Если бы мертвые могли говорить

Массовые пытки и гибель задержанных в Сирии

Краткое содержание и рекомендации доклада Хьюман Райтс Вотч

(полная версия доклада доступна на английском языке)

Краткое содержание

Можно взять фотографии неизвестно откуда и сказать, что это пытки… Все эти факты не проходят никакой проверки, так что это все голословные утверждения.

- Президент Сирии Башар Асад в интервью журналу Foreign Affairs 20 января 2015 г.

Я знаю это место на фотографиях как свои пять пальцев – каждый камень, каждый кирпич. Я там жил круглые сутки. Самому таскать [трупы] приходилось.

- Сулейман Али (настоящее имя не разглашается), бывший солдат-срочник, служивший в 601-м военном госпитале

С начала массовых антиправительственных выступлений в Сирии в 2011 г. в местах содержания под стражей, подведомственных сирийским спецслужбам (мухабарат), погибло множество людей. В 2012 г. Хьюман Райтс Вотч были установлены и картографированы 27 таких изоляторов по всей стране, в том числе целый ряд – в Дамаске. На тот момент не было возможности с определенностью оценить масштабы недозволенного обращения и число смертей задержанных, хотя свидетельства бывших задержанных и перебежчиков последовательно указывали на широкое распространение изолированного содержания и пыток и на высокую смертность среди задержанных.

В январе 2014 г. появились сообщения о том, что один из перебежчиков вывез из Сирии десятки тысяч фотографий, значительная часть которых представляла собой снимки трупов людей, умерших в местах содержания под стражей. Этот перебежчик, ставший известным под псевдонимом «Цезарь», был проинтервьюирован международной группой юристов и сирийских активистов. Он заявил, что был штатным судебно-медицинским фотографом военной полиции и по роду службы лично фотографировал трупы многих задержанных и помогал архивировать тысячи других аналогичных снимков.

Как представляется, фотосъемка трупов велась в рамках бюрократической отчетности сирийских спецслужб по тысячам случаев гибели задержанных с 2011 г., а также по фактам гибели своих сотрудников в столкновениях с вооруженной оппозицией. Относительно точных мотивов ведения такого архива ясности нет. Сам Цезарь в одном из интервью говорил, что «часто задумывался над этим», но может лишь предполагать, что «режим документирует все – чтобы не забыть. И эти смерти тоже… Если однажды судьям придется возвращаться к старым делам, они [эти фотографии] им понадобятся».

По подсчетам международной экспертной группы, которая готовила первый обзор фотографий, Цезарь, перед тем как бежать, переправил из Сирии больше 50 тысяч снимков на дисках и USB-накопителях.

Вывезенные материалы Цезарь передал оппозиционному Сирийскому национальному движению, представители которого создали Сирийскую ассоциацию по пропавшим без вести задержанным и узникам совести (SAFMCD). Эта ассоциация и выступала непосредственным держателем файлов. В марте 2015 г. Сирийское национальное движение передало Хьюман Райтс Вотч 53 275 уникальных файлов, заявив, что они представляют собой полный массив собранных Цезарем материалов и что они не подвергались обработке, если не считать возможного изменения размера при передаче данных. Судя по датировке файлов, фотографии были сделаны в период мая 2011 г. – августа 2013 г. (в августе 2013 г. Цезарь бежал).

Фотоархив Цезаря

Полученный Хьюман Райтс Вотч архив фотографий Цезаря можно разделить на три части.

К первой – самой крупной – группе снимков относятся 28 707 фотографий трупов людей, которые, как представляется, умерли после задержания властями либо в одном из мест содержания под стражей, либо после перевода в военный госпиталь. Общим признаком является наличие в каждом случае идентификационных номеров (обычно трех), которые нанесены непосредственно на труп или обозначены на табличке, лежащий рядом с телом или находящейся в кадре. По каждому трупу имеется несколько снимков, обычно четыре – пять (встречается от 3 до более 20). В SAFMCD, где обработали весь архив и отсортировали фотографии по каждому умершему, пришли к выводу, что 28 707 фотографий соответствуют по меньшей мере 6 786 умершим, каждый из которых имеет свои уникальные идентификационные номера.

Вторая группа – это фотографии погибших военнослужащих или сотрудников спецслужб. Эти снимки, как и снимки из первой группы, делались в моргах военных госпиталей, однако их отличает наличие на табличке имени умершего, иногда также даты смерти. Во многих случаях перед именем стоит слово шахид (павший герой) с указанием воинского звания. Имя, слово шахид и воинское звание также нередко включены в название файла.

