнь в лагере добавила проблем, в том числе потому, что дочери приходится пользоваться общим туалетом. Ахмед также посетовал на то, что поблизости нет никаких возможностей для получения образования детьми с инвалидностью, если не считать занятий раз в неделю с учителями из неправительственной организации.[437]

 

 

Ответственность за нарушения

В этом докладе задокументированы 46 авиационных и артиллерийских ударов сирийско-российских сил за период с марта 2019 г. по март 2020 г., в результате которых пострадали гражданские объекты и гражданская инфраструктура в провинции Идлиб и погибли по меньшей мере 224 гражданских лица. Мы проинтервьюировали свидетелей и изучили спутниковые снимки, а также фотографии и видео с мест поражения и не выявили признаков присутствия поблизости каких-либо военных целей. Международное гуманитарное право запрещает преднамеренные нападения на гражданских лиц и гражданские объекты, а также неизбирательные нападения. Задокументированные Human Rights Watch удары сирийско-российских сил, как представляется, следует квалифицировать как нарушение законов и обычаев войны.

Заявления Дамаска и Москвы о том, что удары наносились исключительно по военным целям, не могут быть признаны убедительными. Сирийское правительство утверждало, что больницы и другие медучреждения использовались вооруженной оппозицией.[438] По итогам изучения 18 ударов, в результате которых пострадали больницы и другие медучреждения, мы не выявили никаких признаков присутствия вооруженных формирований. При этом оказание помощи раненым комбатантам не лишает медучреждения защиты от нападения. Чтобы утратить такую защиту медучреждение должно использоваться для совершения действий, наносящих ущерб неприятелю, но даже в этом случае должно делаться эффективное заблаговременное предупреждение.[439]

Индивидуальная уголовная ответственность за военные преступления наступает в случае совершения серьезных нарушений законов и обычаев войны с преступным умыслом – преднамеренно или заведомо без надлежащих мер предосторожности.[440] Наступление индивидуальной уголовной ответственности также возможно в случае покушения на совершение военного преступления, содействия его совершению, облегчения его совершения, пособничества в его совершении или подстрекательства к его совершению.[441] Командиры могут быть привлечены к уголовной ответственности за планирование военного преступления или побуждение к его совершению.[442]

Командиры и другие начальники несут уголовную ответственность за военные преступления, совершенные их подчиненными, если они знали или не могли не знать, что их подчиненные намереваются совершить или совершают такие преступления, и не приняли всех необходимых и разумных мер в пределах своих полномочий для предотвращения преступлений или для наказания совершивших их лиц.[443]

Human Rights Watch считает, что характер и масштабы авиационных и артиллерийских ударов по гражданскому населению в провинции Идлиб со стороны сирийско-российских сил в ходе наступательных операций 2019 – 2020 гг. могут достигать уровня преступлений против человечности.

В соответствии с обычными нормами международного права и Римским статутом Международного уголовного суда преступлениями против человечности признаются такие деяния, как убийство, истребление, насильственное перемещение населения и другие акты бесчеловечного обращения, когда они совершаются в рамках масштабного или систематического нападения на любых гражданских лиц.[444]

«Нападение на любых гражданских лиц» определяется в Римском статуте как «линия поведения, включающая многократное совершение актов, указанных в пункте 1 [убийство, истребление, насильственное перемещение населения и другие акты бесчеловечного обращения. - HRW], против любых гражданских лиц, предпринимаемых в целях проведения политики государства или организации, направленной на совершение такого нападения, или в целях содействия такой политике».[445] Для наступления индивидуальной ответственности за преступления против человечности необходимо, чтобы масштабное или систематическое нападение на гражданских лиц совершалось сознательно.[446] Это означает, что совершавшие деяния должны были знать, что они составляют часть масштабного или систематического нападения на гражданское население.[447] Для наступления ответственности необязательно, чтобы лицо имело непосредственное отношение к политике или плану, в связи с которыми совершались преступления против человечности, однако необходимо как минимум, чтобы такое лицо осознанно принимало на себя риск причастности к такой политике или плану.[448] Выполнение приказа сверху не освобождает от индивидуальной ответственности за совершение преступлений против человечности.[449] При этом командиры и начальники могут нести уголовную ответственность в случаях, когда они знали или должны были знать о преступлениях против человечности со стороны сил, находившихся под их эффективным командованием и контролем, но не приняли всех разумных мер для их предотвращения или пресечения либо для передачи вопроса в компетентные органы для расследования и уголовного преследования.[450]

Собранные Human Rights Watch факты указывают на возможную причастность сирийско-российских сил к ряду других нарушений, подпадающих под юрисдикцию Международного уголовного суда. Римский статут определяет «истребление» как «умышленное создание условий жизни, в частности лишение доступа к продуктам питания и лекарствам, рассчитанных на то, чтобы уничтожить часть населения».[451] Этот состав преступления включает не только убийство большого числа людей, но и «создание для большого числа людей условий или систематическое помещение их в условия жизни, которые с неизбежностью ведут к смерти».[452]

«Насильственное перемещение населения» определяется Римским статутом как «насильственное перемещение лиц, подвергшихся выселению или иным принудительным действиям, из района, в котором они законно пребывают, в отсутствие оснований, допускаемых международным правом».[453] В деле Готовины Международный трибунал по бывшей Югославии установил совершение хорватскими силами насильственного перемещения населения, когда они незаконно обстреливали гражданское население и гражданские объекты в нескольких городах, вызывая тем самым массовый исход жителей. Часть жителей могла уходить из-за неблагополучных условий жизни, ухода других и из-за неминуемого приближения хорватских сил, однако уход большинства был в первую очередь и непосредственно обусловлен незаконными нападениями, «формировавшими панические настроения».[454]

К преступлениям против человечности также относятся «другие бесчеловечные деяния аналогичного характера, заключающиеся в умышленном причинении сильных страданий или серьезных телесных повреждений или серьезного ущерба психическому или физическому здоровью».[455]

Наконец, задокументированные здесь удары также серьезно осложнили населению пользование правами на здоровье, на образование и на достаточный уровень жизни, включая питание и жилище.

Старшие сирийские и российские гражданские и военные должностные лица присутствовали на 23 заседаниях Совета Безопасности ООН и Совета ООН по правам человека в марте 2019 – марте 2020 гг., в ходе которых представители государств-членов, ООН, чиновники ООН и эксперты представляли факты или высказывали обеспокоенность в связи с ударами сирийско-российских сил по гражданскому населению и гражданским объектам и инфраструктуре в провинции Идлиб.

