II . Юридические обязательства Кыргызстана и реальная ситуация с пытками и недозволенным обращением

Международно-правовые обязательства

Запрет пыток относится к числу основополагающих международных норм о правах человека и не допускает права отступления ни при каких обстоятельствах. Кыргызстан является участником основных международных договоров, безоговорочно запрещающих пытки, в том числе в период официально введенного чрезвычайного положения. К таким договорам относятся, в частности, Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. и Конвенция ООН против пыток 1984 г.[13]

Международное право также обязывает государство предупреждать, расследовать и преследовать в уголовном порядке факты пыток и другого недозволенного обращения. Обязанность провести эффективное расследование возникает у государства в любой ситуации, когда имеются разумные основания предполагать факт пыток. Государство обязано обеспечивать наличие эффективных механизмов реагирования на жалобы пострадавших и уголовного преследования как лиц, непосредственно причастных к пыткам, так и тех, кто отдает такие приказы или кто в силу своего служебного положения не принимает мер по предупреждению пыток или наказанию за них.

Обязательство по уголовному преследованию лиц, обвиняемых в пытках, распространяется как на непосредственных исполнителей, так и на соучастников, включая вышестоящих должностных лиц, которые знали или обязаны были знать о таких фактах.[14] Конвенция против пыток требует от государства «предпринимать эффективные законодательные, административные, судебные или другие меры для предупреждения актов пыток на любой территории под его юрисдикцией»,[15] а также обеспечивать любому пострадавшему от пыток получение возмещения и подкрепляемое правовой санкцией право на справедливую и адекватную компенсацию.[16]

Международный пакт о гражданских и политических правах налагает на государство обязательство «обеспечить любому лицу, права и свободы которого, признаваемые в настоящем Пакте, нарушены, эффективное средство правовой защиты, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве», а также «обеспечить, чтобы право на правовую защиту для любого лица, требующего такой защиты, устанавливалось компетентными судебными, административными или законодательными властями или любым другим компетентным органом, предусмотренным правовой системой государства, и развивать возможности судебной защиты».[17]

14 апреля 2008 г. Кыргызстан также ратифицировал Факультативный протокол к Конвенции против пыток, предусматривающий регулярный очный мониторинг исправительных учреждений международными экспертами и создание национального механизма предупреждения и борьбы с пытками и недозволенным обращением.

Внутреннее законодательство и его недостатки

Конституция Кыргызской Республики гласит, что «никто не может подвергаться пыткам и другим бесчеловечным, жестоким или унижающим достоинство видам обращения или наказания».[18] Пытке как отдельному составу преступления посвящена статья 305-1 УК КР, однако максимальное наказание составляет до пяти лет лишения свободы, то есть пытка квалифицируется как менее тяжкое преступление, что также допускает применение амнистии. Столь щадящие санкции означают ненадлежащее исполнение Кыргызстаном международно-правовых обязательств.

Местные эксперты отмечают, что отнесение пытки к менее тяжким преступлениям на практике делает более вероятным возбуждение уголовного дела по таким фактам по статье 305 «Превышение должностных полномочий» (тяжкое преступление). При этом суд может впоследствии переквалифицировать обвинение на статью 305-1, но не наоборот. Прокуроры и следователи опасаются, что в случае, если им не удастся доказать факт пыток по статье 305-1, дело, скорее всего, будет возвращено на дополнительное расследование, а это негативно скажется на показателях их работы.

Уголовное преследование за пытки возможно также по статье 325 УК, которая предусматривает до 12 лет лишения свободы за «принуждение … к даче показаний … путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороны лица, производящего предварительное расследование или дознание».[19] На практике, однако, эта статья применяется редко.

Ситуация с пытками в Кыргызстане

В этом докладе документированы пытки, недозволенное обращение и нарушения права на справедливый суд в узком контексте уголовных дел, связанных с июньскими межнациональными столкновениями 2010 г., однако важно отметить, что эти проблемы существуют в Кыргызстане уже давно. По официальным данным, в 2005 – 2009 гг. органами прокуратуры было получено 778 жалоб на пытки и другое жестокое и бесчеловечное обращение.[20]

В меморандуме, представленном к рассмотрению ситуации в Кыргызстане Советом ООН по правам человека в рамках универсального периодического обзора, несколько профильных национальных правозащитных организаций отмечали продолжающиеся безнаказанные  пытки и недозволенное обращение со стороны милиции в местах содержания под стражей.[21] В 2010 г. одной из этих НПО - общественным фондом «Голос свободы» было зафиксировано 237 случаев пыток.[22] В Генеральную прокуратуру КР в 2010 г. поступило 97 жалоб по таким фактам.[23]

Рельефной иллюстрацией положения дел в этой области служит дело 32 человек, осужденных за организацию массовых беспорядков в Ноокате в 2008 г.[24] 1 октября  жители собрались у районной администрации, чтобы выразить протест против решения властей запретить празднование Рамадана. Демонстрация была разогнана доставленным из Оша ОМОНом после того, как ее участники стали бросать камни в здание администрации.

В последующие дни было арестовано несколько десятков человек, которым сначала вменялись организация или участие в массовых беспорядках, затем были добавлены обвинения в сепаратизме, посягательстве на конституционный строй и возбуждении национальной и религиозной розни. На суде 30 из 32 обвиняемых заявили о пытках и недозволенном обращении, однако председательствующий не поручил провести проверку этих заявлений и не исключил доказательства, в отношении которых подсудимые утверждали, что они были получены под пытками.[25] Подсудимые получили от 9 до 20 лет лишения свободы.

В феврале 2009 г. специальная комиссия при Омбудсмене КР пришла к заключению, что большинство задержанных по этому делу подвергались пыткам или недозволенному обращению со стороны милиции при аресте и в предварительном заключении.[26] Аналогичные нарушения были документированы и российским правозащитным центром «Мемориал» в январе 2009 г.[27]

На нарушение процессуальных стандартов и слишком суровый приговор указывали и местные правозащитные группы.[28] Первые два заседания суда проходили в закрытом режиме. В упомянутых выше источниках говорится, что несколько адвокатов жаловались на то, что им не давали знакомиться с протоколами, а родственников не информировали о задержании близких.[29]

Остро стоит и проблема расследования жалоб и привлечения виновных к ответственности. Так, по уже упоминавшимся 778 заявлениям в прокуратуру в 2005 – 2009 г. в 687 случаях было отказано в возбуждении уголовного дела (почти 90%). В остальных случаях дело возбуждалось по статье 305 УК о превышении должностных полномочий, и только три дела – по статье 305-1 «Пытка».[30]

В 2010 г. прокуратура отказалась возбуждать уголовные дела по 71 из 97 заявлений о пытках.[31] Из 11 возбужденных дел только два были по статье 305-1.[32] По итогам одного из них двум милиционерам дали по два года условно, приговор был впоследствии отменен.[33] Второе дело было прекращено в связи с тем, что потерпевший забрал заявление.[34]

В январе 2011 г. в Ленинском райсуде Бишкека началось слушание дела о недозволенном обращении с двумя задержанными в сентябре 2009 г., по которому проходят пятеро милиционеров.[35] Слушания несколько раз переносились из-за неявки подсудимых и свидетелей. Милиционерам вменяются превышение должностных полномочий, уголовное преследование заведомо невиновных, незаконное задержание и принуждение к даче показаний.[36]