Третья группа фотографий, которые, как отмечалось выше, делались военной полицией, - это снимки мест инцидентов различного характера: последствия взрывов, покушений на силовиков, пожаров и подрывов автомашин. В названии папки с соответствующей подборкой фотографий указана категория происшествия, дата, иногда имя пострадавшего. Хьюман Райтс Вотч удалось отследить часть этих происшествий и убийств, которые в свое время освещались в сирийских СМИ, и получить таким образом дополнительное подтверждение подлинности фотографий.

В этом докладе Хьюман Райтс Вотч детально анализируется преимущественно первая группа снимков.

Умершие задержанные

Все снимки из первой группы фотоархива Цезаря (как мы считаем – трупов задержанных) были сделаны в помещениях, похожих на морги, или во дворе, который, как утверждает сам Цезарь, относился к гаражу одного из военных госпиталей. О том что снимки делались в сирийских военных госпиталях, Цезарь говорил и международной группе юристов, которые исследовали фотографии, и Конгрессу США. «Здесь вы видите гараж военного госпиталя, - рассказывал он в Конгрессе. – Мы обычно работали в морге, но пошел такой вал трупов, что мы решили подключить гараж». Сопоставление спутниковых снимков и геоданных со свидетельством перебежчика из 601-го военного госпиталя позволяет нам говорить о том, что фотографии были сделаны во дворе гаража 601-го военного госпиталя в Меззе (Дамаск). По названиям папок с фотографиями, а также по находящимся там же фотографиям медицинских документов и приказов военной полиции можно определить, что снимки делались фотографами военной полиции при участии военных патологоанатомов в 601-м военном госпитале в Меззе и в военном госпитале в Тишрине (Дамаск).

Чтобы понять смысл идентификационных номеров на фотографиях, Хьюман Райтс Вотч обратилась к показаниям Цезаря в Конгрессе США и к материалам интервью с ним, которые в течение трех дней проводила международная группа юристов (там подробно затрагивались и вопросы номеров). Мы также сами проинтервьюировали двух перебежчиков, служивших в Дамаске, бывшего военнослужащего-срочника из 601-го военного госпиталя и бывшую медсестру из военного госпиталя в Тишрине. О том что номера писали на трупах или на табличках, также рассказывали бывшие задержанные, которые видели, как это происходило перед вывозом тел из того или иного отдела спецслужб. Наконец, мы ознакомились со служебными документами, касающимися фотографирования и перевозки трупов, которые имеются в архиве Цезаря или которые передавались непосредственно нам перебежчиками.

На основании  всей этой информации мы полагаем, что упоминавшиеся три номера означают следующее:

  • Номер отдела, который имеет каждое подразделение сирийских спецслужб, например 215-й отдел военной разведки, 227-й районный отдел военной разведки.
  • Личный номер задержанного, который присваивается каждому человеку, содержащемуся в соответствующем отделе.
  • Номер освидетельствования или смерти, который присваивается патологоанатомом военного госпиталя при регистрации факта смерти, подготовке заключения и вызове военного фотографа.

Самый большой массив фотографий архива Цезаря относится к изоляторам пяти отделов в Дамаске (из них четыре относятся к военной разведке):

Подразделение спецслужб

Число жертв, по которым имеется номер данного отдела

215-й отдел (военная разведка)

3 532

227-й отдел (военная разведка)

2 043

Разведка ВВС, обозначена арабской буквой ج - по первой букве названия

352

216-й «патрульный» отдел (военная разведка)

293

235-й «палестинский» отдел (военная разведка)

127

Имеются также фотографии, относящиеся к ряду других мест, включая 248-й «следственный» отдел военной разведки, 220-й отдел военной разведки в Саасе (город к юго-западу от Дамаска), изолятор 4-й бригады и военную тюрьму в Сиднайе.

