4.4 Внесудебные казни, незаконные задержания, недозволенное обращение с задержанными и унизительные условия содержания под стражей, иногда при участии российских сил

По мере занятия Южной Осетии российскими войсками 8 и 9 августа вместе с ними или вслед за ними   в селах сначала Южной Осетии , а затем и Горийского и Карельского районов появлялись югоосетинские силы . Большинство здоровых и относительно молодых жителей к тому времени уже уходили – либо перед началом военных действий , либо в первые дни . Оставались , как правило , только те , кто не мог уехать или не хотел бросать хозяйство без присмотра . Большинство случаев задержаний имели место во время массовых грабежей и поджогов . Осетинские силы , иногда вместе с российскими войсками , забирали многих , хотя и не всех , оставшихся жителей , в особенности в « анклавных » грузинских селах Южной Осетии . Как впоследствии рассказывали эти люди нашим сотрудникам , им ничего не объясняли и у них не было ни доступа к адвокату , ни любой другой возможности оспорить задержание .

После занятия российскими и осетинскими силами грузинских сел в Южной Осетии и Горийском районе ими были задержаны по меньшей мере 159 человек [465] – преимущественно грузин , среди которых был один осетин и один русский из смешанной грузинской семьи . 45 человек из задержанных составляли женщины . По меньшей мере 76 человек были старше 60 лет , по меньшей мере 17 – старше 80. [466] Был также мальчик примерно восьми лет . [467] После освобождения Хьюман Райтс Вотч были взяты интервью у 29 из этих людей . Многие рассказывали о недозволенном обращении при задержании , во время доставления к месту содержания под стражей и в период содержания под стражей . Большинство задержанных в течение примерно двух недель содержались в подвале югоосетинского МВД в условиях , которые можно квалифицировать как унижающее достоинство обращение . Некоторых выводили на принудительные работы по уборке трупов грузинских солдат с улиц Цхинвали и расчистке завалов . По меньшей мере один задержанный был казнен осетинами по пути в Цхинвали . Все эти действия являются серьезными нарушениями Женевских конвенций и могут быть квалифицированы как военные преступления . Российские силы также несут за них ответственность в той мере , насколько они контролировали соответствующую территорию . Эти действия также нарушают общие нормы о правах человека , предусмотренные Международным пактом о гражданских и политических правах и Европейской конвенцией о правах человека .

В ряде случаев российские войска принимали непосредственное участие в задержании грузин , а те , кто содержался в подвале МВД , говорят , что их допрашивали некие лица , представлявшиеся российскими военнослужащими . По меньшей мере шестеро грузин содержались под стражей российскими и осетинскими силами на некоем войсковом опорном пункте и подвергались избиениям , после чего были переданы осетинской милиции .

Правовой статус и гарантии прав лиц , задерживавшихся осетинскими и российскими силами

Все опрошенные Хьюман Райтс Вотч бывшие задержанные утверждали , что они не имели отношения к военным действиям и не оказывали вооруженного сопротивления осетинским и российским силам . В соответствии с Четвертой Женевской конвенцией гражданские лица имеют статус покровительствуемых лиц . В соответствии с этой конвенцией « лица , которые непосредственно не принимают участия в военных действиях , … должны при всех обстоятельствах пользоваться гуманным обращением без всякой дискриминации по причинам расы , цвета кожи , религии или веры , пола , происхождения или имущественного положения или любых других аналогичных критериев ». [468] Преднамеренное убийство , пытки и бесчеловечное обращение , преднамеренное причинение тяжелых страданий или серьезного увечья , нанесение ущерба здоровью покровительствуемого лица квалифицируются как серьезные нарушения конвенции , или военные преступления . [469]

В отношении задержания грузин и содержания их под стражей применяются и общие гарантии , предусмотренные Международным пактом о гражданских и политических правах и Европейской конвенцией о правах человека . Поскольку Россия в тот период фактически контролировала соответствующую территорию и поскольку Россия является участником обоих международных договоров , она была обязана обеспечивать предусмотренные ими права . И МПГПП , и ЕКПЧ   устанавливают абсолютный запрет пыток и другого бесчеловечного или унижающего достоинства обращения . [470] К рассматриваемым случаям применим и запрет произвольного задержания и содержания под стражей , поскольку на время конфликта Россия не воспользовалась своим правом отступления от обязательств по МПГПП и ЕКПЧ . [471]