Зная о нарушениях, ни сирийские, ни российские должностные лица, насколько нам известно, не предпринимали сколько-нибудь серьезных усилий для расследования или прекращения незаконных нападений.[456] Напротив, эти нападения продолжались, а в ряде случаев и усиливались, до тех пор, пока в марте 2020 г. не была достигнута договоренность о прекращении огня. Сообщалось, что в феврале 2020 г. президент Владимир Путин присвоил звание Героя России командующему российской группировкой войск в Сирии с апреля по как минимум сентябрь 2019 г. Тогда же звание Героя России было присвоено генералу, осуществлявшему общее руководство операциями в Сирии с конца 2015 г.[457] В июле 2020 г., как сообщалось, Героем России стал генерал, командовавший группировкой как минимум с сентября 2019 г. по сентябрь 2020 г.[458]

С целью идентификации сирийских и российских командиров и других должностных лиц, которые могут быть признаны ответственными за документированные в этом докладе нападения, и для установления характера и масштабов российского участия в наступательных операциях в провинции Идлиб мы проанализировали публичные заявления российских правительственных чиновников и военных, официальную информацию Администрации Президента РФ, МИДа и Минобороны, а также материалы российских СМИ и проинтервьюировали несколько военных экспертов по России и Сирии.

Структура сирийских сил в период наступления в Идлибе

Сирийская арабская армия воюет уже почти десять лет, и за это время понесла значительные потери как в боевых действиях, так и за счет десятков тысяч перебежчиков.[459] В последние годы способность сирийских правительственных сил продолжать наступательные операции и удерживать контроль территории во многом зависит от поддержки со стороны России и других союзников.

Главнокомандующим сирийскими вооруженными силами является президент Башар Асад. В состав сухопутных войск (Сирийской арабской армии, САА) входят пять корпусов и несколько полуавтономных структур, все они подчиняются начальнику Генерального штаба САА, которым остается генерал-лейтенант Али Абдулла Айюб после назначения его министром обороны в 2018 г.[460] К полуавтономным структурам относятся Республиканская гвардия, силы спецназначения и 4-я танковая дивизия. В состав каждого армейского корпуса входят механизированные, бронетанковые, пехотные и специальные части и подразделения.[461] Командует корпусом, как правило, офицер в звании генерал-майора.[462] Зачастую дивизиями также командуют офицеры в этом звании.[463]

4-й и 5-й корпуса были, очевидно, сформированы по инициативе России, до сентября 2015 г. таких соединений в САА не существовало.  4-й корпус находится под совместным сирийско-российским командованием, 5-м корпусом сразу после его формирования открыто командовали российские военные советники.[464] Присутствие российских сил в обоих корпусах сохранялось во время наступательных операций в Идлибе.[465]

Основные сухопутные операции на северо-западе Сирии во время наступления в Идлибе в 2019 – 2020 гг. осуществлялись САА, в том числе силами 4-го и 5-го корпусов, 25-й дивизии спецназначения («Силы Тигра»), а также «Бригадой Аль-Кудс» (иррегулярным формированием из палестинцев) и так называемыми «Национальными силами обороны».[466] Многие из этих частей и формирований ранее готовились и оснащались российской стороной и продолжали получать российскую поддержку во время наступательных операций в Идлибе.[467]

Сирийские правительственные силы также нередко в той или иной степени взаимодействовали с проправительственными иррегулярными милициями, включая частные военные компании и формирования, поддерживаемые внешними акторами. Иногда такие формирования полностью или частично интегрировались в САА и подчинялись сирийскому военному командованию.[468]

Российское участие в операциях сирийских правительственных сил

В начале сирийского конфликта в 2011 г. российская поддержка Дамаска ограничивалась, в частности, передачей вооружений и военной техники, техническим содействием и подготовкой. Ситуация принципиально изменилась в 2015 г., когда Россия приступила к реализации целого ряда мероприятий по восстановлению, оснащению, подготовке, материально-техническому обеспечению сирийских вооруженных сил, включая развертывание в стране российской авиационной группировки и направление туда российских военнослужащих.[469]

Участие России в сирийских событиях с 2015 г. официально подавалось как ответ на обращение со стороны Дамаска об оказании помощи в борьбе с «международным терроризмом». Несколько позднее президент Владимир Путин заявил, что главная задача российского военного присутствия в Сирии заключается в том, чтобы «стабилизировать законную власть».[470]

В соответствии с подписанным в августе 2015 г. соглашением[471] Сирия предоставила России авиабазу Хмеймим в 20 км юго-восточнее Латакии и в 85 км юго-западнее Идлиба. В начале сентября 2015 г. Россия начала переброску туда боевых вертолетов и самолетов, а также технического персонала.[472] В конце сентября 2015 г. российская авиагруппа начала наносить удары по подконтрольным вооруженной оппозиции районам в ряде сирийских провинций.[473]

С марта 2016 г. российское руководство неоднократно объявляло о планах вывода войсковой группировки, после чего зачастую происходил частичный вывод с последующей переброской новых сил и средств.[474]

Российское военное участие в сирийском конфликте включало развертывание ударной и транспортной авиации, разведывательных БПЛА и личного состава, в том числе военных советников, наземных корректировщиков действий авиации, сил спецназначения и военной полиции.[475] Были задействованы и военно-морские силы, которые наносили удары корабельными ракетами и обеспечивали сотни вылетов боевой и разведывательной палубной авиации.[476]

В Сирии также действовали российские частные военные компании, включая так называемую «ЧВК Вагнера».[477] Президент Владимир Путин не отрицает их присутствия в стране, заявляя, что они решают вопросы, «связанные с экономической деятельностью - с добычей нефти, с освоением месторождений», «но это не российское государство и не российская армия».[478]

Поддержка сирийским правительственным силам оказывалась в форме авиаударов, тактической авиационной поддержки сухопутных операций сирийских сил, присутствия российских военнослужащих вместе с сирийскими частями и подразделениями в районах боевых действий, где они принимали участие в разработке и планировании операций и в подготовке личного состава. Сообщалось также о непосредственном участии российских подразделений, в том числе Сил специальных операций, в операциях против вооруженной оппозиции в различных частях Сирии.[479] Как уже упоминалось, в какой-то момент российский офицер даже непосредственно командовал 5-м корпусом САА.[480]

В октябре 2018 г. со ссылкой на Минобороны России сообщалось, что через службу в Сирии прошли около 63 тыс. военнослужащих, в том числе 343 генерала.[481] Фактически, там то или иное время служили все значимые представители российского военного командования.[482] Точные цифры потерь российской группировки войск в Сирии официально не озвучивались.[483] В начале 2019 г. сообщалось, что с сентября 2015 г. потери убитыми составили более 100 человек.[484] Среди погибших были старшие офицеры вплоть до генерала.[485] В ходе наступательных операций в Идлибе Россия несколько раз публично признавала гибель своих военнослужащих в Сирии, в том числе в Идлибе вплоть до января 2020 г., когда МИД сообщил о том, что в идлибской зоне деэскалации «трагически погибли российские и турецкие военные специалисты» на фоне нарастания атак «террористов».[486]

В российских операциях в Сирии активно использовалась авиация. С сентября 2015 г. российские самолеты и вертолеты совершили десятки тысяч боевых вылетов.[487] При этом периодически задействовалась дальняя авиация с территории России.[488] Некоторые боевые задачи выполнялись с привлечением разведывательных БПЛА.[489] Использовались преимущественно неуправляемые боеприпасы, высокоточные составляли незначительную часть.[490] Некоторые аналитики считают, что ограниченное использование управляемых боеприпасов определялось их отсутствием, техническими характеристиками авиасредств и высокой стоимостью.[491]