Важно отметить, что фотоархив Цезаря не является исчерпывающим сводом данных по умершим задержанным в районе Дамаска за период, когда делались и собирались фотографии. Из многих мест содержания под стражей трупы отправляли в 601-й военный госпиталь и военный госпиталь в Тишрине, однако перебежчик, служивший охранником в отделе госбезопасности в Эль-Хатибе, сообщил Хьюман Райтс Вотч, что из его отдела умерших отвозили в военный госпиталь в Харасте в северо-восточной части «большого Дамаска», а не в 601-й госпиталь и не в Тишрин, где работал Цезарь. Более того, архив Цезаря представляет собой не просто случайную подборку снимков, поскольку он копировал и другие фотографии, когда имел для этого безопасную возможность. Таким образом, число умерших задержанных по материалам архива Цезаря отражает только часть статистики по Дамаску или даже по упомянутым отделам за те 27 месяцев, в течение которых военная полиция и патологоанатомы фотографировали умерших. На основании анализа последовательности номеров освидетельствования/смерти в SAFMCD пришли к заключению, что фотоархив Цезаря содержит снимки по меньшей мере 11 000 трупов в двух военных госпиталях в Дамаске с мая 2011 г. по август 2013 г. (в августе 2013 г. Цезарь бежал).

Верификация фотографий: истории жертв

Хьюман Райтс Вотч поставила перед собой задачу найти ответы на три ключевые группы вопросов относительно снимков умерших задержанных: 1) являются ли эти фотографии подлинными, то есть действительно фотографиями трупов задержанных; 2) если да, то что было причиной смерти стольких людей; 3) как оказались трупы в военных госпиталях и что с ними произошло впоследствии.

Для верификации фотографий Хьюман Райтс Вотч провела углубленное изучение причин смерти 27 задержанных, чьи трупы фигурируют на снимках. Эта работа включала анализ сведений, предоставленных семьями умерших и теми, кто содержался под стражей вместе с ними. Мы также провели сопоставление фотографий этих 27 человек, сделанных до ареста и после смерти (последние – из архива Цезаря).

Поиск родственников умерших задержанных, фотографии которых имелись в архиве Цезаря, облегчался тем обстоятельством, что в марте 2015 г. несколько тысяч снимков были размещены SAFMCD в интернете, опубликованы сирийским онлайновым информационным ресурсом Zaman al-Wasl и разошлись по различным группам в Facebook о судьбе людей, исчезнувших, задержанных или убитых в Сирии. Отредактированные или отретушированные версии снимков истощенных тел ранее уже публиковались мировыми СМИ в сюжетах о фотоархиве Цезаря в январе 2014 г., однако обнародованные в марте 2015 г. снимки впервые обеспечили родственникам реальную возможность опознания. Многие родственники и знакомые задержанных, а также различные активисты целыми днями просматривали фотографии, надеясь найти пропавших. Некоторые напрямую выходили на SAFMCD, откуда после подтверждения родства получали все снимки конкретного человека.

Хьюман Райтс Вотч удалось верифицировать истории по 27 задержанным, в отношении которых было установлено соответствие заявлений семьи об обстоятельствах ареста и физических особенностях человека имеющимся фотографиям. Среди этих 27 человек были 14-летний подросток и молодая женщина (обе истории приводятся в докладе). Для целей идентификации наши исследователи просили родственников сообщить о характерных приметах (родимые пятна, шрамы, татуировки), сопоставляли дату ареста с датой, которая присутствует на фотографии умершего, а также пытались получить свидетельства бывших задержанных, которые видели соответствующего человека в одном из мест содержания под стражей.

В восьми случаях бывшие задержанные видели опознаваемого человека живым, в четырех – были свидетелями его смерти или видели труп. В некоторых задокументированных в этом докладе случаях родственники получали от SAFMCD снимки умершего в полный рост и могли с уверенность опознать его по одежде или другим приметам, которые на имеющихся в интернете фотографиях не видны. Семьи восьми из 27 умерших задержанных дали согласие на обнародование обстоятельств смерти, и эти истории приведены в докладе.

Настоящий доклад основан в общей сложности на 27 интервью с родственниками умерших задержанных, с 37 бывшими задержанными и четырьмя перебежчиками, которые служили в местах содержания под стражей в Сирии или в военных госпиталях в Дамаске.

Сирийскими активистскими группами опознано намного больше умерших в дополнение к тем 27 случаям, которые анализировались Хьюман Райтс Вотч. В SAFMCD (они первыми опубликовали фотографии) нам сообщили, что на них выходили более 700 семей, утверждавших, что они опознали на снимках своих пропавших родственников. Публично обсуждать смерть близкого человека, как говорят в SAFMCD, была готова только каждая десятая семья, поскольку люди опасались последствий для себя или оставшихся в Сирии родственников.