Во время военных действий и оккупации « распоряжение об интернировании или принудительном поселении покровительствуемых лиц может быть дано только в том случае , если это совершенно необходимо для безопасности державы , во власти которой они находятся ». [472] При этом незаконное задержание и содержание под стражей покровительствуемого лица считается военным преступлением . [473]

Хьюман Райтс Вотч не располагает доказательствами того , что задержание осетинскими и российскими силами 159 человек было « совершенно необходимо для безопасности державы ». Многие задержанные были в преклонном возрасте , один был малолетним ребенком . Большинство были задержаны при таких обстоятельствах , которые убедительно указывают на то , что они не оказывали вооруженного сопротивления , не участвовали в военных действиях и не представляли никакой другой угрозы безопасности .

Если бы среди задержанных были грузины , принимавшие участие в военных действиях против осетинских или российских сил , но не входившие в состав грузинских вооруженных сил , то в соответствии с гуманитарным правом такие лица считались бы « непривилегированными » комбатантами . [474] Грузины , которые взялись бы за оружие , чтобы защитить свою жизнь и имущество от наступавших осетинских или российских сил , считались бы вооруженными гражданскими лицами . В обоих случаях задержание таких лиц было бы оправданным с точки зрения интересов безопасности . При этом им должны были бы обеспечиваться гарантии , предусмотренные для гражданских лиц Четвертой Женевской конвенцией . Задержание гражданских лиц должно осуществляться в рамках установленной процедуры , не противоречащей гуманитарному праву . Задержанные должны иметь право на обжалование интернирования и на пересмотр своего вопроса по крайней мере два раза в год . Конвенция детально регламентирует режим интернирования . Ко всем покровительствуемым лицам вне зависимости от места их нахождения и лишения их свободы должны допускаться делегаты Международного комитета Красного Креста . [475]

СучетомихповышеннойуязвимостидетипользуютсяособымпокровительствомЖеневскихконвенций. ПротоколI гласит: «Детипользуютсяособымуважением… Стороны, находящиесявконфликте, обеспечиваютимзащитуипомощь, которыеимтребуютсяввидуихвозрастаилиполюбойдругойпричине».[476]

Президент Южной Осетии Эдуард Кокойты заявил , что этнические грузины были арестованы для их же собственной безопасности , а не в рамках кампании по этнической чистке : « МВД защищает их и сохраняет им жизнь ». [477] Женевские конвенции допускают интернирование гражданских лиц в интересах обеспечения их безопасности , однако нами не обнаружено каких - либо фактов , которые свидетельствовали бы о том , что задержания производились с этой целью или обосновывались этими соображениями . Большинство задерживались в период отступления грузинских войск и в тех районах , которые фактически контролировались российскими и осетинскими силами . Это позволяет предположить , что в большинстве случаев гражданские лица едва ли могли оказаться в зоне боев . Более того , большинство задерживались с применением насилия и угроз и подвергались бесчеловечному   и унижающему достоинство обращению и условиям содержания под стражей , а также принудительному труду , что также не свидетельствует о намерении обеспечить их личную безопасность и благополучие .

Недозволенное обращение при задержании и недозволенное обращение по дороге к месту содержания под стражей , внесудебная казнь задержанного

Несколько бывших грузинских задержанных из Южной Осетии и Горийского района в интервью Хьюман Райтс Вотч говорили о недозволенном обращении при задержании со стороны осетин , включая унижения , угрозы убийством и имитацию казни . Некоторые также сообщали о недозволенном обращении по пути в югоосетинское МВД в Цхинвали , куда доставляли задержанных . Нами документирован по меньшей мере один случай внесудебной казни по пути в Цхинвали . Преднамеренное убийство и недозволенное обращение с задержанными составляют военные преступления . [478]

