24 апреля 2013 г

I . Общие сведения

Наступление на гражданское общество после инаугурации Владимира Путина в мае 2012 г. представляется логическим развитием авторитарного вектора, обозначившегося в 2004 г., когда Кремль взял курс на демонтаж сдержек и противовесов федеральной исполнительной власти и обрушился, в частности, на финансируемые из-за рубежа НПО. Осенью 2004 г. президент инициировал целый ряд политических реформ, включая новый порядок выборов в Госдуму, существенно осложнивший оппозиционным партиям доступ в парламент, и переход к фактическому назначению глав субъектов федерации, ранее избиравшихся прямым голосованием. [1]

После «цветных революций» в Грузии (2003 г.) и Украине (2004 г.), одной из движущих сил которых сочли иностранные или финансируемые из-за рубежа неправительственные организации, российское руководство стало демонстрировать глубокую подозрительность к НПО. В результате изменения законодательства с 2006 г. были введены дополнительные обременительные требования к отчетности НПО, особенно в части любого иностранного финансирования. Были введены механизмы как ежегодных углубленных, так и внеплановых проверок, которые стали одним из инструментов давления на НПО и создания им препятствий в работе. [2]

Законодательство 2006 г. носило очевидно карательный характер: оно позволяло государственным органам выносить НПО предупреждения по широкому кругу нарушений, в том числе – незначительных, как в случае несвоевременного представления отчета о деятельности. При этом уже в случае повторного предупреждения по тому же нарушению государственный орган может обращаться в суд с иском о ликвидации организации.

Выборы 2007 – 2008 г. проводились на фоне многочисленных проверок НПО и других притеснений гражданских активистов и правозащитников, а также активизации враждебной официальной риторики, выставлявшей финансируемые из-за рубежа НПО «проводниками иностранных интересов». [3]

В период президентства Дмитрия Медведева законодательство о регулировании НПО было несколько смягчено, включая ограничение плановых проверок до одного раза в три года. В декабре 2011 г. была отменена уголовная ответственность за клевету. [4] В марте – апреле 2012 г. были приняты поправки, направленные на либерализацию парламентских выборов, хотя некоторые критики назвали их «косметическими». [5] Избирательные реформы не затронули парламентские выборы 4 декабря 2011 г., на которых партия власти получила 49,3% голосов.

«Рокировка» Медведев – Путин в сентябре 2011 г. вызвала в обществе негативную реакцию, которая стала нарастать по мере приближения декабрьских выборов. Десятки тысяч людей вышли на улицу, чтобы заявить о своем несогласии с официальными итогами голосования. Массовые мирные митинги продолжались в течение зимы и весны 2012 г. Их участники выступали против коррупции, фальсификаций на выборах и в целом против Путина и правящей «Единой России». [6]

4 марта 2012 г. Владимир Путин на президентских выборах набрал 63,6% голосов. [7] 7 мая он официально вступил в должность.

[1]Хьюман Райтс Вотч. Удушающая бюрократия. Государство против независимой гражданской активности. Февраль 2008 г., http://www.hrw.org/sites/default/files/reports/russia0208ruweb.pdf.

[2] Там же.

[3] Там же.

[4] Федеральный закон Российской Федерации от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации». «Российская газета», 9 декабря 2011 г., http://www.rg.ru/2011/12/08/p-raboty-site-dok.html.

[5] “Open Address of the Russian Human Rights NGOs to the Parliamentary Assembly of the Council of Europe,” Memorial, September 28, 2012, http://www.memo.ru/d/130013.html.

[6]«Левада-центр». Протестное движение в России в конце 2011 – 2012 гг.: Истоки, динамика, результаты. Москва, сентябрь 2012 г.

[7] «ЦИК обработал 100% протоколов: Путин выиграл выборы с 63,6%». РИА «Новости», 5 марта 2012 г., http://ria.ru/vybor2012_putin/20120305/585287674.html.