Для верификации фотографий Хьюман Райтс Вотч также использовала метаданные. Хотя на большинстве снимков умерших задержанных не сохранились оригинальные данные при копировании еще в Сирии, по меньшей мере на 271 фотографиях сохранилось имя одной из четырех моделей камер, которыми велась съемка, и частично сохранилась датировка. В июле 2015 г. появились сообщения о том, что Федеральное бюро расследований провело экспертизу одного блока фотографий из архива Цезаря и не нашло следов каких-либо манипуляций.

Наконец, исследователи Хьюман Райтс Вотч проверили подлинность и обработали группу снимков медицинских заключений, справок о смерти, личных документов и военных приказов, которые также были вывезены Цезарем из Сирии. Эти документы дополнительно подтверждают, что фотографии делались в сирийских военных госпиталях на основании письменного приказа органа военной юстиции. Приказы подтверждают то, что из отделов спецслужб трупы отправляли в военные госпитали для регистрации и захоронения.

Причины смерти

Блок из 72 фотографий 19 умерших (включая тех, чьи профили приведены в этом докладе) Хьюман Райтс Вотч передала на судебно-медицинскую экспертизу «Врачам за права человека». Группа судебных патологоанатомов этой организации отсмотрела снимки на предмет следов пыток и причин смерти и установила наличие признаков ударного воздействия тупым твердым предметом, удушения, голодного истощения, в одном случае – огнестрельного ранения головы. На некоторых снимках, с которыми работали Хьюман Райтс Вотч и «Врачи за права человека», на трупах задержанных наблюдались большие открытые черепно-мозговые травмы, огнестрельные ранения или засохшая кровь из полостей тела. На многих снимках тела истощены и видны следы пыток.

Работающий на SAFMCD врач (не является судебно-медицинским экспертом) отсмотрел все 28 707 фотографий умерших задержанных, фиксируя увиденное в журнале. Сведенная по результатам его работы статистика показывает, что более 40% трупов имеют признаки истощения: выпирающие ребра, выраженные кости таза, впалые черты лица. По итогам этой работы были идентифицированы одна женщина и около 100 подростков мужского пола (последних врач SAFMCD идентифицировал по внешним признакам, таким как волосяной покров на голове и теле).

Для дальнейшего понимания обстоятельств смерти задержанных с фотографий Цезаря Хьюман Райтс Вотч провела исследование условий содержания в отделах спецслужб в Дамаске, включая четыре из пяти отделов, к которым относится большинство умерших на фотографиях:

  • печально известный 215-й отдел военной разведки, который многие бывшие задержанные называли «отделом смерти»;
  • 227-й «районный» отдел военной разведки;
  • отдел разведки ВВС в Дамаске;
  • 235-й «палестинский» отдел военной разведки.

Мы проинтервьюировали 37 бывших задержанных и двух бывших охранников подразделений спецслужб в Дамаске. Для понимания степени доступности медицинской помощи, обращения с задержанными и посмертных мероприятий наши сотрудники также проинтервьюировали двух бывших военных, служивших в военных госпиталях в Харасте и Меззе (601-й), а также бывшую медсестру военного госпиталя в Тишрине.  Нас прежде всего интересовали те люди, которые владели информацией из первых рук относительно системы номерного учета задержанных.

Задержанные содержались в бесчеловечных условиях, проводя месяцы или даже годы в грязных переполненных камерах. По словам бывших задержанных, кормили их настолько скудно, что они постепенно слабели от истощения: один человек рассказал, что за полгода за решеткой потерял 35 кг – почти половину своего веса. Два человека из тех, кого мы интервьюировали для этого доклада, рассказывали, что в «палестинском отделе» они могли помыться два раза в неделю, покупая мыло у охраны; все остальные говорили, что месяцами не видели мыла и что охрана не пускала их мыться. Все наши собеседники отмечали почти полное отсутствие вентиляции в камерах, где из-за этого постоянно было жарко и влажно. Некоторые бывшие задержанные отмечали, что из-за жары и влажности одежда через несколько недель распадалась.

Скудное питание, духота и скученность при отсутствии отдыха создавали в среде задержанных благоприятные условия для распространения болезней. Стресс, вызванный лишением свободы, и пытки, которым подвергались многие задержанные, также приводили к расстройствам психики - вплоть до тяжелых. Бывшие задержанные, которых мы интервьюировали для этого доклада, в том числе двое врачей, называли следующие типичные причины смерти в изоляторах:

  • желудочно-кишечные инфекции, иногда сопровождавшиеся диареей и обезвоживанием,
  • кожные заболевания, способствующие инфицированию,
  • пытки,
  • расстройства психики, при которых задержанный мог отказываться от еды и воды,
  • хронические болезни (гипертония, диабет, астма, почечная недостаточность) в связи с которыми задержанные не получали необходимого лечения.