В ходе наступательных операций в Идлибе российские военные публично признавали, что выполняют сирийские запросы об авиационной поддержке, в том числе 20 февраля 2020 г., когда подразделению САА пришлось отражать в Идлибе атаки предположительно протурецкой вооруженной оппозиции, действовавшей при поддержке турецкой артиллерии.[492]

Во время визита в Сирию 7 января 2020 г. Владимир Путин выступил на командном пункте российской группировки войск:

За прошедший год сделано немало. Военнослужащие военной полиции успешно действуют на Голанских высотах, в Пальмире, Алеппо, других важных регионах Сирии. Лётчики Воздушно-космических сил России ведут разведку и оказывают авиационную поддержку действиям сирийской армии.
Совместные действия позволяют ликвидировать наиболее опасных главарей. Эти задачи успешно решаются Силами специальных операций.[493]

Командные структуры российской группировки войск в Сирии

В открытом доступе опубликовано исследование французского аналитического центра, согласно которому командование и управление действиями российского контингента в Сирии включает три основных уровня: Группа боевого управления МО РФ, командование группировки войск и оперативные группы военных советников.[494]

Группа боевого управления Минобороны РФ входит в Национальной центр управления обороной РФ, который подчиняется непосредственно министру обороны и президенту.[495] Она осуществляет анализ и оценку оперативной ситуации и решений, принимаемых нижестоящими командными структурами, и на основании этого составляет оперативные планы.[496]

В декабре 2017 г. начальник Генерального штаба ВС РФ Валерий Герасимов рассказал в интервью о российской военной операции в Сирии: «Обычно о положении дел и ходе выполнения задач я ежедневно утром и вечером докладываю Министру обороны, а он – Президенту.[497] 1-2 раза в неделю Министр докладывает Президенту лично, представляя необходимые документы, карты, видеоматериалы. Иногда Верховный Главнокомандующий выходит лично на меня, иногда вместе с Министром ездим к нему на доклад. Президент определяет цели, задачи, он в курсе всей динамики боевых действий. Причем, - на каждом направлении. И, конечно, ставит задачи на перспективу».[498] Некоторые действия российских сил в режиме реального времени транслировались на мониторы в Москву и на командный пункт российской группировки.[499]

На командном посту российской группировки войск в Сирии 7 января 2020 г. (слева направо): генерал-полковник Сергей Рудской, министр обороны Сергей Шойгу, президент Владимир Путин, президент Башар Асад, министр обороны Али Абдулла Айюб.  Кадр видео с сайта Минобороны РФ http://en.kremlin.ru/events/president/transcripts/62551/videos under a Creative Commons Attribution License 4.0 International  

Группа боевого управления также отслеживает политико-дипломатическую ситуацию и поддерживает контакт с различными акторами, имеющими отношение к сирийскому конфликту.[500]

Командный пункт российской группировки войск в Сирии обеспечивает оперативную координацию действий российских сил, сирийских правительственных войск и союзных иррегулярных местных и иностранных формирований.[501] В 2017 г. начальник Генштаба ВС РФ Валерий Герасимов рассказал прессе, что каждый новый командующий «прибывал с основным составом своего управленческого аппарата: начальники оперативного управления, разведки, связи, ракетных войск и артиллерии, инженеры».[502]

Владимир Путин в сопровождении министра обороны Сергея Шойгу посетил командный пункт в январе 2020 г., когда в провинции Идлиб шли наступательные операции. Обстановку доложил командовавший в то время российской группировкой войск генерал-лейтенант Александр Чайко.[503] Общая информация о визите с фотографией принимающих доклад Чайко Путина, Асада и Шойгу была размещена на официальном сайте Президента РФ.

Оперативные группы военных советников размещаются непосредственно в действующих частях Сирийской арабской армии и проправительственных иррегулярных формирований,[504] обеспечивая оперативно-тактическую координацию с российскими силами. В российских СМИ со ссылкой на источники в Минобороны РФ сообщалось о том, что командировки в Сирию позволяют российским офицерам получить боевой опыт и способствуют карьерному росту.[505] Начальник ГШ ВС РФ Валерий Герасимов в 2017 г. рассказывал прессе, что военные советники «находятся практически во всех подразделениях»: «В каждом подразделении – батальоне, бригаде, полку, дивизии – находится аппарат военного советника. В его составе – необходимые должностные лица. Это оперативный состав, разведчик, артиллерист, инженер, переводчики и другие должностные лица. Они, по сути дела, планируют боевые действия. Оказывают помощь в управлении подразделениями при выполнении боевых задач».[506]

Опубликованное в 2019 г. исследование реорганизации Сирийской арабской армии свидетельствует о существенной российской поддержке на уровне всех основных частей и соединений.[507] 4-й и 5-й корпуса создавались российскими офицерами и в отдельные моменты находились под совместным командованием. 5-й корпус в наибольшей степени поддерживался Россией, вплоть до того, что в Москве официально признали, что погибший российский генерал в тот момент командовал этим корпусом.[508] Сообщалось, что оба корпуса принимали участие в наступательных операциях в Идлибе в 2019 г.[509]

Начальник Генштаба ВС РФ Валерий Герасимов в 2017 г. публично заявлял, что «на всех направлениях действия [военных советников на местах] увязаны единым замыслом, единым планом, осуществляется руководство с командного пункта группировки в Хмеймиме».[510] Один из военных экспертов по России назвал советников «цементом», скрепляющим все операции.[511]

Генерал-лейтенант Александр Чайко докладывает на командном посту российской группировки войск в Сирии 7 января 2020 г. Присутствуют президент России Владимир Путин, министр обороны РФ Сергей Шойгу, президент Сирии Башар Асад, министр обороны Сирии Али Абдулла Айюб.  Кадр видео с сайта Минобороны РФ http://en.kremlin.ru/events/president/transcripts/62551/videos under a Creative Commons Attribution License 4.0 International  

Роль военных советников не огранивается вопросами планирования и обучения. Как представляется, в роли советников отчасти выступают военнослужащие Сил специальных операций, присутствующие в составе российского контингента наряду с морской пехотой, танкистами и артиллеристами.[512] Сообщалось также о прямом участии Сил специальных операций в выполнении боевых задач как совместно с сирийцами, так и самостоятельно.[513]

В 2016 г. российскими военными был также создан Центр по примирению враждующих сторон в Сирии (ЦПВС).[514] Сообщалось, что он базируется в Хмеймиме и насчитывает свыше 60 сотрудников под командованием старшего офицера.[515] ЦПВС участвовал в заключении договоренностей о прекращении огня и так называемых соглашений о примирении, в рамках которых население той или иной территории возвращается под контроль Дамаска или организованно вывозится в районы, остающиеся под контролем вооруженной оппозиции.[516] Эта деятельность требовала значительной координации.[517]

В совокупности приведенные выше источники, свидетельствующие о подготовке Россией личного состава частей и подразделений Сирийской арабской армии, о постоянном присутствии в частях и подразделениях САА так называемых российских «военных советников» (в том числе на командных должностях), о российской авиационной поддержке наступательных операций в провинции Идлиб, об участии российских сил в планировании боевых операций, а также о совместных докладах высшему руководству, включая президентов обеих стран, указывают на высокий уровень планирования и координации между сирийскими и российскими военными с участием старших должностных лиц обеих стран в ходе наступательных операций в провинции Идлиб. С учетом такой тесной координации разделение ответственности за отдельные удары представляется затруднительным. В силу этого должностные лица обеих стран могут нести прямую или командную ответственность за нарушения, которые задокументированы в этом докладе.

