Уголовное дело высвечивает проблему подавления свободы слова
10 октября 2012 г
Тюремный приговор Козлову еще более ограничивает скудный политический ландшафт в Казахстане и служит предостережением для других, у кого может возникнуть желание выступить с критикой в адрес правительства и его политики. Властям Казахстана пора позаботиться о соблюдении своих обязательств в области свободы слова и прекратить манипулирование уголовным законом для преследования критиков и политических оппонентов.
Мира Ритман, исследователь по Европе и Центральной Азии

(Берлин) – Хьюман Райтс Вотч расценивает приговор к семи с половиной годам лишения свободы, вынесенный оппозиционному лидеру Владимиру Козлову, как удар по свободе выражения мнений и политическому плюрализму в Казахстане.
 
8 октября городской суд Актау на западе Казахстана признал 52-летнего лидера незарегистрированной оппозиционной партии «Алга!» Владимира Козлова виновным в «возбуждении социальной вражды», «призывах к насильственному свержению конституционного строя» и «создании и руководстве организованной группой с целью совершения одного или нескольких преступлений». Приговору предшествовали закрытое следствие и несправедливый суд. Обвинения связаны с ролью, которую якобы играл Козлов в столкновениях на западе Казахстана в декабре 2011 г., после продолжительных забастовок. Сам Козлов по-прежнему не признает себя виновным и намерен обжаловать приговор.
 
«Козлов платит высокую цену за публичную критику правительства Казахстана, - говорит Мира Ритман, исследователь Хьюман Райтс Вотч по Европе и Центральной Азии. – С помощью этого обвинительного приговора власти нейтрализуют одного из своих активных критиков и маргинализуют партию «Алга!» - одну из немногих альтернативных политических сил в Казахстане».
 
В дополнение к немалому тюремному сроку суд приговорил Козлова к конфискации имущества, включая как квартиру и автомашины, так и больше десятка зарегистрированных на его имя партийных офисов по всей стране. Козлов и двое других фигурантов должны также оплатить судебные издержки, составившие около 10 тыс. долл. США.
 
Двое других, проходивших по тому же делу, также признаны виновными. 55-летний нефтяник из Жанаозена Акжанат Аминов осужден по тем же трем пунктам на пять лет условно и в течение этого срока обязан отмечаться в правоохранительных органах и сообщать им о своем местонахождении и деятельности. Ранее – в августе  2011 г. -  он получил год условно за руководство незаконной забастовкой.
 
Третий обвиняемый – 60-летний гражданский активист Серик Сапаргали был признан виновным  в «призывах к насильственному свержению конституционного строя» и получил четыре года условно. Аминов свою вину признал полностью, Сапаргали – частично. Обоих освободили из-под стражи в зале суда.
 
Одному из адвокатов Козлова и нескольким гражданским активистам, которые планировали прибыть на суд, не удалось этого сделать из-за неоднократной задержки рейса «Эйр Астана» из Алматы в Актау 8 октября: самолет вылетел из Алматы уже после начала заседания. Ни один из других рейсов из Алматы в тот день не задерживался на столь долгое время ни по погодным, ни по другим условиям.
 
С мая 2011 г. и до столкновений 16 декабря нефтяники в Жанаозене проводили мирные забастовки, требуя повышения заработной платы. Козлов и Сапаргали были в числе тех немногих активистов гражданского общества и политической оппозиции, которые приезжали в Жанаозен, чтобы поддержать забастовщиков. В июне Козлов встречался с бастующими нефтяниками.
 
23 января 2012 г. Козлов и Сапаргали были арестованы в Алматы, им было предъявлено обвинение в «возбуждении социальной вражды» за «склонение уволенных рабочих к продолжению акций протеста и жесткому противостоянию властям». В мае обоих перевели в СИЗО в Актау. 17 февраля по тому же обвинению в Жанаозене задержали 55-летнего Аминова, которому вменялось руководство забастовкой, завершившейся декабрьскими столкновениями.
 
Впоследствии всем троим добавили обвинение в «призывах к насильственному свержению конституционного строя». Козлову и Аминову также было вменено «создание и руководство организованной группой с целью совершения одного или нескольких преступлений». В эту группу якобы входили также член координационного комитета партии «Алга!» Муратбек Кетебаев и бывший председатель совета директоров казахстанского БТА Банка и соучредитель оппозиционного движения «Демократический выбор Казахстана» Мухтар Аблязов (оба проживают в эмиграции).
 
Предварительное следствие, которое велось Комитетом национальной безопасности Казахстана, было окружено завесой секретности. Власти так и не обнародовали никаких конкретных фактов относительно высказываний или действий со стороны обвиняемых, которые могли бы подтвердить обоснованность предъявленных обвинений.
 