Задержания на территории Южной Осетии

После появления в Кехви 11 августа осетинских сил 71- летний Шермадин Небиеридзе укрылся в соседнем селе , но уже вечером вернулся и обнаружил , что его дом горит . 12 августа осетины с автоматами и в камуфляже с белыми повязками заметили его во дворе и под конвоем отвели в соседний двор :

Один из них затвор передернул и на меня автомат наставил . Говорит : « Убью , сволочь !» Я умолял : « Ради бога , не убивайте ! Я ничего не сделал . Я уже старый человек ». Тут второй боец подходит , автомат отталкивает и говорит : « Оставь его ». Тогда первый мне в грудь ногой дал – я опрокинулся на бетон . Наверное , головой ударился , потому что сознание потерял . Когда в себя пришел – попытался подняться . Второй мне ботинком по шее – я опять свалился . Подняли меня и со двора вывели . [479]

69- летняя Салимат Багаева и ее муж - 73- летний Ило Хабарели из села Земо Ачабети также рассказывали Хьюман Райтс Вотч о недозволенном обращении во время задержания осетинскими силами , которые появились в селе 10 августа . Багаева , сама – осетинка , пошла проверить дом сына . В этот момент туда ворвались 15 вооруженных осетинских ополченцев и наставили на нее автоматы : « Какого хрена тебе здесь надо ?!» [480]

Когда туда подошел на помощь Ило Хабарели ( грузин ), ополченцы опять накинулись на Багаеву : « Ты зачем за эту грузинскую свинью вышла ?» Один из них ударом ноги в грудь сбил Хабарели с ног . Когда тот попытался подняться , другой прикладом по шее прижал его к земле . Когда Хабарели все же поднялся , один из ополченцев ударил его кулаком в лицо , выбив несколько зубов . Обоих стариков с дочерью поставили к стене их дома и стали стрелять им под ноги и над головой . [481]

Багаеву , Хабарели и еще 10 или 15 жителей села заставили пешком пройти около километра в сторону Квемо Ачабети . По словам Багаевой , один из ополченцев сказал : « Пошли с нами , иначе вы все - покойники . На ночь здесь оставаться запрещено ». [482] Всех их погрузили в микроавтобус и отвезли в югоосетинское МВД в Цхинвали . [483]

60- летняя Нуну Гогидзе рассказывала , как 10 августа к ней во двор в Тамарашени , когда она была дома одна , пришли двое российских и двое осетинских солдат и потребовали , чтобы она прошла с ними . На ее просьбу сходить за документами « они стали мне под ноги стрелять ». [484] В тот же день трое или четверо ополченцев разграбили и сожгли дом 69- летней Тамары Хуцинашвили и ее 73- летнего мужа из того же села . [485] Их обоих привели на место сбора всех задержанных в Тамарашени : « Я была в ужасе . Говорю им , убивайте , мол , если хотите . Один осетин мне по голове прикладом двинул и ругаться стал : ' Кончай по - собачьи говорить '». [486] После этого Гогидзе , Хуцинашвили и еще несколько жителей отвезли в югоосетинское МВД в Цхинвали . [487]

Задержания в Горийском районе

10 августа 60- летний Тамаз Чалаури решил оставить свой дом в селе Мерети и уехал на белом микроавтобусе в Тквиави . На подъезде к центру села машину остановили вооруженные осетины на БТРе , приказавшие всем выйти . Чалаури рассказывает : « Выхожу – меня прикладом в живот . Обзывали нас по - всякому …: « Свиньи , столько наших людей убили ! Теперь мы вас в расход отправим !».

Всех мужчин из этого микроавтобуса и еще из одной остановленной там же машины после этого загнали обратно в микроавтобус . На окраине Тирдзниси сидевший за рулем осетин не справился с управлением , и машина несколько раз перевернулась . « Большинство людей выбрались , а один человек внутри остался . Тогда осетины расстреляли машину из автоматов . Тот , внутри , мертвый был , хотя я не могу точно сказать из - за аварии это или потом уже », - рассказывал Чалаури . Сам он получил травму и жаловался на боли в голове и спине . [488] Водитель - осетин погиб . [489]

На место аварии подъехал другой микроавтобус , куда загнали оставшихся 10 грузин ( по меньшей мере четверо в суматохе сбежали ). Чалаури рассказывает :

Положили нас лицом на пол [ в грузовом отсеке ]. Орали : « Голову не поднимать !» Один здоровый осетин в тяжелых ботинках мне всё на лодыжку давил , чтобы не дергался .