Индивидуальная ответственность российских и сирийских командиров

Следующие лица могут нести прямую или командную ответственность за военные преступления и предположительно преступления против человечности, которые задокументированы в этом докладе.

Президент Сирии Башар Асад и президент России Владимир Путин являются главнокомандующими вооруженными силами своих стран.[518] Они получали регулярные доклады о деталях операций, не могли не знать о совершении подчиненными им силами серьезных нарушений законов и обычаев войны и при этом, как представляется, не принимали мер для их пресечения или привлечения к ответственности военнослужащих, в отношении которых имелись свидетельства о причастности к военным преступлениям и предположительно преступлениям против человечности. В силу этого они могут нести командную ответственность за незаконные нападения, которые задокументированы в данном докладе.

Президент России Владимир Путин на командном посту российской группировки войск в Сирии 7 января 2020 г. Кадр видео с сайта Минобороны РФ http://en.kremlin.ru/events/president/transcripts/62551/videos under a Creative Commons Attribution License 4.0 International

Второй по значению пост в сирийских вооруженных силах занимает министр обороны генерал-лейтенант Али Абдулла Айюб.[519] Командующий ВВС – генерал-майор Ахмед Баллул.[520]

Второй по значению пост в российских вооруженных силах занимает министр обороны Сергей Шойгу.[521] Министру непосредственно подчиняется начальник Генерального штаба ВС РФ – первый заместитель министра обороны Валерий Герасимов.[522] Первым заместителем НГШ ВС РФ является начальник Главного оперативного управления Генштаба Сергей Рудской.[523] Все они занимали эти посты в течение всего периода наступательных операций в провинции Идлиб.

Командующие российской группировкой войск в Сирии также назначались Министерством обороны.[524] В открытых источниках имеются сведения о трех командующих за рассматриваемый в докладе период с марта 2019 г. по март 2020 г.:

·       генерал-полковник Сергей Суровикин (в период по меньшей мере с марта по 10 апреля 2019 г.);[525]

·       генерал-полковник Андрей Сердюков (с 10 апреля до сентября 2019 г.);[526]

·       генерал-лейтенант Александр Чайко (с сентября 2019 г. до как минимум сентября 2020 г.).[527]

7 января 2020 г. Владимир Путин, Сергей Шойгу, Сергей Рудской и Александр Чайко находились на командном пункте российской группировки войск в Сирии вместе с Башаром Асадом и Али Абдуллой Айюбом.[528]

 

Российская стратегия и тактика в Сирии

Наш собственный анализ ударов, задокументированных в этом докладе, и исследования, в том числе независимых аналитиков и ученых, действий российских сил в контексте других войсковых операций, таких как в Чечне, дают основания предполагать, что в ходе сирийской кампании, включая наступательные операции в Идлибе, российские силы использовали несколько ключевых стратегий с различными целями.

Во-первых, повреждение, уничтожение или выведение из строя гражданской инфраструктуры было, как представляется, частью общей стратегии «наказания».[529] В соответствии с этой теорией наращивание интенсивности и регулярность ударов по гражданскому населению и гражданской инфраструктуре, как документировано в этом докладе, повышает социальные издержки сопротивления.[530] Как представляется, такая стратегия может быть связана с более общей целью, которая заключается в том, чтобы вызвать массовый исход населения, также рассмотренный выше.

Предположения об использовании в Сирии стратегии «наказания» вызывают аналогии с некоторыми аспектами войсковых операций федеральных сил в период «второй чеченской войны», когда чеченские города и селения, в том числе Грозный, неоднократно подвергались неизбирательным бомбежкам и обстрелам.[531] Human Rights Watch и ряд российских и международных организаций задокументировали помимо неизбирательных ударов и другие многочисленные нарушения законов и обычаев войны, иногда достигавшие уровня военных преступлений. Как представляется, в ряде таких случаев ставилась цель «наказать» гражданское население.[532] Удары по гражданскому населению и гражданской инфраструктуре также могут мотивироваться намерением отомстить противнику.[533] Серьезные нарушения, совершенные в рамках масштабных или систематических нападений на гражданское население, также составляют преступление против человечности.[534]

Во-вторых, российские силы в Сирии регулярно применяли боеприпасы с большим радиусом поражения, как отметили два аналитика – «с запасом», что повышало вероятность того, что поражающее действие будет заведомо перекрывать цель, особенно в населенных районах.[535] Отчасти это может быть связано с техническими проблемами точного применения и обычных, и управляемых боеприпасов, которые были во многом решены российскими силами за время, прошедшее с начала сирийской кампании.[536] Использование таких боеприпасов также обеспечивало максимально разрушительные последствия для гражданского населения и гражданской инфраструктуры, что укладывается в описанную выше стратегию «наказания».

В-третьих, в Москве неоднократно и публично декларировали, что Россия использует сирийский театр военных действий среди прочего для отработки боевых и разведывательных систем и управления войсками. Участие в сирийском конфликте дало российским силам возможность отработать интегрированную систему разведки и наблюдения, включая БПЛА, для обеспечения командования оперативной информацией, контроля за ходом боевых операций и сокращения времени на выбор цели и ее поражение.[537] Российские военные неоднократно называли это разведывательно-ударными комплексами.[538] Сирийская кампания также дала России возможность отладить работу с ГЛОНАСС – российским аналогом американской GPS.[539] Непрерывное тестирование, использование и интеграция таких систем позволили России нарастить возможности точного и эффективного боевого применения обычных и управляемых боеприпасов и устранить некоторые проблемы с поражением малоразмерных, подвижных целей.[540]

 

Информирование российских и сирийских официальных лиц о совершенных преступлениях

В течение всего периода наступательных операций в провинции Идлиб в 2019 – 2020 гг. информация о растущих гражданских потерях в результате ударов по медучреждениям, школам, лагерям вынужденных переселенцев и рынкам неоднократно доводилась до правительств Сирии и России, в том числе в формате брифингов в ходе как минимум 21 заседания Совета Безопасности ООН и трех докладов Совету ООН по правам человека, подготовленных Независимой международной комиссией по расследованию событий в Сирии. Эти брифинги имели большое значение для установления нами того, что стороны знали или не могли не знать о нарушениях законов и обычаев войны, и того, принимались ли ими меры реагирования (это составляет ключевые элементы командной ответственности).

В ходе 21 заседания СБ ООН за период с марта 2019 г. по март 2020 г. члены Совета открыто озвучивали озабоченности в связи с нарушениями международного права со стороны Дамаска и его союзников, во многих случаях прямо указывая на Россию и на авиаудары со стороны российских сил. Россия является постоянным членом СБ ООН, ее представитель присутствовал на всех заседаниях, и в сентябре 2019 г. Россия председательствовала в Совете. Представители сирийского правительства присутствовали почти на всех заседаниях.

