Власти Узбекистана продолжали ограничивать и подавлять независимую правозащитную деятельность и свободу выражения мнений, преследуя активистов, блогеров и других по необоснованным уголовным обвинениям, включая «оскорбление президента с использованием Интернета». Как минимум два блогера остаются в психиатрических учреждениях, куда они были принудительно госпитализированы в нарушение их прав на свободу, неприкосновенность и охрану здоровья. Однополые сексуальные отношения по взаимному согласию между мужчинами оставались уголовно наказуемыми, а безнаказанность за домашнее насилие продолжала быть нормой. Заключенные и задержанные сообщали о пытках и жестоком обращении. Риски принудительного труда и ограничения свободы ассоциаций для сельскохозяйственных рабочих в Узбекистане сохранялись в 2025 году.
Привлечение к ответственности и правосудие
13 мая 2025 года исполнилось 20 лет со дня Андижанских событий, когда правительственные силы безопасности открыли огонь по в основном мирной толпе протестующих и наблюдателей, включая женщин и детей, в результате чего были убиты и ранены сотни людей. За все годы, прошедшие со дня трагедии, власти Узбекистана так и не инициировали независимое расследование — и ни один человек не был привлечен к ответственности за тяжкие преступления и нарушения прав человека, совершенные во время и после событий.
Власти также до сих пор уклоняются от ответственности за гибель и тяжелые ранения людей, произошедшие в июле 2022 года в Каракалпакстане - автономной республике в составе Узбекистана, - когда правительственные войска применили неоправданную силу, в том числе летальную, для разгона по большей части мирных протестующих.
В своем заключении, опубликованном в марте, Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям признала, что лишение свободы каракалпакского юриста и блогера Даулетмурата Тажимуратова, которого власти обвинили в организации протестов в Каракалпакстане, является произвольным, и призвали Узбекистан к его немедленному освобождению и выплате ему компенсации. Тажимуратов продолжает подвергаться бесчеловечному обращению и пыткам в заключении. 24 марта адвокат Тажимуратова Сергей Майоров подробно рассказал о «пытках психического и физического направления», включая предполагаемые избиения Тажимуратова другими заключенными по поручению тюремной администрации и антисанитарные условия содержания.
Гражданское общество
Правозащитники и активисты продолжали сталкиваться с притеснениями и преследованиями в отместку за свою мирную правозащитную деятельность, а независимые правозащитные организации продолжали сталкиваться с препятствиями при попытках зарегистрироваться в Министерстве юстиции. В начале мая заграничный паспорт правозащитницы Шарифы Мадрахимовой был намеренно испорчен и уничтожен, что не позволило ей выехать за границу на церемонию вручения ей премии за правозащитную деятельность в Узбекистане. 23 мая суд в Ташкенте обязал правозащитника Абдурахмона Ташанова, руководителя правозащитной организации «Эзгулик», выплатить эквивалент нескольких тысяч долларов США в качестве компенсации морального вреда в рамках гражданского дела о защите чести и достоинства из-за безобидного поста в Facebook.
В конце мая Министерство юстиции возбудило дело в отношении Гульноз Мамарасуловой, директора узбекского отделения Ассоциации «Центральная Азия», по обвинению в предполагаемых административных правонарушениях, включая непредоставление министерству информации об изменении места проведения мероприятия и неуведомление властей об участии иностранных граждан в онлайн-мероприятии. 10 июня суд в Ташкенте, на заседании, о котором Мамарасулова не была уведомлена и в котором ей не была предоставлена возможность присутствовать, признал её виновной в «предоставлении заведомо ложной информации» и назначил ей штраф.
В августе Дилдоре Хакимовой, незаконно осужденной активистке, отбывающей шестилетний срок, был поставлен медицинский диагноз, требующий химиотерапии и хирургического вмешательства. 4 сентября ее адвокат обратился в Верховный суд с просьбой об освобождении Хакимовой по медицинским основаниям. Ее сообвиняемая, так же неправосудно осужденная активистка Наргиза Келдиёрова, также остается за решеткой — она была приговорена к шести с половиной годам лишения свободы.
Несколько каракалпакских активистов были привлечены к уголовной ответственности в 2025 году по обвинениям в «посягательстве на конституционный строй» и/или «распространении материалов, угрожающих общественной безопасности», — включая двух активистов Рината Утамбетова и Зеткербая Абдраманова, задержанных в Казахстане и в России соответственно и выданных в Узбекистан. 17 апреля суд в Каракалпакстане приговорил Утамбетова к двум с половиной годам в исправительной колонии по обеим статьям. В июне его приговор был оставлен без изменений вышестоящей инстанцией. 29 апреля суд в Нукусе приговорил Абдраманова к пяти годам ограничения свободы за посты в социальных сетях, касающихся Каракалпакстана.
Свобода выражения мнений
Власти Узбекистана продолжали вводить неправомерные ограничения на свободу выражения мнений, бросая людей за решетку за ненасильственные правонарушения, такие как «оскорбления президента с использованием Интернета». Диффамация и оскорбление остаются уголовно наказуемыми деяниями, несмотря на обещание в 2020 году президента Мирзиёева декриминализировать оба состава.
28 февраля Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям признала, что насильственная психиатрическая госпитализация блогера Валижона Калонова была необоснованной и произвольной. Несмотря на призывы Рабочей группы ООН к властям «немедленно освободить» Калонова и выплатить ему компенсацию, на момент подготовки настоящего доклада, он оставался в психиатрическом учреждении.