Там парень был молодой , лет 25, рядом со мной лежал . Он несколько раз голову поднял , каждый раз получал . Потом вдруг один из этих затвор передернул и два раза ему в голову выстрелил , потом еще третий – « контрольный ». У парня мозги выбило – всё на меня . 11 дней я в этой одежде проходил , с кровью и остатками мозгов . Труп они выкинули где - то между Броцлети и Мегврекиси . [490]

Оставшихся девятерых задержанных осетины привезли в школу № 6 в Цхинвали , приспособленную осетинскими военными под свои нужды , в том числе для содержания грузинских военнопленных . Там им угрожали побоями и расстрелом . Врач оказал помощь двум или трем задержанным , пострадавшим в аварии , и напоил всех водой . К вечеру семь человек отправили в подвал югоосетинского МВД . Двоих отделили от группы , и больше их никто не видел . [491]

24- летний Дмитрий Абукидзе из Церониси рассказывал Хьюман Райтс Вотч , как 13 августа в селе появились осетины в камуфляже и стали выяснять судьбу троих осетин , якобы захваченных грузинскими военными : « Где трое наших из Знаури ? Не найдете – в Цхинвали отправим ». После этого они забрали Абукидзе , его отца и нескольких соседей и посадили на БТР : « Тронулись , а минут через 30 мне удалось соскочить . Они по мне - из автоматов ,  в ногу попали . Потом нас всех отпустили ». [492] Представляется , что осетины не хотели « светиться » с раненым и несколькими свидетелями .

Недозволенное обращение и унизительные условия в период содержания под стражей

Все опрошенные нами бывшие задержанные рассказывали о неудовлетворительных условиях содержания в подвале югоосетинского МВД в Цхинвали , где маленькие подвальные камеры были забиты людьми . Многие говорили об унижающем достоинство обращении , особенно в момент прибытия . Ситуация в Цхинвали в этот период была крайне сложной : не было электричества , почти не было продуктов и воды . Однако вне зависимости от этих внешних условий российские и осетинские власти были обязаны обеспечить гуманные условия содержания задержанных , которые соответствовали бы международным стандартам . Недозволенное обращение и сознательное причинение тяжелых страданий или серьезного вреда физическому или психическому здоровью составляют военные преступления . [493] В интервью Хьюман Райтс Вотч некоторые бывшие задержанные утверждали , что в МВД периодически появлялись российские должностные лица . [494]

Недозволенное обращение в период содержания под стражей

Тамаз Чалаури рассказывает , как 10 августа его привезли в югоосетинское МВД в Цхинвали : « Выстроили нас лицом к стене . Фамилии переписали , обыскали , забрали , что было . Все время били , пинали , ругались , обзывали по - всякому , типа , ' свиньи грузинские ', ' суки '». [495] Другие задержанные также говорят об обыске , который иногда сопровождался побоями или раздеванием , а также изъятием денег , мобильных телефонов , ювелирных изделий и личных документов . При освобождении задержанным возвращали только документы , и то не во всех случаях . [496]

Некоторые задержанные утверждают , что осетины заставляли их пройти по лежавшему у порога грузинскому флагу или плевать на него . [497] Ило Хабарели отказался : « Убейте меня здесь , я не буду этого делать ». Тогда осетинский ополченец ударил его по голове , поставил лицом к стене и еще раз ударил по голове . [498] По словам Важи Лазагашвили , когда он попытался обойти флаг , осетины стали бить его прикладами по спине и по шее . [499]

Ни один из опрошенных нами бывших задержанных не жаловался на побои в период содержания под стражей в подвале МВД , за исключением случаев , когда людей избивали непосредственно при поступлении . При этом нам говорили , что многих мужчин , особенно молодых , били , некоторых часто . Нам неизменно рассказывали , как этих людей выводили из камеры и из подвала , после чего они возвращались с явными следами побоев . [500] 48- летняя Манана Гогидзе говорит , что была свидетелем регулярных избиений молодых мужчин :