Обеспечение задержанных медицинской помощью было крайне неудовлетворительным. По словам некоторых свидетелей, больным давали только простейший анальгетик парацетамол, и то лишь в самых тяжелых случаях. Другие отмечали, что в некоторых отделах иногда можно было попасть к врачам, однако те сами избивали задержанных и издевались над ними до такой степени, что к ним старались не обращаться. Перебежчик, который больше семи лет прослужил охранником в отделе госбезопасности в Эль-Хатибе (Дамаск), рассказывал Хьюман Райтс Вотч, что ему приходилось по несколько раз просить у начальника отдела хотя бы одну таблетку анальгетика для задержанного. Немногие из проинтервьюированных нами задержанных говорили, что их отправляли на лечение в военные госпитали (601-й и в Тишрине), но там их приковывали наручниками к койке, избивали и издевались над ними. Рассказы о подобном недозволенном обращении в этих госпиталях подтверждают и перебежчики.

Бывшие задержанные также описывали различные виды пыток в отделах спецслужб, включая шабех (подвешивание за запястья на несколько часов или суток), избиение пластиковой трубой или стальным тросом, электрошок, прижигание. Проинтервьюированные нами бывшие задержанные рассказывали, что следователи или охранники забивали задержанных до смерти, вешали их или оставляли умирать после нескольких кругов пыток.

Посмертные процедуры

Когда задержанный умирал, охрана соответствующего отдела отвозила труп в военный госпиталь, где его размещали в морге или, когда трупов скапливалось слишком много, на открытой площадке гаража. По словам двух перебежчиков, служивших в двух военных госпиталях, когда у них набиралось определенное число трупов, в морг или на территорию приходил патологоанатом и присваивал каждому трупу «номер освидетельствования» (этот номер присутствует на снимках из архива Цезаря наряду с номером отдела и личным номером задержанного). После этого патологоанатом составлял медицинское заключение, отдавал распоряжение на фотографирование трупа военным фотографом и приказывал военнослужащим-срочникам поместить труп в пластиковый мешок. По словам перебежчика Фахида аль-Махмуда, который служил в военном госпитале в Харасте, в заключении о смерти в качестве причины обычно указывалась остановка сердца. В международной группе юристов, которая интервьюировала Цезаря, отмечают, что он также утверждал, что вне зависимости от действительной причины в медицинском заключении указывались только остановка сердца или дыхания. Хьюман Райтс Вотч ознакомилась с тремя справками о смерти, в которых была указана одна из этих причин; при этом мы не видели ни одной, в которой указывались бы иные причины.

Перебежчик из 601-го военного госпиталя, куда свозили сотни трупов со снимков из архива Цезаря, рассказал Хьюман Райтс Вотч, что лично наблюдал «обработку» двух таких партий и помогал в конце грузить трупы в грузовики. Мы также ознакомились с письменными приказами подразделений спецслужб и военных, в которых военным госпиталям предписывалось освидетельствовать трупы и отправить их на захоронение. Фотографии некоторых таких приказов имелись в архиве Цезаря, другие были независимо предоставлены нам одним из перебежчиков.

Двое служивших в военных госпиталях перебежчиков, которых мы проинтервьюировали, рассказали, что солдаты отвозили трупы в братские могилы на принадлежащих военным участках земли в пределах «большого Дамаска», в частности в районы близ кладбища Эн-Наджа, близ базы 3-й бригады и близ военного аэродрома Дамир. Подтвердить эту информацию нам не удалось.

Семьи, которых мы интервьюировали для этого доклада, месяцами или годами искали пропавших родных и близких. Многие заплатили миллионы сирийских фунтов в качестве взяток чиновникам и сотрудникам спецслужб. Хотя большинство семей, опасаясь ареста, не выходили напрямую на отделы спецслужб, некоторые все же отправляли туда официальные запросы, но не получали почти никакой информации об обстоятельствах смерти задержанного. Некоторые получили справку о смерти, в которой просто говорилось, что такой-то умер от остановки сердца или дыхания. Ни одна из проинтервьюированных нами семей не получила тело умершего для похорон.