Комиссия по расследованию в сентябре 2019 г., марте 2020 г. и июле 2020 г. представляла Совету ООН по правам человека детальные доклады с изложением обстоятельств незаконных нападений,[541] а также подготовила дополнительный доклад, который был представлен на пресс-конференции в январе 2020 г.[542]

И сирийская, и российская делегации присутствовали на трех указанных сессиях СПЧ ООН и выступали с заявлениями.[543]

Неоднократные брифинги со стороны официальных лиц ООН, представителей неправительственных организаций и дипломатов относительно общей ситуации в провинции Идлиб и конкретных эпизодов, связанных с нарушениями международного права, свидетельствуют о степени осведомленности сирийско-российских сил и правительств Сирии и России о последствиях их наступательных операций и о нарушениях, которые они продолжали совершать в течение всего этого периода.

ООН и заинтересованные правительства не должны ограничиваться декларациями и должны принять меры в интересах привлечения к ответственности представителей командования, в наибольшей степени ответственных за серьезные нарушения, в том числе посредством адресных санкций и уголовного преследования в рамках принципа универсальной юрисдикции там, где это возможно. Такие меры могут послужить сильным сигналом о том, что массовые жестокости не останутся безнаказанными, и способствовать предотвращению нарушений в ходе будущих военных операций, чреватых риском того, что новые гражданские лица окажутся погребенными под завалами.

 

 

Международно-правовые обязательства

К задокументированным в этом докладе нарушениям применяются нормы международного гуманитарного права, или законы и обычаи войны, и международные нормы о правах человека, сохраняющие свою применимость при любых обстоятельствах.

Международное гуманитарное право

Вооруженный конфликт в Сирии подпадает под действие норм международного гуманитарного права. Конфликт между Дамаском и его союзниками, включая Россию, и вооруженной оппозицией считается вооруженным конфликтом немеждународного характера.[544]

Турция сохраняет на севере Сирии значительное военное присутствие, и неоднократные боестолкновения между турецкими и сирийскими правительственными силами создают ситуацию международного вооруженного конфликта. В части вооруженного конфликта немеждународного характера применяются общая статья 3 Женевских конвенций 1949 г. и обычные нормы международного гуманитарного права. В части международного вооруженного конфликта применяются четыре Женевские конвенции 1949 г. и обычные нормы международного гуманитарного права.[545]

Ни Сирия, ни Россия, ни Турция не являются участниками Дополнительного протокола II к Женевским конвенциям 1949 г. о защите жертв немеждународных вооруженных конфликтов.[546] Дополнительный протокол I применяется только в ситуации международного вооруженного конфликта, однако большинство его положений о средствах и методах ведения войны сохраняют свою применимость как отражающие обычные нормы международного права.[547]

Международное гуманитарное право запрещает преднамеренные нападения на гражданских лиц и гражданские объекты, а также неизбирательные и несоразмерные нападения. Все стороны конфликта, как в обороне, так и в нападении, обязаны принимать все разумные меры предосторожности для сведения к минимуму ущерба для гражданского населения. В международном праве нет отдельного запрета на использование в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения, однако многие такие удары будут нарушать законы и обычаи войны, поскольку используется заведомо неизбирательное оружие, само нападение является неизбирательным или последствия применения такого оружия для гражданского населения в данных обстоятельствах с большой долей вероятности будут несоразмерны искомому военному преимуществу. С учетом предсказуемых последствий для гражданского населения Human Rights Watch выступает против использования в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения.

В этом докладе рассматриваются нападения сирийско-российских сил на гражданских лиц и гражданские объекты, особенно инфраструктурные, которые можно отнести к жизнеобеспечивающим, такие как медучреждения, школы и рынки. Фундаментальный принцип международного гуманитарного права заключается в проведении различия между гражданскими лицами и комбатантами, а также между гражданскими объектами и военными целями. Признаются допустимыми только нападения на комбатантов и военные цели.[548]

Гражданские лица пользуются защитой от нападений, если только они не принимают непосредственного участия в военных действиях и только на время такого участия. Непосредственное участие в военных действиях может включать, например, поднос гражданским лицом боеприпасов комбатанту во время боя. При этом гражданские лица, занятые на производстве боеприпасов не будут считаться принимающими непосредственное участие в военных действиях, хотя само производство может быть объектом нападения как военная цель.[549]

К гражданским объектам относятся жилые дома, школы, медучреждения, рынки, фермы, склады и предприятия, если они не являются военной целью. Военным объектом считается все, что в силу своего характера, местоположения, назначения или использования обеспечивает противнику явное военное преимущество при существующих на данный момент обстоятельствах.[550]

К военным целям относятся комбатанты, вооружения и военная техника, материально-техническое обеспечение. Жилой дом по умолчанию считается гражданским объектом, однако его использование вражескими комбатантами, например для развертывания или хранения вооружений, превращает его в военный объект и законную военную цель до тех пор, пока такое использование не прекратится. Мощности по производству вооружений или материально-технического обеспечения для противника являются военными объектами и законной военной целью, даже если на этих производствах заняты гражданские лица. Военными целями могут также быть особенности местности или постройки, которые с большой вероятностью могут быть использованы противником, такие как мосты, здания, препятствующие сектору обстрела, или даже пустое поле.[551]

Неизбирательными считаются нападения, которые не направлены на конкретную военную цель либо применяемые при которых средства и методы ведения войны (как в случае с кассетными боеприпасами) не могут быть направлены на конкретную военную цель или последствия которых не могут быть ограничены.[552]

Несоразмерное нападение – это такое нападение, которое, как можно ожидать, попутно повлечет за собой гибель или ранение гражданских лиц или ущерб гражданским объектам, или и то, и другое вместе, которые были бы чрезмерны по отношению к искомому конкретному и прямому военному преимуществу. [553]

При проведении военных операций должна постоянно проявляться забота о том, чтобы ограждать гражданское население и гражданские объекты от их последствий.[554] Должны приниматься все разумные меры предосторожности для сведения к минимуму гражданских потерь и гражданского ущерба.[555]

Перед осуществлением нападения необходимо сделать все практически возможное, чтобы удостовериться в том, что объекты нападения не являются гражданскими лицами или гражданскими объектами, а являются военными целями.[556] Требование о принятии всех разумных мер предосторожности означает, среди прочего, что сторона, осуществляющая нападение, обязана принять меры, необходимые для того, чтобы убедиться, что объект нападения является законной военной целью «достаточно заблаговременно, чтобы, насколько возможно, оградить население от последствий нападения».[557] Меры предосторожности включают выбор таких средств и методов нападения, которые позволяли бы свести к минимуму гражданские потери и гражданский ущерб.[558] Законы и обычаи войны не запрещают ведение военных действий в городской застройке, однако присутствие гражданских лиц налагает на стороны конфликта дополнительные обязательства по сведению к минимуму последствий для них. Все силы должны избегать размещения военных объектов в густонаселенных районах или поблизости от них и должны стремиться удалять гражданское население из районов, расположенных вблизи от военных объектов.[559]