Мы видели , как уводили наверх , и крики их слышали . Когда обратно их приводили – по ним видно было … Я сама ссадины и синяки видела , помочь пыталась . Там парень был из Тирдзниси , его несколько раз били . Я видела большие черные синяки у него , на спине в основном … Еще один был [ пожилой ]…, он по - осетински не говорил , хотя имя осетинское . За это его охранники как - то раз ударили . [501]

Салимат Багаева рассказывала , как « молодых ребят уводили и били сильно . Я их видела . В синяках все . У одного нос сломанный был ». [502]

Некоторые , хотя и не все , задержанные сообщали , что в период содержания под стражей их допрашивали . Один утверждал , что осетинский милиционер оскорбил его . О недозволенном обращении во время допроса никто из опрошенных не сообщал .

Унизительные условия содержания

По словам бывших задержанных , в подвале было пять темных грязных камер без достаточной вентиляции и без окон , в обычное время использовавшихся для краткосрочного содержания арестованных . Мужчин и женщин держали отдельно . Камеры скоро переполнились , и охрана в конце концов была вынуждена открывать двери , чтобы задержанные могли выходить в коридор или в небольшой огороженный двор для прогулок , куда можно было попасть из подвала . [503] Как рассказывал один из них , людей было слишком много , « чтобы свободно разойтись в коридоре или во внутреннем дворике ». [504]

В камерах было только несколько деревянных коек , и многим приходилось спать сидя или лежа на полу в камерах , в коридоре или во дворе . Пожилые задержанные рассказывали , как спали , сидя на перевернутом ведре , на табуретке или на куске картона на полу . [505] По словам 76- летней Русудан Чрелидзе , в их камере « женщины спали , как селедки в банке ». [506] В камере , где находился 47- летний житель села Каралети , люди спали по очереди . [507]

Бывшие задержанные говорят , что им давали ограниченное количество воды , в которой присутствовал песок и пить которую можно было далеко не всегда , а также скудную пищу . [508] В первые дни давали только хлеб . Охрана бросала в камеру четыре – пять буханок : « Жрите , свиньи !» [509] Через некоторое время кормить стали несколько больше и лучше : гречневая каша , больше хлеба , чай . По словам задержанных , за две недели они заметно похудели . [510]

На всех был один туалет , отгороженный листом пленки , которую задержанные повесили сами . Из - за отсутствия воды туалет часто переполнялся и распространял зловоние . [511] На вопрос о самой тяжелой стороне пребывания под стражей Русудан Чрелидзе ответила : « С туалетом были большие проблемы . Он был один на всех , и туда все время длинная очередь ». [512]

Принудительный труд

Многих задержанных - мужчин осетины выводили на принудительные работы : уборку трупов с улиц Цхинвали , разбор завалов , рытье могил и захоронение . [513] Двое из числа опрошенных нами заявили , что иногда вызывались сами , чтобы хоть на несколько часов выбраться из переполненной камеры . При этом вознаграждения за работу никто не получал . В соответствии с Четвертой Женевской конвенцией 1949 г ., на принудительные работы могут направляться только лица старше 18 лет « и только на работу , необходимую либо для нужд оккупационной армии , либо на работу , связанную с коммунальными предприятиями , питанием , жилищем , одеждой , транспортом и здоровьем населения . … Работа должна справедливым образом оплачиваться » и не должна вынуждать покровительствуемых лиц принимать участие в военных операциях . [514]

58- летний Важа Лазагашвили рассказывает , как в течение всех 20 дней содержания под стражей его каждый день заставляли работать :

Забирали нас с 9 утра до позднего вечера . Улицы очищали . Мне говорили , что я обязан . Нужно было трупы с улиц собирать . Мы их в мешки специальные укладывали . У кого - то рук или ног не хватало . Собирали руки и ноги .