Мы не располагаем сведениями о случаях, когда по факту смерти какого-либо человека в местах содержания под стражей проводилось независимое расследование или обнародовались результаты каких-либо внутренних официальных расследований, если допустить, что таковые имели место. Международные правозащитные и гуманитарные организации и ООН неоднократно призывал правительство Сирии предоставить им доступ в места содержания под стражей, подведомственные спецслужбам, улучшить условия содержания и прекратить пытки задержанных. Несмотря на это, пытки в местах содержания под стражей остаются постоянным явлением. Задокументированная Хьюман Райтс Вотч и другими правозащитными группами систематическая практика умышленного недозволенного обращения и пыток явно указывает на существование соответствующей государственной политики и таким образом, составляет преступление против человечности.

Фотоархив Цезаря в сочетании со специфическими, организованными и повторяющимися процедурами «обработки» трупов задержанных, которые были задокументированы Хьюман Райтс Вотч и другими, также указывают на существование государственной политики по необеспечению расследования фактов смерти задержанных и мер по устранению предпосылок таких фактов – фактически, политики попустительства и поощрения массовых смертей в местах содержания под стражей. Поскольку фотосъемка и регистрация трупов проводились еженедельно в военных госпиталях в сирийской столице, руководство мест содержания под стражей и военных госпиталей, как и их военное командование, знали или обязаны были знать о массовых случаях смерти задержанных. Любые действия в местах содержания под стражей, которые были частью государственной политики убийств, пыток или иного умышленного причинения сильных страданий, могут быть признаны преступлением против человечности, а командиры, которые знали или обязаны были знать об этих преступлениях, но не предупреждали и не пресекали их или не обеспечивали привлечение виновных к ответственности, могут быть сами подвергнуты уголовному преследованию.

Преступления против человечности могут совершаться как в мирное время, так и в ситуации вооруженного конфликта и представляют собой конкретные «деяния, которые совершаются в рамках широкомасштабного или систематического нападения на любых гражданских лиц», то есть предполагается существование «политики государства или организации, направленной на совершение такого нападения». К конкретным деяниям относятся, в частности, убийство, пытки и «другие бесчеловечные деяния аналогичного характера, заключающиеся в умышленном причинении сильных страданий или серьезных телесных повреждений или серьезного ущерба психическому или физическому здоровью».

Ответственность за совершение преступлений против человечности не ограничивается непосредственными исполнителями, но распространяется и на тех, кто отдавал приказы, оказывал содействие или иным образом выступал соучастником преступления. В соответствии с принципом командной ответственности военное и гражданское руководство вплоть до высшего уровня может быть привлечено к уголовной ответственности за преступления подчиненных, если оно знало или обязано было знать о совершаемых преступлениях, но не приняло разумных мер по их пресечению.

В интервью журналу Foreign Affairs в январе 2015 г. президент Сирии Башар Асад на вопрос о пытках и недозволенном обращении с задержанными в Сирии ответил, что «если есть какой-нибудь беспристрастный и справедливый способ проверить все эти заявления, то мы, конечно, готовы. Это в наших интересах».

С конца октября в Вене с целью содействия возобновлению мирных переговоров проходят встречи Международной группы поддержки Сирии, куда, в частности, входят Иран, Россия, Саудовская Аравия, Турция и США. Хьюман Райтс Вотч призывает правительства этих государств обеспечить, чтобы переговоры привели к немедленному прекращению массовых нарушений и пыток в местах содержания под стражей, для чего необходимо потребовать освобождения всех произвольно задержанных лиц и открытия доступа во все места содержания под стражей в Сирии для международных наблюдателей. Как минимум, в рамках любого переходного процесса в Сирии никакие лица, в отношении которых имеются заслуживающие доверия сведения о причастности к пыткам и другим тяжким преступлениям, не должны занимать руководящих должностей, связанных с местами содержания под стражей.

Совет Безопасности ООН в развитие своей резолюции 2139, в которой было выражено решительное осуждение произвольных задержаний и пыток гражданских лиц в Сирии, а также взятия в заложники, похищений и насильственных исчезновений, должен потребовать от сирийского правительства открытия для признанных международных наблюдателей доступа без предварительного уведомления в любые места содержания под стражей: как официальные, так и неофициальные. Совет Безопасности также должен ввести адресные санкции против должностных лиц, в отношении которых имеются заслуживающие доверия заявления о причастности к нарушениям, и передать сирийское досье Международному уголовному суду.