Процесс начался 16 августа в городском суде Актау. Власти Казахстана обещали сделать его «открытым и прозрачным» и декларировали намерение обеспечить «всем обвиняемым процессуальные гарантии и справедливый суд», допустив в зал независимых наблюдателей. Однако, независимые наблюдатели, присутствовавшие в зале, заявляли о многочисленных процессуальных нарушениях в отношении Козлова.
 
На ознакомление с обвинительным заключением объемом около 700 страниц на русском языке, Козлову и его адвокатам дали всего один день. Перевод судебных слушаний с казахского, которым Козлов не владеет, на русский был неудовлетворительным и временами неполным.
 
Привлеченные обвинением эксперты провели экспертизы выступлений и высказываний обвиняемых, включая скрытые прослушки телефонных и других переговоров, которые использовались в суде в качестве доказательств обвинения. Некоторые заключения основывались на изолированных фразах без учета полного контекста разговора или заявления. Такая избирательность приводила к искажению смысла, подрывала убедительность экспертных заключений и ставила под сомнение их справедливость.
 
В ходе слушаний судья также немотивированно отказывал в удовлетворении важных ходатайств защиты. Так, по информации наблюдателей, адвокаты Козлова ходатайствовали о вызове в суд следователя для допроса в связи с возможными фальсификациями показаний, когда выяснилось, что показания двух отдельных свидетелей полностью совпадают на протяжении двух страниц. Судья отказался удовлетворить это ходатайство.
 
Суд также признал допустимыми доказательствами, собранные предварительным следствием свидетельские показания без того, чтобы разрешить защите перекрестный допрос этих свидетелей, что является серьезным нарушением права подсудимых на справедливый суд.
 
«Суд должен был обеспечить этим активистам справедливое разбирательство, однако слушания во многом не отвечали международным стандартам, - говорит Мира Ритман. – Суд не сделал ничего, чтобы снять озабоченность относительно того, что это дело может быть произвольным и политически мотивированным».
 
Хьюман Райтс Вотч также выразила серьезную обеспокоенность в связи с неправомерным использованием властями слишком широких уголовных обвинений для преследования критиков правительства.
 
Международная правозащитная организация неоднократно призывала власти отменить или изменить уголовный состав «возбуждение социальной вражды» по статье 164 УК РК. Данный состав сформулирован неконкретно и слишком широко, и может использоваться и уже использовался для криминализации законных форм реализации свободы слова и свободы ассоциации, в том виде, как они охраняются международными нормами о правах человека.
 
Статья 19 Международного пакта о гражданских и политических правах гласит: «Каждый человек имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи…» Законы, предусматривающие ответственность за высказывания, которые провоцируют насилие, дискриминацию и вражду, должны уважать основополагающее право на свободу слова и считаются совместимыми с нормами о правах человека только в том случае, когда такое насилие, дискриминация или вражда представляются неминуемыми, а меры по ограничению высказываний – абсолютно необходимыми для предупреждения такого поведения.
 
Более того, принцип законности в международных нормах о правах человека требует, чтобы преступления классифицировались и описывались точным и недвусмысленным языком, с тем чтобы каждый человек мог иметь представление о том, какие действия или бездействия влекут за собой ответственность, и мог поступать в соответствии с законом. Статья 164 УК РК, не уточняющая, какие именно деяния являются уголовно наказуемыми и что представляет собой «социальная» группа, не отвечает принципам необходимости или законности.
 
Столь же неконкретным является состав «призыв к насильственному свержению конституционного строя», который должен быть приведен в соответствие со стандартами, установленными международными договорами с участием Казахстана, отмечает Хьюман Райтс Вотч.
 
В заявлении Генеральной прокуратуры от 25 января указывается, что власти считают, что «одной из причин массовых беспорядков [в Жанаозене] являлись активные действия отдельных лиц по склонению уволенных рабочих к продолжению акций протеста и жесткому противостоянию властям».
 
Призывы к уволенным работникам продолжать акцию протеста и оказание им поддержки посредством публичных выступлений в СМИ или обращений к международным органам, таким как Европарламент, - это не преступления, а законные формы реализации права на свободу слова, считает Хьюман Райтс Вотч.
 
«Тюремный приговор Козлову еще более ограничивает скудный политический ландшафт в Казахстане и служит предостережением для других, у кого может возникнуть желание выступить с критикой в адрес правительства и его политики, - говорит Мира Ритман. – Властям Казахстана пора позаботиться о соблюдении своих обязательств в области свободы слова и прекратить манипулирование уголовным законом для преследования критиков и политических оппонентов».