Иногда другую работу давали , типа , грузовики разгружать с гуманитарной помощью из России … После разгрузки давали каждому банку консервов и хлеб . Тогда только и передохнешь , с полчаса примерно . Какие деньги - не платили , конечно . [515]

36- летний житель Земо Ачабети также был среди тех 30 человек , которых заставляли работать с раннего утра до 7 – 8 часов вечера : « Улицы убирали , мусор выбрасывали , мертвых собирали , хоронили . 44 человека похоронили . Большинство попортились уже ». По словам этого задержанного , пока они работали , их кормили лучше : давали тушенку и воду . [516] 70- летнего Гайоза Бабуцидзе после недели содержания под стражей два дня водили разгружать грузовики с гробами и рыть могилы . По его оценке , они захоронили 50 трупов . [517]

Те , кого выводили на работы , также подвергались унижающему достоинство обращению на обратном пути в подвал МВД : « Иногда обратно пешком всю дорогу гнали … под конвоем . Люди на улице ругались по - всякому , обзывали , - рассказывал Хьюман Райтс Вотч Важа Лазагашвили . – Суками называли , свиньями и еще по - всякому матерно ». [518]

Посещение изолятора в Цхинвали МККК и журналистами

По словам бывших задержанных , в середине августа подвальный изолятор в здании югоосетинского МВД в Цхинвали посетили представители Международного комитета Красного Креста .

Представляется , что в МВД приезжали и журналисты . Давид Гиунашвили утверждает , что общался с корреспондентом « Независимой газеты ». [519] Тамаз Чалаури заявил Хьюман Райтс Вотч , что его заставили давать интервью российскому телевидению . [520] 51- летняя Эмилия Лапачи рассказывает , как от нее требовали положительных отзывов об условиях содержания :

Как - то российские журналисты пришли брать у нас интервью . Охрана сказала , что если мы хотим выйти отсюда , мы должны говорить , что с нами обращаются хорошо , никаких жалоб нет . Велели говорить , что нас посадили ради нашей же собственной безопасности . Мы это между собой обсудили , решили говорить все что угодно , лишь бы выйти оттуда . [521]

Освобождение гражданских задержанных

21 августа осетинской стороной был освобожден 61 человек , в том числе большинство стариков и все женщины . Их обменяли на восемь человек – по версии грузинского Минобороны , задержанных ополченцев . В последующие дни освобождались и остальные гражданские задержанные , последняя группа (81 человек ) была освобождена 27 августа . В Тбилиси утверждали , что их обменяли на четверых « боевиков », задержанных во время активных боевых действий и 9 осетин , ранее осужденных за совершение преступлений и отбывавших наказание в грузинских тюрьмах . [522] Обмен пленными является признанной и законной формой репатриации , однако его запрещается использовать для целей перемещения населения . [523] Запрещается также использовать пленных в качестве заложников , то есть незаконно задерживать людей , чтобы принудить противника к действию или бездействию ради их освобождения .

Другие случаи задержания российскими и осетинскими силами

Четверо грузин , в течение нескольких недель до начала боев 8 августа работавших на стройках в Джаве , рассказывали , что перед отправкой в Цхинвали содержались на двух войсковых опорных пунктах . Нами были по отдельности опрошены двое : 30- летний Гогита Котуашвили и 47- летний Давид Гиунашвили . После начала грузинских обстрелов Джавы в ночь с 7 на 8 августа они пешком отправились на юг , чтобы добраться до грузинского села , но вместо этого попали в осетинское село в Знаурском районе Южной Осетии . Там они были задержаны группой вооруженных осетин в штатском и несколькими военными ( предположительно российскими ). При задержании всех четверых избили , в том числе прикладами по затылку . У задержанных забрали документы , связали им руки за спиной , замотали головы и на машине отвезли на некую « военную базу », которая представляла собой большую палатку , охранявшуюся танком .