Сирийские и международные группы, которые занимаются пропавшими без вести в Сирии, должны разработать единую систему учета всех случаев исчезновения людей и информации о неопознанных останках или братских могилах. Эта система должна служить хранилищем всей имеющейся информации (включая архив Цезаря) о судьбе пропавших без вести в Сирии, с тем чтобы облегчить в будущем работу по идентификации останков и передаче их родственникам.

Россия и Иран, как главные акторы, которые поддерживают Дамаск, должны поддержать приведенные выше рекомендации и добиваться от сирийского правительства безотлагательного обнародования имен всех лиц, умерших в местах содержания под стражей, а также принятия всех разумных мер по информированию семей и передаче им тел умерших родственников.

Правительство Сирии должно незамедлительно предоставить признанным профильным международным наблюдателям беспрепятственный доступ без предварительного уведомления во все места содержания под стражей (как официальные, так и неофициальные), включая упомянутые в этом докладе. Власти должны обеспечить раздельное содержание детей и взрослых и санкционировать задержание несовершеннолетних лишь в крайнем случае и на минимально допустимый срок. Необходимо освободить всех произвольно задержанных лиц, включая тех, кого задержали исключительно за политические убеждения, и немедленно покончить с практикой насильственных исчезновений, произвольного ареста и задержания, а также пыток.

Все государства, заинтересованные в прекращении массовых случаев гибели задержанных и широко распространенных пыток и недозволенного обращения с задержанными в Сирии, должны задействовать универсальную юрисдикцию и другие формы юрисдикции, предусмотренные международным правом и внутренним законодательством, для расследования и, при наличии доказательной базы, привлечения к уголовной ответственности сирийских военных и гражданских должностных лиц, по которым имеются заявления о причастности к совершению против задержанных действий, признаваемых в международном праве уголовным преступлением.

Рекомендации

Участникам Венских встреч Международной группы поддержки Сирии

  • Требовать, чтобы в рамках любого переходного процесса в интересах немедленного прекращения массовых нарушений и пыток в местах содержания под стражей обеспечивалось, как минимум, следующее:
  • Никакие лица, в отношении которых имеются заслуживающие доверия сведения о причастности к пыткам и другим тяжким преступлениям, не должны занимать руководящих должностей, имеющих отношение к местам содержания под стражей.
  • Должны быть предприняты усилия по оперативному обеспечению ответственности за широко распространенные нарушения в местах содержания под стражей.
  • Произвольное задержание должно быть прямо запрещено, содержание под стражей должно разрешаться только по ясным законным основаниям с четким ограничением срока. Все произвольно задержанные лица должны быть немедленно освобождены.
  • Независимым инспекционным миссиям должен быть открыт доступ в любые места содержания под стражей в Сирии. Всем задержанным также должны быть разрешены свидания, в том числе с адвокатом.
  • Все задержанные должны оперативно доставляться к обычному судье по уголовным делам для установления законности задержания.
  • Поддержать создание юридически признанного института, который занимался бы выяснением судьбы пропавших без вести и исследованием неопознанных останков и братских могил в Сирии. Такой институт должен иметь широкие следственные полномочия, включая доступ к любым официальным документам и право интервьюировать любых должностных лиц, а также обладать достаточными техническими и юридическими возможностями для идентификации останков и передачи их родственникам.

Совету Безопасности ООН

  • Потребовать от Сирии предоставления признанным профильным международным наблюдателям доступа без предварительного уведомления во все места содержания под стражей (как официальные, так и неофициальные), включая упомянутые в этом докладе.
  • Передать сирийское досье Международному уголовному суду.
  • Ввести адресные санкции против должностных лиц, в отношении которых имеются заслуживающие доверия заявления о причастности к нарушениям.
  • Потребовать от государств приостановить любые военные поставки и военную помощь (включая техническую подготовку и обслуживание) сирийскому правительству и любым вооруженным группировкам, в отношении которых имеются заслуживающие доверия сведения о причастности к совершению серьезных нарушений прав человека, в связи с реальной опасностью того, что поставляемые вооружения и технологии будут использоваться при совершении таких нарушений.
  • Потребовать от Сирии полного сотрудничества с созданной Советом ООН по правам человека Комиссией по расследованию событий в Сирии.
  • Потребовать доступа для гуманитарных миссий, иностранных журналистов и независимых правозащитных организаций.

