Светлана Прокопьева, Псков, Россия и Абдулмумин Гаджиев, Махачкала, Россия.

© 2019 Павел Дмитриев (фото слева); 2019 Арсен Шабанов (фото справа)

Два независимых журналиста в разных частях страны оказались под катком российского антитеррористического законодательства, которое власти неправомерно используют для подавления оппонентов.

20 сентября абсурдное обвинение в «оправдании терроризма» было предъявлено псковской журналистке Светлане Прокопьевой. Ей грозит до семи лет лишения свободы. В опубликованном на этой неделе рядом российских СМИ открытом письме Прокопьева называет свое уголовное дело «кулаком в лицо каждому журналисту нашей страны»: «Нельзя заранее знать, какие именно слова, в каком порядке расставленные, заденут очередного облеченного властью силовика. Они назвали преступлением высказанное мнение. Они конструируют преступника из человека, который просто сделал свою работу».

Эта история началась с эфира на псковском «Эхе Москвы» в ноябре 2018 года, в ходе которого обсуждался самоподрыв 17-летнего подростка у входа в архангельское УФСБ. Анализируя случившееся, Светлана подчеркивала, что молодой человек вырос в условиях репрессивного государства, в котором мирный активизм чреват репрессиями, а права и свободы человека попираются, и это может являться серьезным фактором радикализации молодежи.

В открытом письме Светлана рассказывает, что узнала о возбуждении дела в феврале этого года, когда «открыла дверь на звонок, и десяток вооруженных людей в касках оттеснили меня щитами к стене в дальней комнате». Во время последовавшего обыска у нее изъяли ноутбуки и другую технику, а в августе заблокировали банковские счета: «Им осталось отобрать у меня последнее — свободу — и вот, 20 сентября мой процессуальный статус изменился».

Между тем в Дагестане с июня сидит в СИЗО редактор отдела религии известного в республике еженедельника «Черновик» Абдулмумин Гаджиев. Его обвиняют в участии в террористической организации и содействии терроризму. В деле, по которому можно сесть на 20 лет, фигурирует запрещенное в России «Исламское государство», а все обвинение построено на статье об исламском благотворительном фонде, которую Гаджиев опубликовал еще в 2013 году.

Целый ряд журналистов и экспертов в один голос утверждают, что Гаджиев всегда был противником ИГ. Но вот он сам, и его издание много высказывались о практике использования обвинений в терроризме против дагестанских «нетрадиционных» мусульман. Фактически, в условиях широких гонений на местных последователей салафизма «Черновик» остался совершенно уникальной площадкой публичной дискуссии. Само издание и его журналисты не раз подвергались давлению и уголовному преследованию по надуманным обвинениям. В 2011 г. был убит учредитель и издатель «Черновика» Хаджимурад Камалов.

Уголовные дела против Светланы Прокопьевой и Абдулмумина Гаджиева – это явная попытка сведения счетов с неугодными журналистами. При всех различиях в обстоятельствах этих двух дел налицо общий недвусмысленный посыл, адресованный властями всей независимой российской журналистике.