Там всех четверых допросили , отдельно уточнив , не являются ли они грузинскими военнослужащими . После этого их посадили в земляную яму примерно полтора метра глубиной , где они просидели три дня . Их кормили армейским сухим пайком с российскими этикетками , они могли видеть , как на объект приезжали машины с российскими номерами , и слышали , как в палатке говорили по - русски . 9 августа двое в камуфляже вытащили их из ямы , снова замотали им головы и связали руки , после чего им сказали , что их отправляют в Цхинвали на российско - осетинскую базу . По прибытии туда задержанным открыли головы , и они могли видеть большое количество военной техники , включая танки . По словам опрошенных нами , там было много русских и чеченцев – российских военнослужащих , а также добровольцы из России .

Задержанных в окружении доставивших их лиц и 10 – 15 военнослужащих поставили на колени рядом с лежавшими на земле трупами двух грузин . Давиду Гиунашвили и Гогите Котуашвили приказали пристрелить двух товарищей . Когда первый отказался , окружающие не стали настаивать и вместо этого велели всем четверым погрузить трупы в машину . [524]

После этого осетинские и российские солдаты усадили задержанных на краю бассейна , где их несколько раз ударили . По заявлению Гогиты Котуашвили , ему досталось прикладом . [525] Задержанных поместили в домик , похожий на караульное помещение , с двумя койками . Их водили кормить в общую столовую , где они постоянно подвергались оскорблениям со стороны военнослужащих . 11 или 12 августа двое в серо - голубом камуфляже забрали всех четверых в югоосетинское МВД в Цхинвали . [526]

16 августа явно на этой же базе содержались под стражей 40- летний Николоз Еремов и Важа Кебадзе из села Вариани Горийского района . По словам первого , в тот день они были задержаны в Вариани предположительно российскими военными и доставлены на базу , где их сразу посадили в пустой бассейн . В интервью Хьюман Райтс Вотч Еремов утверждал , что на базе были русские , чеченцы и казаки , а также много тяжелой военной техники . Российские и осетинские солдаты заставили задержанных раздеться и поставили к стенке бассейна со связанными за спиной руками .

Еремов рассказывал , как трое осетин избивали его , в то время как российский военнослужащий допрашивал : « Офицер меня не бил , это другие . Осетины били по ногам и по плечам прикладами , а российский офицер вопросы задавал ». Он слышал , как допрашивали и избивали Кебадзе , который кричал : « Убейте меня ! Только не бейте больше !» Через три часа Еремову разрешили одеться и выпустили в лес со словами : « Вали отсюда домой !» Кебадзе остался в бассейне . На момент интервью неделю спустя у Еремова не было никаких сведений о судьбе его спутника . [527]

12 августа Серго Миндиашвили ушел пешком в направлении Гори из села Никози на административной границе , спасаясь от бомбежек . По дороге его задержали на блокпосту в селе Шиндиси шестеро или семеро осетин . При этом его в течение примерно 20 минут избивали , в том числе ногами и прикладами , затем затолкали в машину . « Они грозились убить меня , если не сделаю , что они велят . Автоматом грозили . [ В машине ] тоже били куда придется », - рассказывал Миндиашвили Хьюман Райтс Вотч .

Его привезли в некое место , которое он называл базой под Цхинвали . Не исключено , что это была та же база , которая фигурировала в вышеприведенных случаях . Миндиашвили рассказывает о своем недолгом пребывании там :

Допрашивать стали , только сначала побили хорошенько . За что забрали , не объясняли . Отвели … на склад какой - то . Там было человек 10 –15 осетин , все в камуфляже . Били кулаками , ногами , прикладами тоже … Спрашивали , служил я или нет , где грузинские войска … Одного , Алана , я знал , … он тоже меня бил … Решили , что надо меня расстрелять … Затворами задергали , один уже вскинулся . Я заплакал .

В этот момент Алан вступился за своего знакомого , и Миндиашвили отвели в небольшое помещение : « Все , кому вздумается , заходили и били меня . Я там два или три часа просидел . За это время несколько раз побили ».

Затем Миндиашвили отвезли в Вариани и передали российским военнослужащим на блокпосту . Там было еще двое грузин . Российские солдаты перевязали одного из задержанных , накормили и напоили всех троих . Миндиашвили допросил российский офицер , после чего сказал солдатам : « Кончайте с ним ». Однако те отпустили его , когда офицер уехал . [528]