Законы и обычаи войны запрещают не только нападать на гражданские объекты, но и подвергать нападению, уничтожать, выводить или приводить в негодность объекты, необходимые для выживания гражданского населения, такие как продовольственные магазины или объекты водоснабжения населения.[560]

Законы и обычаи войны также прямо запрещают нападения, «имеющие основной целью терроризировать гражданское население».[561]

Медицинские учреждения «должны пользоваться уважением и защитой при любых обстоятельствах.[562] Протоколы I и II к Женевским конвенциям 1949 г. прямо устанавливают, что медицинские формирования «не могут быть объектом нападения».[563] Они утрачивают право на защиту только в том случае, если «используются помимо их гуманитарных функций для совершения действий, наносящих ущерб неприятелю». Однако даже в этом случае нападению должно предшествовать предупреждение «с установлением в соответствующих случаях разумного срока и после того, как такое предупреждение не было принято во внимание».[564] К «действиям, наносящим ущерб неприятелю», не относятся ситуации, когда в медицинском формировании присутствуют раненые и больные комбатанты.[565]

Особым уважением и защитой в условиях вооруженного конфликта пользуются дети, пожилые и люди с инвалидностью.[566] Особые потребности женщин, затронутых вооруженным конфликтом, в защите, медицинских услугах и помощи, должны приниматься во внимание.[567]

Что касается индивидуальной ответственности, то серьезные нарушения законов и обычаев войны, совершенные с преступным умыслом, являются военными преступлениями. Преступный умысел определяется как совершение нарушений «сознательно, то есть либо умышленно (dolus directus), либо по грубой неосторожности (dolus eventualis)».[568] Наступление индивидуальной уголовной ответственности также возможно в случае покушения на совершение военного преступления, содействия его совершению, облегчения его совершения, пособничества в его совершении или подстрекательства к его совершению.

Индивидуальная ответственность также может возникнуть за планирование военного преступления или побуждение к его совершению.[569] Командиры и другие начальники несут уголовную ответственность за военные преступления, совершенные их подчиненными, если они знали или не могли не знать, что их подчиненные намереваются совершить или совершают такие преступления, и не приняли всех необходимых и разумных мер в пределах своих полномочий для предотвращения преступлений или для наказания совершивших их лиц.[570]

Законы и обычаи войны обязывают государства расследовать заявления о военных преступлениях со стороны их вооруженных сил и других лиц под их юрисдикцией. Лица, признанные причастными к таким преступлениям, подлежат уголовному преследованию в суде с соблюдением международных стандартов справедливого судебного разбирательства или передаче в другую юрисдикцию для справедливого суда.[571]

Государство, несущее ответственность за нарушения международного гуманитарного права, должно полностью возместить причиненный ущерб, в том числе непосредственно отдельным лицам.[572]

Деяния, признаваемые военными преступлениями, отражены и в международных обычаях, и в писаных нормах международного права, таких как Римский статут Международного уголовного суда и другие источники. К ним относится широкий спектр нарушений, включая недозволенное обращение с лицами, лишенными свободы, и преднамеренные, неизбирательные и несоразмерные нападения, в результате которых страдают гражданские лица и гражданские объекты.[573] Римский статут относит к военным преступлениям преднамеренные нападения на объекты образования, а также на «госпитали и места сосредоточения больных и раненых».[574] Если военные преступления совершаются в рамках масштабного или систематического нападения на гражданское население, то они квалифицируются как преступления против человечности.[575]

Россия и Сирия являются участниками Конвенции о правах инвалидов,[576] которая обязывает государства в соответствии с их обязательствами по международному праву, включая международное гуманитарное право и международное право прав человека, принимать все необходимые меры для обеспечения защиты и безопасности инвалидов в ситуациях риска, включая вооруженные конфликты.[577]

Россия и Сирия также являются участниками Конвенции о правах ребенка, которая обязывает государства принимать все необходимые меры для того, чтобы содействовать физическому и психологическому восстановлению и социальной реинтеграции детей, являющихся жертвами вооруженных конфликтов.[578]

В 2008 г. была принята Конвенция по кассетным боеприпасам.[579] Ни Россия, ни Сирия не входят в число 120 стран, запретивших использование, производство, передачу и сохранение кассетных боеприпасов.[580] Среди прочего, Конвенция обязывает участников удалять и уничтожать неразорвавшиеся суббоеприпасы и оказывать помощь жертвам.[581]

Международные нормы о правах человека

Международные нормы о правах человека сохраняют свою применимость при любых обстоятельствах за исключением предусмотренных законом ситуаций.[582] Власти на всех уровнях обязаны признавать, уважать, защищать и соблюдать права, закрепленные в международных нормах о правах человека, в том числе – в обычных. Де-факто власти также несут обязательства по соблюдению основных прав и свобод.

Широкомасштабное использование сирийско-российскими силами в населенных районах осколочно-фугасных боеприпасов с большой площадью поражения заставило сотни тысяч гражданских лиц покинуть свои дома в провинции Идлиб. Повреждения и разрушения гражданской инфраструктуры, включая медучреждения, школы и рынки, создает риски для пользования основными правами, такими как право на здоровье и на образование, а также право на достаточный уровень жизни, включая питание, жилище и воду.

Право на здоровье

Право на наивысший достижимый уровень здоровья относится к числу основополагающих и «тесно связано и зависит от осуществления других прав человека».[583] Медучреждения и медицинский персонал пользуются особой защитой как сами по себе, так и с учетом того, что международные нормы о правах человека устанавливают, что право на здоровье «включает в себя не только право на своевременные и адекватные услуги в области здравоохранения, но и на основополагающие предпосылки здоровья».[584] Как указывает Комитет по экономическим, социальными культурным правам, отслеживающий выполнение соответствующего Пакта, государства-участники должны располагать достаточным количеством и обеспечивать доступность функционирующих учреждений, товаров и услуг в сфере здравоохранения и медицинской помощи, а также соответствующих программ».[585]

Комитет выделяет основные обязательства государств в рамках права на здоровье, в том числе обеспечение базовой медицинской помощи и базовых медикаментов.[586] Обеспечение некоторых аспектов права на здоровье может отчасти определяться имеющимися ресурсами, однако «ни при каких обстоятельствах государство-участник не может оправдывать невыполнение основных обязательств  …, которые не допускают отступления».[587] В соответствии с Конвенцией о правах инвалидов право людей с инвалидностью на здоровье включает организацию услуг и программ медицинской абилитации и реабилитации, в том числе обеспечение ассистивными устройствами и технологиями.[588]

Комитет также определяет четыре ключевых элемента права на здоровье: наличие, доступность, приемлемость и качество учреждений, товаров и услуг здравоохранения. Так, качество предполагает, что «учреждения, товары и услуги здравоохранения … должны быть также приемлемыми с научной и медицинской точек зрения и характеризоваться высоким качеством. Для этого, в частности, требуется наличие квалифицированного медицинского персонала, научно проверенных и пригодных медикаментов и медицинского оборудования, безопасной питьевой воды и адекватных санитарных услуг».[589] Учреждения, товары и услуги также должны быть доступными с точки зрения недискриминации и физической, экономической и информационной доступности.[590] Приемлемость предполагает, что «все учреждения, товары и услуги здравоохранения должны соответствовать принципам медицинской этики и культурным критериям, …, учитывать требования в отношении гендерной проблематики и жизненного уклада, а также быть направленными на сохранение конфиденциальности».[591]