Сирийским и международным группам, которые занимаются пропавшими без вести в Сирии

  • Разработать единую систему учета всех случаев исчезновения людей и информации о неопознанных останках или братских могилах. Эта система должна служить хранилищем всей имеющейся информации (включая архив Цезаря) о судьбе пропавших без вести в Сирии, с тем чтобы облегчить в будущем работу по идентификации останков и передаче их родственникам. Для удобства работы с системой критерии и процедуры сбора такой информации необходимо стандартизировать. Родственники пропавших без вести должны иметь возможность знакомиться с имеющейся информацией о своих близких.

Правительству Сирии

  • Обнародовать списки всех задержанных, умерших в правительственных изоляторах и тюрьмах, в том числе в местах содержания под стражей, подведомственных спецслужбам.
  • Обнародовать списки всех лиц, которые в настоящее время находятся в местах содержания под стражей.
  • Немедленно покончить с практикой насильственных исчезновений, произвольного ареста и задержания и пыток.
  • Оформлять на основании тщательного судебно-медицинского освидетельствования  справки о смерти на всех задержанных, в отношении которых известно, что они умерли в местах содержания под стражей, и обеспечивать доступность таких документов для родственников.
  • Немедленно предоставить признанным профильным международным наблюдателям беспрепятственный доступ без предварительного уведомления во все места содержания под стражей (как официальные, так и неофициальные), включая упомянутые в этом докладе.
  • Обеспечить задержанным регулярное питание надлежащей калорийности и качества и обеспечивать всех задержанных питьевой водой в любое время по потребности, как предусмотрено принятыми ООН Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (1955).
  • Обеспечить задержанным санитарно-гигиенические условия и регулярную помывку не менее одного раза в неделю, как предусмотрено принятыми ООН Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (1955).
  • Обеспечить задержанным оперативную и доступную медицинскую помощь, как предусмотрено принятыми ООН Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (1955).
  • Освободить всех произвольно задержанных лиц, включая тех, кого задержали исключено за политические убеждения.
  • Обеспечить раздельное содержание детей и взрослых и задержание несовершеннолетних лишь в крайнем случае и на минимально допустимый срок.
  • На период проведения расследования отстранять от исполнения обязанностей сотрудников спецслужб, в отношении которых имеются заслуживающие доверия заявления о нарушениях прав человека.
  • Отменить указы, имеющие силу закона, № 14 от 15 января 1969 г. и № 69, в соответствии с которыми уголовное преследование любых сотрудников сил внутренней безопасности, политической безопасности и таможенной полиции возможно только с санкции главного командования сухопутных войск и вооруженных сил.
  • Немедленно обеспечить беспрепятственный доступ в страну и оказывать содействие независимым наблюдателям, журналистам и правозащитникам, включая спецдокладчика ООН по внесудебным, произвольным и суммарным казням, Управление верховного комиссара ООН по правам человека и созданную Советом ООН по правам человека Комиссии по расследованию событий в Сирии.

России и Ирану, как главным акторам, которые поддерживают Дамаск

  • Настоятельно призывать правительство Сирии к выполнению приводимых здесь рекомендаций, в особенности в части немедленного открытия беспрепятственного доступа во места содержания под стражей для признанных профильных международных наблюдателей и освобождения всех произвольно задержанных лиц.

Всем государствам

  • В индивидуальном или, где целесообразно, коллективном порядке в рамках региональных механизмов принимать, сохранять или ужесточать адресные санкции в отношении сирийских должностных лиц, по которым имеются правдоподобные сведения о причастности к продолжающимся серьезным нарушениям международных норм о правах человека.
  • Задействовать универсальную и другие формы юрисдикции, предусмотренные международным правом и внутренним законодательством, для расследования и, при наличии доказательной базы, уголовного преследования в отношении сирийских военных и гражданских должностных лиц, по которым имеются заявления о причастности к совершению против задержанных действий, признаваемых в международном праве уголовным преступлением.
  • В случаях, когда это допускает национальное законодательство, вести сбор доказательств, которые могут иметься внутри страны, имея в виду возможность их использования в дальнейшем для уголовного преследования внутри страны, если подозреваемый окажется на ее территории, либо для содействия уголовному преследованию в другой юрисдикции.
  • Призывать Совет Безопасности ООН к передаче сирийского досье Международному уголовному суду как формату, который в наибольшей степени способен обеспечить эффективное расследование и уголовное преследование лиц, несущих главную ответственность за нарушения в Сирии.