В середине февраля суд в Каракалпакстане вынес решение о принудительной психиатрической госпитализации Дауран Алламбергеновой, гражданки Узбекистана, которую привлекли к ответственности по обвинениям в «сепаратизме» и «оскорблении президента с использованием Интернета» в ее постах в Telegram. По сведениям Виталия Пономарева, эксперта по Центральной Азии, в отношении еще не менее 14 человек в Каракалпакстане возбуждены уголовные дела в связи с их якобы «сепаратистскими» постами в социальных сетях. Это происходит в рамках продолжающейся кампании по подавлению свободы слова, воспринимаемой властями, как призывы за независимость Каракалпакстана.
Пытки и бесчеловечное обращение
Пытки и бесчеловечное обращение остаются серьезными проблемами. В феврале правозащитные организации и местные блогеры сообщили о смерти в заключении — в результате не связанных между собой инцидентов — двух человек, одним из которых был каракалпакский блогер Мустафа Турсынбаев, и о третьем мужчине, доставленном в больницу в бессознательном состоянии после задержания силовиками.
В середине мая суд в Ташкенте признал троих сотрудников органов внутренних дел виновными в применении пыток к задержанным подозреваемым. Двое из них были приговорены к пяти годам и одному месяцу лишения свободы. Третий сотрудник, который дополнительно обвинялся в сбыте поддельных денег, получил десять лет лишения свободы.
По информации правозащитной организации «Эзгулик», 34-летний мужчина из Намангана получил тяжелые травмы в середине августа, когда был избит сотрудниками органов внутренних дел с применением дубинок и электрошокера. Его мать рассказала СМИ, что полицейские сломали её сыну ребра, пробили легкое, повредили печень и поджелудочную железу, а селезенку врачам пришлось удалить. На тот момент власти сообщали, что возбуждено уголовное дело по статье «умышленное причинение тяжкого телесного повреждения».
2 сентября отец активиста Жумасапара Дадебаева, этнического туркмена, обратился к омбудсмену Узбекистана, заявив, что его сын, выступавший за независимость Каракалпакстана и отбывающий 12-летний срок после осуждения по сомнительным обвинениям, в том числе в «посягательстве на конституционный строй», подвергается насилию и бесчеловечному обращению со стороны одного из охранников колонии.
Свобода вероисповедания
Власти Узбекистана продолжают ограничивать свободу религии, препятствуя регистрации религиозных объединений, подвергая людей, отбывших наказание по религиозным мотивам, произвольным проверкам и привлекая к уголовной ответственности мусульман по широким и расплывчато сформулированным обвинениям в экстремистской деятельности. В середине декабря 2024 года суд в Карши приговорил восьмерых мусульман к различным срокам лишения свободы от шести до десяти с половиной лет за встречи, на которых они обсуждали ислам. В апреле приговор был оставлен без изменений вышестоящей инстанцией.
20 февраля президент Шавкат Мирзиёев подписал закон, предусматривающий штраф в размере около 275 долларов США или арест сроком до 15 суток для родителей или опекунов за «незаконное» вовлечение своих детей в религиозное образование.
Власти, по всей видимости, также злонамеренно продлевают сроки лишения свободы уже осужденных мусульман. В июне Forum18 — организация, занимающаяся мониторингом религиозных свобод, — сообщила, что суд в марте и мае 2025 года приговорил к дополнительным срокам двоих отбывающих ранее назначенное наказание мусульман.
Принудительный труд
В марте 2025 года неправительственная организация Узбекский форум по правам человека сообщала, что риск принудительного труда в хлопковом секторе Узбекистана остается высоким: эта отрасль по-прежнему носит угнетательский и эксплуатационный стиль управления по отношению к сельскохозяйственным рабочим, из-за сохраняющегося государственного контроля над уровнем производства хлопка.
В докладе отмечалось, что сбор урожая 2024 года отличался «острой нехваткой сборщиков-добровольцев» и что власти некоторых районов прибегали к принуждению, чтобы мобилизовать сборщиков или вымогать деньги для оплаты труда «сборщиков на замену», для выполнения производственных квот, устанавливаемых центральной властью. Сельскохозяйственные рабочие и фермеры продолжали сталкиваться с препятствиями в реализации прав на свободу ассоциаций и свободу объединений .
Сексуальная ориентация и гендерная идентичность
Узбекистан продолжает игнорировать призывы декриминализировать однополые сексуальные отношения по взаимному согласию между мужчинами, которые остаются уголовно наказуемыми в соответствии со статьей 120 Уголовного кодекса Узбекистана, которая используется сотрудниками органов внутренних дел для преследований гомосексуальных и бисексуальных мужчин, а также трансгендерных женщин — в том числе посредством угроз уголовного преследования. Лесбиянки, геи, бисексуальные и трансгендерные (ЛГБТ) люди подвергаются притеснениям и дискриминации со стороны как государственных, так и негосударственных акторов.
Местная правозащитная организация сообщала Human Rights Watch, что в 2025 году по статье 120 были привлечены к уголовной ответственности как минимум 16 человек. Организация зафиксировала десятки случаев разного рода преследований ЛГБТ людей со стороны правоохранительных органов, в частности шантажа, вымогательства, угроз и непредставлении помощи по причине сексуальной ориентации.