В докладе 2013 г. о праве на здоровье в контексте конфликта профильный спецдокладчик ООН отметил, что, «как и в иные периоды, государства обязаны уважать, защищать и обеспечивать право на здоровье в период конфликта». «Государства не должны препятствовать предоставлению медицинских услуг гуманитарными организациями», а нападения на медицинский персонал «не только нарушают право на здоровье людей, затронутых конфликтами, включая лиц, вовлеченных в конфликт, но и могут нанести ущерб системе здравоохранения в целом. Небезопасная обстановка, возникающая в результате выбора государственными силами или негосударственными группами медицинских работников в качестве мишеней, может привести к бегству медицинских сотрудников, в результате чего образуется нехватка квалифицированных медицинских работников в этих регионах».[592]

Нападения на медучреждения оказывают существенное негативное воздействие на качество, наличие и доступность здравоохранения, ущемляя право на здоровье для тех, кто зависит от немногих оставшихся в регионе медучреждений. Это может проявляться как в форме прямого ущерба в результате ударов по медицинским объектам, транспорту и персоналу, так и косвенным образом – в виде последствий ударов по жизнеобеспечивающей инфраструктуре (теплоснабжение, электроснабжение, водоснабжение, дорожно-транспортная сеть), в том числе вследствие присутствия на местности взрывоопасных пережитков войны.

Право на образование

Право на образование закреплено в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах, Конвенции о правах ребенка, Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин и в Конвенции о правах инвалидов.[593]

Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах устанавливает право каждого человека на образование.[594] Комитет по экономическим, социальными культурным правам называет это право одновременно «необходимым средством для реализации других прав».[595] По его мнению, образованию должны быть присущи такие основополагающие характеристики, как наличие, доступность, приемлемость и адаптируемость.[596] Наличие предполагает достаточное количество действующих учебных заведений и программ и условий, необходимых для их функционирования.[597] Доступность включает физическую доступность, то есть «необходимо обеспечить безопасную физическую досягаемость образования либо посредством посещения учебного заведения, находящегося на разумном географическом удалении (например, соседняя школа), либо путем получения доступа к современной технологии (например, к одной из программ заочного обучения)».[598]

Конвенция о правах инвалидов обязывает государства обеспечивать детям с инвалидностью доступ к инклюзивному образованию и ограждать их от дискриминации в системе общего образования.[599]

Обязательства соблюдать, защищать и выполнять право на образование[600] требуют от государств «избегать принятия мер, препятствующих или затрудняющих осуществление права на образование», «принимать меры по предупреждению вмешательства третьих сторон в осуществление права на образование», а также «принимать позитивные меры, обеспечивающие отдельным лицам и общинам возможность и содействие в пользовании правом на образование».[601] Государства несут обязательства по соблюдению, защите и выполнению каждой из «четырех основных характеристик».[602] Например, государство должно соблюдать принцип наличия образования, воздерживаясь от закрытия школ.[603]

Нападения на школы могут приводить к лишению доступа к образованию даже при отсутствии повреждений школьных зданий, поскольку это может отталкивать учеников, учителей и персонал от посещения школы; демотивировать, отвлекать или травмировать учителей и учеников; приводить к нехватке персонала и сокращению числа желающих учиться.[604]

Резолюция СБ ООН 1998 поручает генеральному секретарю ежегодно представлять доклад о грубых нарушениях в отношении детей в условиях вооруженных конфликтов, включая нападения на школы. В докладе за 2019 г. в числе ответственных за такие нарушения названы сирийские правительственные силы, российские силы не упоминаются. В докладе говорится, что «было совершено в общей сложности 262 нападения на школы (157) и больницы (105) … приписываемых сирийским правительственным и проправительственным силам (226) (включая правительственные и проправительственные военно-воздушные силы (147)». Большинство этих нападений произошло в Идлибе.[605]

Право на достаточный уровень жизни

Право на достаточный уровень жизни закреплено во Всеобщей декларации прав человека и в ключевых международных договорах о правах человека.[606] Оно включает право на достаточное питание, одежду и жилище и право на непрерывное улучшение условий жизни.[607]

Право на достаточное жилище

Право человека на достаточное жилище «имеет решающее значение для пользования экономическими, социальными и культурными правами».[608] В интерпретации Комитета по экономическим, социальными культурным правам его «следует рассматривать как право жить где бы то ни было в безопасности, мире и с достоинством».[609]

Право на достаточное жилище должно толковаться как касающееся не только жилья как такового, а достаточного жилья.[610] При определении достаточности Комитет выделил несколько факторов, в том числе: правовое обеспечение проживания; наличие услуг, материалов, возможностей и инфраструктуры; экономическая доступность; пригодность для проживания; доступность; местонахождение; культурная приемлемость.[611]

Обеспечение наличия услуг, материалов, возможностей и инфраструктуры предполагает «устойчивый доступ к системам снабжения питьевой водой, санитарии и гигиены, хранения продуктов питания, удаления отходов, канализации и чрезвычайных служб».[612] Экономическая доступность предполагает, что «финансовые расходы какого-либо лица или домашнего хозяйства, связанные с жильем, должны быть такого размера, чтобы возникновение и удовлетворение иных основных потребностей не ставились под угрозу и не сталкивались с препятствиями».[613] Пригодность для проживания предполагает, что жилье должно обеспечивать защиту «от холода, сырости или иных угроз для здоровья, структурных опасностей и переносчиков болезней».[614] Достаточное жилье должно быть доступным для тех, кто имеет на него право.  Группы, находящиеся в неблагоприятном положении, в том числе люди с инвалидностью, должны получить полный и устойчивый доступ к адекватному жилому фонду.[615] Наконец, «достаточное жилье должно находиться в таком месте, которое позволяет иметь доступ к возможностям в области занятости, медицинскому обслуживанию, школам и другим социальным учреждениям».[616]

Вынужденные переселенцы особенно страдают от нарушения права на достаточное жилище. Принятые ООН Руководящие принципы по вопросу о перемещении лиц внутри страны рекомендуют компетентным властям обеспечивать этой категории населения «элементарный кров и жилье».[617] Принципы по вопросам реституции жилья и имущества беженцев и перемещенных лиц (Принципы Пиньейру) предлагают ряд дополнительных гарантий, включая право на достаточное жилище.[618]

Право на достаточное питание

Право на достаточное питание понимается как «основное право каждого человека на свободу от голода».[619] Как и в случае с другими правами, входящими в право на достаточный уровень жизни, Комитет по экономическим, социальным и культурным правам исходит из широкого толкования права на достаточное питание, которое не должно сводиться, например, к потреблению определенного минимального количества калорий.[620] Позиция Комитета заключается в том, что данное право «реализуется в том случае, когда каждый человек – мужчина, женщина и ребенок – отдельно или совместно с другими в любое время имеет физические и экономические возможности для доступа к достаточному питанию или располагает средствами его получения».[621] Право на питание должно реализовываться непрерывно, однако для обеспечения основного права на свободу от голода и недоедания могут потребоваться более конкретные и срочные меры.[622]

В своем толковании права на достаточное питание Комитет выделяет такие аспекты, как наличие и доступность продовольствия.[623] Наличие продовольствия предполагает такое его количество и качество, которое позволяет удовлетворять потребности в рационе питания и «соотносится с возможностями либо пропитания непосредственно за счет продуктивных земельных или других природных ресурсов, либо надлежащего функционирования систем распределения, переработки и сбыта».[624] Под доступностью понимается устойчивая непрерывность, которая обеспечивается надежными способами, не препятствующими осуществлению других прав человека, и включает как экономическую, так и физическую доступность.[625] Последняя предполагает, что достаточное продовольствие должно быть доступным для каждого человека, включая физически уязвимых лиц, таких как дети, пожилые и люди с инвалидностью, а также «лиц, проживающих в районах, подверженных стихийным бедствиям».[626]

Наличие и доступность продовольствия могут быть поставлены под угрозу в силу физического нарушения природной среды, включая почву, объекты, рынки и другие элементы транспортно-распределительных цепочек. Нападения на инфраструктуру повышают такие риски, что может приводить к приостановлению или прекращению доступа вследствие разрушений или отсутствия безопасности и к приостановлению услуг вследствие рисков для жизни и здоровья. Преднамеренные нападения на объекты, задействованные в обеспечении наличия и доступности продовольствия, как в случае с рынками, либо блокирование доступа к ним могут достигать уровня нарушения права на достаточное питание.

Право на воду

Право на воду предполагает обеспечение каждому человеку без дискриминации «достаточного количества безвредной и доступной в экономическом и физическом плане питьевой воды для удовлетворения его повседневных потребностей».[627] Комитет по экономическим, социальными культурным правам отмечает, что «адекватное количество безвредной воды является необходимым условием для предупреждения смерти от обезвоживания, сокращения риска заболеваний, связанных с некачественной водой, и повседневного ее потребления, потребления для целей приготовления пищи, личной гигиены и в хозяйственных санитарно-гигиенических нуждах».

Право на воду включает право на получение доступа к существующим водным ресурсам, необходимым для осуществления права на воду, и право на невмешательство, предполагающее право на недопустимость произвольного отсоединения или заражения объектов водоснабжения. В свою очередь соответствующие права включают право на пользование системой водоснабжения и удаления сточных отходов.[628]

Комитет выделяет несколько факторов, определяющих адекватность воды, необходимой для осуществления права на воду: наличие, качество и доступность.[629] Наличие предполагает, что водоснабжение для каждого человека должно быть достаточным и непрерывным для целей личного и бытового назначения, включая личную и бытовую гигиену.[630] Чтобы отвечать критерию качества, вода должна быть безопасной, в ней должны отсутствовать примеси, представляющие опасность для здоровья человека.[631] Доступность включает физическую и экономическую доступность. Что касается первой, то «вода и адекватные системы и объекты водоснабжения должны обеспечивать физическую безопасность всех слоев населения. Достаточность, безопасность и приемлемость воды должны быть доступными или в пределах непосредственной близости от каждого домашнего хозяйства, учебного заведения или рабочего места…[632] Процесс обеспечения доступа людей к системам и объектам водоснабжения не должен ставить под угрозу их физическую безопасность».[633]

Комитет отмечает, что для выполнения обязательств в части права на воду власти должны воздерживаться от прямого или косвенного посягательства на осуществление этого права посредством «ограничения доступа к водным ресурсам, системам водоснабжения и объектам инфраструктуры либо их разрушения в качестве карательной меры, например, в ходе вооруженных конфликтов, в нарушение норм международного гуманитарного права».[634] Комитет подтверждает, что право на воду включает «такие обязательства, которыми государства-участники связаны в соответствии с международным гуманитарным правом», в том числе «защиту объектов, необходимых для выживания гражданского населения».[635] В числе действий, которые могут составлять нарушение права на воду, Комитет называет также «произвольное или необоснованное ограничение доступа к системам или объектам водоснабжения или отказ в таком доступе» и «необеспечение защиты водораспределительных систем (например, трубопроводных сетей и колодцев) от вмешательства в их функционирование, от нанесения им ущерба и их разрушения».[636]

Наличие, качество и доступность воды могут подвергаться риску в результате нападений на инфраструктуру.  Вне зависимости от того, были ли повреждения вызваны преднамеренным или неизбирательным нападением, это может нарушать функционирование систем водоснабжения (трубопроводов, колодцев, автоцистерн), что может приводить к полной или временной остановке водоснабжения, либо это может вызывать заражение воды, что может делать ее непригодной для использования. В результате может иметь место нарушение законов и обычаев войны и права на воду. Произвольные или необоснованные действия также могут достигать уровня нарушения права на воду.

 

 

Об авторах

Этот доклад подготовлен и написан старшим исследователем по кризисам и конфликтам Белкис Вилле и исследователем по кризисам и конфликтам Ричардом Вейром, при участии старшего ассистента Шарбель Саллум и старшего ассистента по Ираку. Анализ спутниковых снимков выполняли Каролина Хорда Альварес и директор этого направления Джош Лайонс. Анализ видео и фотографий выполняла руководитель исследований открытых источников Габриэла Айвенс.

Редакция: Ида Сойер, и.о. директора по кризисам и конфликтам; Джеймс Росс, директор по юридическим и политическим вопросам; Фред Абрахамс, замдиректора по программам; Эмина Черимович, старший исследователь по правам людей с инвалидностью; Луи Шарбонно, директор в ООН; Бонни Доэрти, старший исследователь по вопросам оружия; Билл ван Эсвельд, замдиректора по правам детей; Джо Эймон, консультант по праву на здоровье; Сара Кайяли, исследователь по Сирии; Эмма Синклер-Уэбб, директор по Турции; Джо Сторк, замдиректора по Ближнему Востоку и Северной Африке; Летта Тэйлер, старший исследователь по кризисам и конфликтам. Подготовка к публикации: Мадлен де Фигейреду, сотрудник по кризисам и конфликтам; Трэвис Карр, координатор фотографий и публикаций; Фицрой Хепкинс, старший административный менеджер; Хосе Мартинес, старший административный координатор.

Human Rights Watch благодарит всех тех людей, без рассказов которых о пережитом этот доклад не смог бы состояться, а также волонтеров Sentry Syria и СГО, которые порой с риском для себя документировали отдельные эпизоды. Отдельная благодарность – простым людям и журналистам за фото- и видеофиксацию последствий ударов. Без этой работы нам не удалось бы настолько детально и достоверно восстановить картину каждого эпизода. Мы также признательны Syrian Archive за предоставленные свыше 4 тыс. видео, собранных этой расследовательской группой в соцсетях. Human Rights Watch выражает признательность Planet Labs за предоставленные спутниковые снимки, анализ которых составляет существенную часть нашего исследования.nbsp;